Чтение онлайн

— Так ты говоришь, что боишься меня?

— Да.

Он потянулся рукой через стол и обхватил ею мое запястье с татуировкой.

— Раздевайся.

— Что?

— Замолчи и сделай это.

Без согласия моего тела я встала из-за стола. Мое сердце колотилось от страха. Жуткая паника затопила мой разум, напомнив мне о моем будущем. Пристальный взгляд голубых глаз Кинга сосредоточился на моем испуганном лице, когда я спустила бретельки с моих плеч и позволила платью упасть на пол. С голодным блеском он рассматривал меня пару мгновений, лишь сильнее сжав мое запястье, а потом наклонился ближе. Я думала, что он хочет поцеловать мою шею или просто прикоснуться ко мне, но он этого не сделал. Вместо этого он подошел ко мне сзади и, уткнувшись носом в мой затылок, глубоко вдохнул.

Какого черта?

— Скажи, что ты любишь меня. Попроси меня заняться с тобой любовью, — прошептал он, не убирая своей руки с моего запястья.

Кошмары его частного острова обрушились на меня так резко, что я могла почувствовать страх на кончике своего языка.

— Я люблю тебя. Пожалуйста, Кинг, займись со мной любовью.

Кинг отпустил мое запястье и, повернув меня к себе, посмотрел в мои глаза. Я могла чувствовать его дыхание на своем лице, чувствовать запах вина, и слышать, как бешено стучит мое сердце. Мне оставалось только молиться, что сейчас, как уже было однажды в момент моей паники, я смогу освободиться от его чар.

— Я верю тебе,— он отвернулся от меня и сел обратно за стол. — Ты можешь одеться.

Я моргнула и потянулась за своим платьем. В этот момент мои глаза были прикованы к лежащему на столе ножу. Божечки! Я собиралась его убить!

— Можешь попробовать, — сказал он, тоже глядя на нож. — Возможно, ты почувствуешь себя лучше.

— Какого черта это было? — кипятилась я, в то время как он полностью спокойный и равнодушный ко всему наливал себе очередной бокал.

— Я чувствовал твой страх. Видел его в твоих глазах. Ты действительно меня боишься.

— В этом весь смысл?

— Эмоции невозможно подделать. Ты и правда думала, что я могу обидеть тебя, а значит, я уже обидел тебя до этого.

Кинг встал и посмотрел на стол.

— Приятного аппетита.

Он уходит? Не предоставив мне шанс пырнуть его ножом? Как неблагородно!

— Куда ты идешь? — негодовала я, ожидая, что он скажет, что это не мое собачье дело.

— Этим вечером я не хочу больше тебя беспокоить, и мне предстоит принять очень трудное решение. Я вернусь позже. Оставайся здесь. Тут ты в полной безопасности.

На полпути к двери он остановился и обернулся.

— И, кстати, Миа… Я никогда не возьму женщину против ее воли. Но мне очень понравилось смотреть на твое тело. Несомненно, в этом году Боги пошлют нам отличный урожай.

В полном шоке от его слов я открыла рот.

Кто этот парень?

Весь следующий час я сидела за столом, обдумывая этот вопрос. Вернее, я размышляла над тем, что он заставил меня почувствовать. Злость, подавленность, сумасшествие. Я не могу отрицать, что мое пребывание рядом с ним подобно наркотику, которым я никак не могу насытиться. То, что он сделал, доказывало, что я его боюсь, но и могу ему доверять. Он поставил меня в положение, когда я находилась в его полной власти, и он мог сделать со мной все, что ему бы захотелось. Но он ничего не сделал, потому что понял, что должен завоевать мое доверие.

