Чтение онлайн

Лада узнала обо всем происшедшем сразу, когда появилась на работе.

Вся редакция «Новостей» гудела, как осиное гнездо, в которое только что наведался медведь.

Вика провела свою партию безукоризненно — от начала до конца.

Во все перипетии минувшей ночи были немедленно посвящены пять или шесть самых надежных подруг. Подруги отрабатывали расположение всесильной звезды с исключительным рвением. Через два часа все «Останкино» было ознакомлено с Викиной версией событий. Все знали, что Александра Потапова, выслеживая своего несчастного мужа, забралась под стол в комнате «Новостей», чтобы поймать влюбленных с поличным.

Выскочив из-под стола в самый разгар трудного объяснения двух благородных, но связанных обязательствами влюбленных — ибо какой-то муж всегда маячил у Вики на заднем плане, — Александра Потапова устроила дебош и непристойную драку. Она вцепилась в кроткую Вику, порвала на ней эфирный костюм, испортила прическу, перевернула кресла и папки с бумагами. Даже Андрей не мог ее утихомирить. С ней как будто сделался какой-то припадок.

Вы никогда не замечали? Может, у нее проблемы с психикой?

Вполне возможно и, знаете, даже скорее всего…

Утихомирить Потапову смог только подоспевший Вике на помощь Вешнепольский, знаток восточных и разных прочих единоборств. Кое-как скрутив хулиганку, он утащил ее из комнаты, но она вырвалась, прибежала обратно, но уже рыдая и умоляя не выгонять ее с работы. Даже в своем болезненном состоянии Потапова поняла, что Виктория Терехина, при всей ее кротости, не сможет терпеть на работе буйнопомешанную.

Иван, в ночь улетевший на Кавказ, ни подтвердить, ни опровергнуть ничего не мог. Шеф-редактор, пришедший утром на работу, обнаружил в комнате «Новостей» полный хаос: разбросанные материалы, раскуроченные кассеты, опрокинутые кресла и разодранные папки.

В этот момент остолбеневшему от изумления шеф-редактору позвонила Вика, с точностью до секунды рассчитавшая время. Сообразить ему ничего не дали. Специальный корреспондент Александра Потапова в течение часа была уволена «за нарушение трудовой дисциплины».

— Радуйся, что уголовное дело не завели, — сказал Александре Потаповой Михаландреич. — Хулиганство все-таки, не хухры-мухры…

Он все понимал, этот пожилой человек, проработавший на телевидении тридцать лет.

Он ничем не мог помочь специальному корреспонденту Александре Потаповой, ибо его непосредственный начальник, продюсер общественно-политического вещания, был назначен на эту высокую должность Викиным отцом.

— Иди к Вешнепольскому в программу, — мучаясь от стыда, посоветовал шеф-редактор. — Он никого не боится, Ванька-то… А ты с ним дружна…

— Зачем ему лишние неприятности? — спросила Александра, улыбаясь. Она все время улыбалась, как фарфоровая китайская кукла, — в дверь постоянно заглядывали любопытные. — Мне теперь надо не в программу, а на лесопилку куда-нибудь.

Шеф-редактор закурил, забыв про сигарету, дымившуюся в пепельнице.

— Все образуется, девочка, — тихо сказал он Александре. — Пережди. Затаись.

Но как ей было затаиться, когда после неправдоподобно ужасной ночи, которую она провела одна, сидя на полу в кухне, за ней прислали машину с «жандармом», как она выразилась про себя, чтобы тот доставил ее на место преступления!

Лада Ильина, приехавшая, как всегда, к часу дня, застала коллег в непередаваемо возбужденном состоянии. Узнав пикантные подробности происшедшего, она кинулась звонить Александре домой, потом приехала ночевать, и вот уже три часа они усердно и истово напивались, не понимая, как жить дальше.

— И знаете, — сказала Александра, не слишком уверенно пристраивая свой стакан на полированную поверхность ветхого пианино, — я еще с ней встретилась, когда уходила. Я уходила, а она прибыла. Мы столкнулись на выходе. Она говорит: «Ну что, скушала? И это, — говорит, — моя дорогая, не конец. Это только начало. Посмеешь пикнуть при разводе или еще где, я тебя из Москвы выселю, не то что из квартиры твоей поганой. У Победоносцева, — говорит, — великие дела впереди, так ты лучше вообще его фамилию забудь, не позорь его имя…»

— Вот сука, — пробормотала Лада. — Не реви, Марья!

Маша судорожно всхлипывала, не в силах остановиться.

— Да к-как же мне н-не реветь, если к-кругом такое дерьмо!.. И Ваня пропал на Кавказе…

Даже в нынешнем бредовом состоянии, когда мозг, оглушенный алкоголем и снотворными, которые она приняла под давлением ночевавшей у нее Лады, не в состоянии был ничего воспринять, Александра не могла пропустить мимо ушей Машин истерический всхлип.

Она уже знала, что Вешнепольский и Серега Быстров, всегдашний оператор Ивана, попали в засаду в горах и были увезены в неизвестном направлении. Об этом с утра до ночи твердили в «Новостях», которые Александра смотрела теперь только по телевизору. Выдвигались версии, предлагались деньги за информацию, похитителей призывали освободить заложников, горы прочесывал спецназ, ситуацию контролировал президент… В общем, все, как всегда.

Или почти как всегда. Невозможно было представить, чтобы на Ивана Вешнепольского, знаменитого и всеми любимого, кто-то осмелился вот так запросто напасть.

Но при чем тут Машка, лучшая подруга и провизорша из аптеки в Воротниковском переулке?

— Ты чего, Мань? — спросила Александра со своим обычным тактом, еще обострившимся от трехчасовых возлияний. — При чем тут Вешнепольский? Ты же его знать не знаешь! Это я рыдать должна, потому что он мой друг, а не твой…

— Как же я его не знаю, когда я его люблю!.. — икая, возразила Маша.

— Кого? — спросила Александра.

— Его. — И Маша опять залилась слезами.

— Чего это она, а? — Лада подошла поближе, достала платок из кармана джинсов и бесцеремонно вытерла Машину физиономию. — Тронулась с горя?

— Кого любишь? — спросила Александра. — Победоносцева?

— Пошел в ж… твой Победоносцев! — взвилась Маша. — Если хочешь знать, я его всегда терпеть не могла! Поду-умаешь, великий журналист, покоритель московских девиц! Хреноносцев он, а не Победоносцев!

— А тогда кого? — спросила Лада, до которой с некоторым опозданием стало доходить, о чем говорят подруги.

— Что — кого?

— Кого ты любишь-то, идиотка? Мы сегодня все одинаково любим Победоносцева Андрея…

— Ва-а-аню-у-у, — почти завыла Маша. — Я без него жить не могу…

— Да где ты его взяла-то? — почему-то рассердившись, спросила Александра. — А? По телевизору видела?

— Он в аптеку приходил… — с трудом выговорила Маша, — ас-аспирин покупал…

— О, господи Иисусе, — пробормотала Александра.

Очевидно, алкоголь был ни при чем.

— Значит, он к тебе на свидание позавчера ехал, когда все это… стряслось? — подозрительно спросила она.