Чтение онлайн

Бредя по заснеженной улочке к дому, я думала о том, что если я не изменюсь, меня могут уволить из родной школы. Хотя… Моя школа всегда была отвратительной. Я имею в виду отношения между учениками. Да и между учителями, наверное, тоже. Я еще пока не очень вжилась в коллектив, а может меня и не очень-то хотели принять. Меня там знали почти все учителя, но тепла я от них не чувствовала, ни когда училась, ни теперь. Еще мама мне рассказывала дикие вещи из своего детства. Когда весь класс объявлял бойкот новеньким и лупасил, и издевался над ними, моя мама всегда защищала их. А потом, когда новенькие ученики, пройдя спецобработку, становились своими, они вместе со всеми издевались над вновь прибывшими жертвами и над ней тоже. Забывая, что сами были в их шкуре, и кто был с ними по одну сторону баррикады! Я не думаю, что учителя не замечали таких своеобразных отношений. В нашу школу часто переводились дети из других, более слабых школ, потому что она давала хорошую подготовку, школьная программа была всегда специализирована, и выпускники легко поступали в любой ВУЗ. Да и я из своих школьных лет помню только Валентину Михайловну – свою первую учительницу, которая нас действительно любила, да физрука Льва Яковлевича, хорошего доброго человека, к сожалению, они уже не работают в школе.

Может мне подстроиться под общий лад, и все будет нормально? Надо об этом поразмыслить, потом....

Открывая дверь квартиры, я услышала телефонный звонок.

Звонила моя институтская подруга.

– Иришка, привет. Мы с мужем хотим пригласить тебя к нам Новый год встречать, – сказала она.

– Спасибо. Я не знаю еще… Может, и к вам приду.

– А как там твои личные дела? – спросила Катя, намекая на мой недавний роман с нашим общим приятелем.

– Это все в прошлом, – ответила я. – мы расстались.

– Ну и бог с ним! Ты девица хоть куда! Найдешь себе другого! – и засмеялась в трубку.

– Может быть… – я улыбнулась, вспоминая наш с Вадимом разрыв, а потом сказала, – Хотелось бы верить в то, что я не убью следующего своего кавалера!

Мы посмеялись над моим неудачным романом и договорились созвониться ближе к празднику. Я усмехнулась, вспоминая взгляд Вадима, когда я его полуголого и растрепанного выкидывала из квартиры, выбрасывая вслед предметы туалета и чемодан с вещами…

Год назад, я случайно встретила своего знакомого. Мы поболтали и договорились встретиться еще. Он когда-то учился у нас в институте, потом бросил, и поступил в другой. Раньше мы виделись иногда на вечеринках, но внимания друг на друга не обращали. А эта случайная встреча что-то в нас всколыхнула, и у нас начался роман. Он парень весьма симпатичный – от девиц в институте отбоя не было, а я была синим чулком. На меня тогда вообще никто никогда внимания не обращал. И тут, спустя время, я увидела его, и мне показалось, что я влюбилась. Он стал более взрослым, немного вальяжным. Ухаживал он красиво. Цветы подарки, рестораны…

Потом переехал ко мне. Своей квартиры у него не было.

Мне казалось, что я, наконец, обрела человека, с которым мне хорошо и спокойно. Поначалу он тоже был нежен и ласков. Потом как-то быстро стал раздражительным, все ему не нравилось, все было не так… Я сначала сильно переживала, но потом поняла, что это не мое. И вот один раз я уехала в Питер к маме, сказала, что приеду через три дня. Перед моим отъездом он был таким заботливым и нежным. Проводил меня на вокзал, переживал – как бы я не замерзла, не простудилась, закутывал мне воротник шубки, долго махал вслед уходящему поезду…

Приехала я на один день раньше. Вошла в квартиру и услышала какую-то возню в спальне. Вадим занимался любовью с девицей, которую я тут же вспомнила. Она училась с ним в одной группе. Красотка! Не мне чета…

Я даже не разозлилась. Я просто подошла к этой ничего вокруг не замечающей парочке, схватила девицу за длинные распущенные волосы, накрутила их на руку и рывком скинула ее с кровати. Вадим вскочил, и в чем мать родила, бегал вокруг, и оправдывался. Как будто этому было оправдание! Девица быстро, видимо по привычке, оделась и выскочила из двери, а Вадима, который успел одеть только трусы и рубашку, я оглоушила стоявшей в углу комнаты шваброй и пинками выставила из квартиры. Затем открыла шкаф, покидала в чемодан его немногочисленные пожитки и выбросила следом. Он орал на лестничной клетке, требуя, чтобы я его выслушала, или хотя бы позволила одеться. Я захлопнула дверь, меня передернуло от отвращения, и, осев на корточки, заплакала.