Есть мне не хотелось, а прохладный бриз, доносившийся через открытые окна, убаюкивал. Я устроилась на кровати Кинга и, накрывшись мягким красным одеялом, закрыла глаза. Аромат Кинга (цитрус и мускус) окутал меня, и мои мысли вернулись к нему. Этот Кинг был сильным и соблазнительно бесстрашным. Да, он был смертным мужчиной, но в то же время слишком властным для обычного человека. Он был частью будущего Кинга, от жестокости и красоты которого у меня перехватывало дыхание. Этот человек спас мою мать. Держал меня на руках, когда я думала, что моя жизнь заканчивается. Да, теперь я четко осознавала, что внутри у будущей версии Кинга находится два совершенно разных человека. Одного из них я ненавидела и хотела убить. Другим был Кинг, который недавно вышел из этой комнаты.

От воспоминаний о нем моя кожа покрылась мурашками. Я вспоминала его обнаженный торс, его голубые глаза. Вспоминала его тело. Божечки мой, я думала о его стальном прессе, о его мускулистых ногах, о его бицепсах, о…

Я почувствовала пульсацию между моих ног и покачала головой.

Насколько я испорчена?

Не было ни одного возможного сценария, который закончится для меня счастливо. Несмотря на это, я не могла перестать желать его. Хоть он и был одной огромной ложной надеждой. Кроме этого… он живет в 1500 году до н.э., вернее, плюс минус несколько десятилетий, потому что точной даты я не знала.

Так ты хочешь прекратить это чувствовать?

Нет, я не влюбляюсь в него… Я просто…

Я вздохнула.

Лучшим способом описать мои чувства будет назвать Кинга магнитом.

Неспособная противостоять пелене обволакивающего меня сна, я постаралась начать думать о чем-то еще. В мою голову ворвался образ будущего. Образ дома моих родителей в Сан-Франциско.

Джастин и Джейми сидят на мягком диване в гостиной и держат на руках их красивого ребенка. Бекка спорит со своей матерью о каком-то актере, который им одинаково нравится.

— Нет, он до сих пор встречается с этой моделью, — могла бы сказать кто-нибудь из них.

— Нет, они давно расстались, — возразила бы вторая.

Но в гостиной не было бы моих родителей, потому что они бы заканчивали накрывать на стол и украдкой бы целовались, пока их никто не видит.

А я… Я бы тоже была там. Где-то там, но мне трудно представить себе детали. Потому что я до сих пор нахожусь «в гостях» у древних минойцев и задаюсь вопросом, а хочу ли я вообще возвращаться обратно?

Какого было бы моим бедным родителям, если бы я решила остаться здесь? Ведь потерять дочь так же больно, как и потерять сына. А каково им будет потерять обоих?

Я вздрогнула. Я не могла представить себе такого горя.

Тем не менее даже если я хочу вернуться домой, этого может и не произойти. Тогда что? Что с ними будет?

Божечки, мы все так облажались!

Глава 10

Открыв глаза, я понятия не имела, который сейчас час. Да и открыла я их потому, что мой разум пытался разбудить меня, как какую-то непослушную младшую сестру, пока я не смогла его не игнорировать. Я вспомнила, что нахожусь в кровати Кинга. Света одной единственной горевшей масляной лампы было достаточно, чтобы разглядеть силуэт Кинга, сидевшего в кресле в углу комнаты. Его взгляд был раздраженным и сосредоточенным, совсем как у животного. Все это слишком напоминало человека, которого я узнаю много столетий спустя — его напряженная поза (руки, покоящиеся на его коленях) говорила о том, что он крайне сосредоточен и совсем не в восторге от происходящего.

— Ты вернулся, — выдавила я.

Кинг продолжал смотреть перед собой озлобленным и одичавшим взглядом. Это была другая, хорошо знакомая мне часть Кинга. И отнюдь не хорошая.

Мое сердце сжалось.

— Кинг?

— Что? — ответил он холодно.

— Ты в порядке?

— А как ты думаешь, женщина?

— Думаю, нет.

— Любое решение, над которым я размышляю, в итоге повлечет за собой чью-то смерть.

— Мне жаль. Очень жаль, — мой голос был полон раскаяния.

— Я не просил твоей жалости.