Чтение онлайн

— Ну, с технической точки зрения, я пытался докричаться тебя почти 10 минут, пока ты не заорала уже в ответ.

— Пофиг, — я улыбнулась. — Что ты здесь делаешь?

— Принес тебе свои конспекты, свеженькие, прямо из класса.

— Вот фак, спасибо. — Я состроила кислую мину и не заметила, как уронила свои тетрадки на пол.

— Давай-ка помогу, — Брент нагнулся вместе со мной.

В лучших традициях Голливуда, наши руки соприкоснулись. Я могла слышать, как его сердце сумасшедше бьется (как и мое), а тепло его кожи мгновенно согрело меня. У нас был «тот самый момент», во время которого в фильме играет супер-романтическая музыка и двое понимают, что влюблены друг в друга. Я смотрела в его глаза так, будто смотрюсь в зеркало, но это не было и десятой частью того, что я чувствовала.

Во мне горело огромное желание протянуться вперед и попробовать его губы. Почти уверена, что он заметил, как жадно я смотрела на эту его часть лица. Совершенного лица. Его губы приоткрылись, а дыхание прервалось. Я забыла, что моим легким нужен воздух.

Его лицо было так близко. Еще чуть-чуть. Еще. Чуть. Чуть.

— Я надеялся, ты скучаешь по мне. — Ледяная вода Арктики была теплой в сравнении с тем, что я сейчас испытала, услышав голос Трэвиса. Мое сердце начало биться раз в триста быстрее, чем моментом ранее.

Бренту хватило пары секунд, чтобы оценить ситуацию и резко подняться на ноги, держа в руках мои тетрадки и ручки.

— Что здесь происходит? — Трэвис подошел к нам, поочередно вглядываясь в наши лица.

Тот взгляд, которым он одарил Брента, не последовал ко мне, но, тем не менее, Брент смело выстоял.

— Ким уронила свою канцелярию, — он сказал это таким тоном, будто он произнес «ну, ты же ее знаешь». Потом он усмехнулся и все. Момент был упущен. Я уверена, Трэвис и Брент тоже чувствовали это, но я засунула свои переживания как можно глубже.

исходит, когда ты начинаешь орать в уши девушкам, которые с рассеянным сознанием. — Тебе повезло, что у меня не было с собой газового баллончика.

— Ага, — Брент послал мне кривую ухмылку, — с твоим-то везением, ты брызнула бы себе в лицо.

— Может быть, — я посмотрела на Трэвиса, — что ты делаешь здесь?

— Я скучал и хотел увидеть тебя перед тем, как ты пойдешь сегодня на учебу. Моя утренняя тренировка кончилась позднее, чем хотелось, и я еле успел, так что мне надо поблагодарить Брента за то, что он задержал тебя здесь.

Я абсолютно точно не могла сказать, что то, что было между мной и Брентом, было «удержанием» меня. Формально, мы ничего не делали незаконного. Конечно, мои чувства к нему были неправильными, но Трэвис не знал об этом, так что, надеюсь, Трэвис реально думает про то, о чем говорит.

Наша компания замолчала на пару секунд. Я посмотрела на часы и пискнула, как много времени прошло.

— Дерьмо, ребята, я опаздываю.

— Проводить тебя в класс? — спросил Трэвис.

— Прости, Трэв, я побегу со всех ног.

— Ладно, — сказал он расстроенно, но затем улыбнулся, — придешь вечером же, да? — Его голос разрушал меня.

— Конечно, — я легонько поцеловала его в щеку и он покраснел.

— Спасибо за конспекты, — я посмотрела на Брента, — перепишу и отдам позже.

— Оставь себе, у меня уже есть. — Он опять улыбнулся и не отвел взгляда.

— Окей, теперь я побежала. Увидимся, мальчики!

Мне было все равно, что я опоздаю на урок в такой же степени, как было все равно, что я все еще чувствовала себя слабой. Меня волновало две вещи — Трэвис и Брент. Что, черт возьми, мне делать?

Этим вечером я была у Трэвиса. Мы только что вернулись из кафе и теперь просто сидели напротив телевизора. Мы оба были напряжены по какой-то причине, но даже тот факт, что я обвилась вокруг него плющом, не помог снять напряжение. Даже его плечи сжались. Боже, надеюсь, что это не из-за меня. Я знала, что я была последней из тысячи причин для отстойного настроения Трэвиса. Наверно. Но как много он догадывался по поводу моих чувств? А моего чувства вины? Вдруг оно написано на моем лбу черным несмываемым маркером? А, может, это все из-за того, что есть между мной и Брентом? Вероятно, стыд, который я испытывала к своему другу, как-то отразился на Трэвисе. Хреново.

Парень так много сделал для меня (в первую очередь просто на просто любил меня), и, возможно, это была моя последняя попытка не только увидеть, есть ли у меня чувства к Бренту, но и является ли Трэвис тем парнем, с которым мне следует быть… так что, придется брать быка за рога.

Я резко развернула к себе Трэвиса и поцеловала его так глубоко и страстно, как могла. Хотелось почувствовать его полностью и так близко, как получится. Я выпустила страсть, сфокусировалась на нем, на нас. Так хотелось, чтобы наш поцелуй не был таким сложным и мучительным, но нет. Из-за того, что он не ожидал этого, я ударилась о его зубы.

Я не смогла сдержать смех. Мой внезапный поцелуй не сработал. Мне моментально поплохело, а Трэвис был похож на рыбу, которую вытащили из воды, да еще и глазел на меня во все глаза, заливаясь во все горло, будто это самое глупое, что я делала.

Думаю, Трэв понял весь юмор ситуации — что мы просто не могли сделать вместе — или просто засмеялся от того, что засмеялась я. Даже когда ничто не прерывало нас, мы сделали это сами.

Наконец, когда наши щеки отваливались, Трэвор взял мою руку и я посмотрела на него, буквально. Он пытался отдышаться, и был полностью моим… только вот… я не была его. Это все не было честным по отношению к нему, и то, как он смотрел на меня, говорило только об одном — он знал.

— Это не должно быть так тяжело, — через пару минут проговорила я.

— Любовь не всегда просто, — ответил он, но я слышала (совершенно точно) хрипотцу в его голосе. Он обхватил свою голову на мгновение, а потом резко откинулся на спинку дивана и уставился прямо на меня. — Но тут ты права. Не должно быть так тяжело. — Трэвис остановился и я не начинала говорить, потому что не знала, что сказать прямо сейчас, а мусор нести не была в состоянии. Трэв сам все прекрасно понимал. — Может, Вселенная пытается нам что-то сказать?

— Трэв… — начала я, ценя то, что он начал это все первым, но определенно точно зная, что не хочу видеть его мучения. Он заслуживал простого пути — чтобы я собрала яйца в кулак и сообщила, что наши отношения никуда не приведут.

— Ким, я тебя люблю, серьезно. И знаю, что ты любишь меня тоже, я чувствую, даже если ты не говоришь. Но разница-то в том… я влюблен в тебя, но ты — нет. Бог видит, но твое сердце не принадлежит мне.

— Я люблю тебя. Очень сильно, — сказала я. Ему надо было услышать это. — Не хочу делать это, и терять тебя тоже не хочу. Ты один из моих лучших друзей.