На его звонки я не отвечала. Сменила симку в мобильнике, и через месяц забыла о его существовании.

Мой первый любовный опыт закончился крахом. Хорошо еще, что я уже до этого поняла – он герой не моего романа. Итак, я опять жила в гордом одиночестве, но лучше уж так, чем с человеком, который тебя не любит и не ценит.

Я ходила по магазинам. Искала подарки для подруги и ее мужа. Я все-таки решила встречать Новый год у них. Они жили на окраине города – в Бутово. Купили там квартиру и только что закончили ремонт. Мне хотелось посмотреть, как они устроились, да и перспектива сидеть под елкой в одиночестве меня не устраивала. Кутузовский проспект горел огнями, магазины были полны товаров по немыслимым ценам, на проезжей части стояли в километровой пробке автомобили. Задыхаясь от выхлопных газов я свернула в переулок, двигаясь к своему дому. Я так ничего и не купила. Придется куда-то ехать еще! Мне хотелось скорее прийти домой, принять горячий душ и лечь в постель. На улице было холодно и суетно – все куда-то бежали. Я стала почти затворницей. Похоже, мне начинало нравиться мое одиночество. Я ни от кого не зависела, делала только то, что хотела сама. Никто не диктовал мне никаких условий, хочу – готовлю, хочу – ложусь спать голодной… Красота! Сама себе хозяйка!

Сейчас выпью горячего чая, посмотрю телевизор и лягу спать – подумала я. Подходя к подъезду, я увидела сидящего в неестественной позе мужчину. Он спал возле искусственной переливающейся огнями елки, которую устанавливали возле каждого подъезда в Новогодние праздники. Я наклонилась – может ему просто плохо. От него несло за версту спиртным. Пьяный!

Я прошла мимо него, поднялась на лифте, и вдруг, у меня екнуло сердце. Он ведь замерзнет. На улице мороз. Завтра все будут встречать Новый год, а ведь он и до утра не дотянет, если будет валяться на холоде.

Бросив сумку на тумбочку, возле двери, я опять вышла на улицу. Консьержка недоумевающе смотрела на меня, когда я попросила ее позвонить соседу с пятого этажа, чтобы он спустился и помог мне затащить какого-то пьяного мужика в подъезд.

– Я не имею права затаскивать сюда всех алкашей, которые валяются на улице, – сказала мне консьержка – неприятная пожилая тетка.

– Но он же замерзнет! – возмущенно сказала я.

– Пусть! Меньше пить надо! – прошипела она.

– Нельзя быть такой! – выкрикнула я.

– Какой? – уперев руки в бока, крикнула тетка.

– Такой равнодушной! – сказала я.

– Кого тут нести надо? – спросил огромный сонный сосед.

– Тут у подъезда сидит. Пьяный, – захлопотала я. – Может ему плед принести, согреется, протрезвеет и домой уйдет.

– Ну, уж нет! – заорала консьержка. – Вы по домам разойдетесь, а я тут с ним один на один останусь! Вдруг он хулиганить начнет? Коль уж ты такая малохольная, забирай алкаша к себе!

– Ну, ведь… – не договорила я.

– Я все сказала! Щас милицию вызову!

– Ладно, Иван, – обращаясь к соседу, сказала я, – тащи ко мне.

Иван взвалил, ничего не соображающего, не подающего никаких признаков жизни мужика, и потащил его ко мне на шестой этаж.

Я удивлялась сама себе! Нашла какого-то алкаша возле подъезда и затащила его в дом! Дура, дура и есть!

Сев на корточки я стала его рассматривать. Он был весь вымазан грязью, и разило от него так, что меня уже начинало подташнивать. Я взяла мокрую тряпку и стала протирать ему лицо – может, очнется? Он не шевелился. Может, помер уже?

Расстегнув его достаточно дорогую куртку, которую, судя по всему, придется теперь выкинуть, я прижала ухо к груди. Сердце билось. Он вздохнул и открыл глаза. И я его узнала!

Невероятно! Как такое может быть! Леший!

Он посмотрел на меня мутными глазами, улыбнулся и опять заснул.

От отца нам с мамой в наследство остался большой деревенский дом во Владимирской области. Мы очень любили проводить лето там, в деревне, вернее я одна. Почти все каникулы я жила в этом доме. Мама приезжала на выходные, привозила мне продукты, мы развели там огород, хотя и очень маленький, но нам хватало. Дом был большой и старый. Он нуждался в ремонте, но денег у нас тогда не было и мы об этом не думали. В палисаднике росли кусты сирени, прямо под окнами возвышалась старая черемуха, мы посадили цветы и посеяли травку – там было красиво и тихо. Воздух был потрясающе чистым, и мы с мамой не могли им надышаться, когда приезжали из загазованной Москвы.