Чтение онлайн

Когда вошел Том, Джулия стояла у стены, прикрывая ладонью рассеченную бровь. Лицо ее выражало твердую решимость: нет, он не дождется ее слез! Между тем Том скрупулезно исследовал камбуз. Джулия злобно наблюдала за ним. Наконец он отошел к двери с нескрываемым разочарованием: придраться было не к чему.

— Хорошо. Теперь вы свободны. Но запомните: камбуз всегда должен быть в таком состоянии.

Джулия смотрела на Тома не мигая.

— Можете идти! Или вы не слышите?

— Это приказ?

— Нет. Если вам так хочется, то можете остаться и вычистить все еще раз, — усмехнулся Том.

Джулия ничего не ответила. А когда капитан вышел, она несколько раз судорожно глотнула воздух. Ее ладони были изранены и ободраны, рассеченная бровь нестерпимо болела. Вернувшись в каюту, Джулия даже не нашла в себе сил раздеться, а просто легла на койку и забылась тяжелым сном.

В последующие дни Том вел себя безжалостно по отношению к ней. Он цеплялся ко всему, заставляя ее переделывать одну и ту же работу по два, а то и три раза. Джулия понимала причину этой внезапно вспыхнувшей ненависти: он был в бешенстве на самого себя за то, что не удержался и поцеловал ее. Его злила собственная слабость, и обвинял он в этом ее, Джулию.

Моряки никак не могли взять в толк, почему капитан так резко изменился за эти дни, ведь он даже запрещал им помогать Джулии, загружая тут же их какой-нибудь работой, часто совсем ненужной. Еще недавно теплая и дружеская атмосфера на «Духе Ветра» превратилась в подозрительную и напряженную.

Джулия мужественно выдерживала все придирки Тома, не позволяя себе ни одной жалобы. Она твердо решила не дать ему сломать себя, хотя иногда ее изодранные и кровоточащие руки болели так, что она плакала по ночам. Девушка во избежание лишних разговоров старательно прятала их от всех. Но однажды в камбуз неожиданно вошел Мак и увидел, как она натягивает на руки полиэтиленовые пакеты.

— Боже мой, что ты делаешь?! — в ужасе закричал первый помощник, вдруг перейдя на «ты». — Ну-ка, покажи!

— Да… ничего страшного! — искусственно засмеялась Джулия, пряча руки за спину.

Не слушая, Мак взял ее руку и повернул ладонью вверх.

— Господи! Да у тебя же все пальцы изранены! Их надо срочно обработать и перевязать. Пойдем-ка, я сейчас…

— Ой, нет, нет! Все пройдет, не беспокойтесь!

— Не говори чепухи! Я представляю, как они у тебя болят. Сейчас же иди к капитану и…

Мак замолчал, увидев страх в глазах девушки.

— Джулия, скажи честно. Что произошло между вами? Мы же видим, что он третирует тебя. Чем ты его так разозлила?

— Не имеет значения. — И Джулия невольно закрыла ладонью рассеченную бровь.

— Еще как имеет! Он не должен более так с тобой обращаться. Я сейчас пойду и вправлю ему мозги! — с возмущением сказал Мак.

— Мак, пожалуйста, не делайте этого! Будет еще хуже, ведь он подумает, что я вас подослала.

— Но это не может так больше продолжаться! Ты не можешь терпеть подобного обращения.

— Могу, — горячо заговорила Джулия. — Я все могу вынести, если он находится от меня на значительном расстоянии. В жизни не допущу, чтобы он хоть когда-нибудь приблизился и дотронулся до меня.

Мак уставился на нее широко раскрытыми глазами.

— Вот оно что! Значит, между тобой и капитаном…

— Я лишь позволила поцеловать себя, но думаю, что в этом все дело.

Джулия отвернулась, боясь наговорить лишнего. Но Мак, очевидно, уже сделал собственные выводы, ибо коротко сказал:

— Тогда для тебя самое время все расставить по своим местам.

— Нам осталось плыть меньше недели. И я думаю, что все само встанет на свои места.

— Сомневаюсь! — с иронией заметил Мак. — Но пока тебе надо что-то сделать с руками. Не беспокойся. Я пойду в каюту капитана, возьму аптечку и перебинтую тебе руки. Если он спросит, то скажу, что ты обожгла руку, ставя пироги в печку.

Джулия хотела возразить, но, взглянув на Мака, поняла, что это бесполезно. Он быстро вышел из камбуза и вскоре вернулся, держа в руках аптечку. В ответ на немой вопрос девушки успокоительно кивнул головой.

— Все в порядке. Его не было в каюте.

Перебинтовав ей руки, Мак предупредил:

— Я в этом не очень большой специалист. Вот капитан — настоящий доктор. У нас на корабле только он и разбирается в медицине.

— Чудесно, Мак! Я вам так благодарна! Будьте добры, наденьте эти мешки поверх бинтов и завяжите на запястьях. Я тогда смогу вымыть душевые и туалеты.

— Тебе нельзя этого делать, — неодобрительно покачал головой первый помощник.

— Но кто-то же должен их чистить! Вот эластичный бинт. Им и завяжите.

Мак исполнил ее просьбу и вновь неуверенно покачал головой:

— Это долго не продержится. Подожди, я постараюсь сделать что-нибудь более надежное.

— Спасибо, Мак! Вы такой милый.

Джулия поцеловала Мака в щеку, и в тот же момент с порога раздался чей-то насмешливый голос:

— Ага, вот вы здесь чем занимаетесь!

Сердце девушки сильно забилось. Но, увидев в дверях Пита, она облегченно вздохнула.

— Так, так! Значит — с офицерами? — сделал страшное лицо Пит.

— Мы с Джулией основали общество взаимного восхищения, куда низших чинов, вроде тебя, не пускают! — надменно подняв голову, торжественно заявил Мак. Но тут же улыбнулся и участливо спросил: — Как твоя рука?

— Чертовски болит! — откровенно соврал Пит. — Джулия, и что это за мешки у тебя на руках?

— Это последняя мода.

Пит вздохнул.

— Действительно, глупый вопрос. — Он подошел к плите, чтобы приготовить себе кофе. Но тут же вновь спросил: — А если серьезно: зачем это?

Молодой моряк обернулся и тут же осекся, увидев входившего Тома. Первое, что капитан заметил, была аптечка.

— Кому плохо? — обратился он к Маку.

— Никому, — успокоил первый помощник. — Просто мы перебинтовывали руку Пита.

Пит быстро заморгал, сохраняя серьезное выражение лица, и «честными» глазами посмотрел на капитана. Том одобрительно кивнул и холодно взглянул на Джулию, сидевшую с заложенными за спину руками.