Мой лорд из другого мира
Шрифт:
Я как раз потянулась за пирожным, но замерла, повернулась к Гордону. Что это значит? Дань традициям или новый план лорд-стража? Готова спорить на собственные панталоны, что второе!
– Одна?
– О, не переживайте, – улыбка Ровены стала еще шире. – Тоби станет навещать вас каждый день. Ведь правда, Тоби?
Еще бы не стал!
– Это обязательно? – спросила я уже у Гордона, который сосредоточенно изображал досаду. Как-то не верилось, что он собирается избавить меня от собственного общества и отпустить одну. Ровена не в счет: сам заявил, что обмануть ее проще, чем ребенка.
– Думаю, так будет даже лучше. Ровена поможет тебе с новым гардеробом, расскажет о нашей семье и общих знакомых. Тебе не будет скучно, да и библиотека у брата побольше моей.
– Юлия, вы любите читать?
– Рассматривать картинки, – усмехнулся Гордон, а я попыталась испепелить его взглядом… И только сейчас заметила дремлющую на жердочке птицу.
Бурая, с темными перышками, она настолько сливалась с интерьером, что вполне могла быть здесь и в прошлый раз. Но в прошлый раз мне было совсем не до питомцев лорд-стража. В отличие от диковинной зверушки, птица напоминала обычную сову, только очень большую. В орнитологии я разбираюсь слабо, но однажды писала про них статью, такими крупными были только филины.
Словно почувствовав мой интерес, птичка распахнула огромные глаза, которые оказались не желтыми, а сине-зелеными. Как море… Я моргнула первая, не выдержала гипнотического взгляда.
– Тогда мы обязательно заглянем в Музей искусств, когда отправимся за покупками. О, мне уже не терпится показать вам Конвель! Юлия, допивайте поскорее чай, и в путь!
Мои брови поползли вверх. Ничего себе она шустрая. Мы, можно сказать, только познакомились, а уже по музеям вместе пойдем.
– Прямо сейчас?
– А зачем тянуть, – рассмеялась Ровена. – Тоби все равно нужно на работу.
Я едва не рассмеялась в ответ, потому что не могла поверить своему счастью. Нет, не так. Знала, что где-то здесь есть подвох.
– С вами отправится Посейдон, – уточнил лорд-страж.
А вот и подвох! Гигантский такой подвох, с щупальцами. Ведь чувствовала, чувствовала, что так просто меня не отпустят!
Глаза Ровены заблестели.
– О, Юлия, нас будет сопровождать страж правопорядка.
– Какая прелесть, – вяло поддержала новую подругу. – Я могу поговорить наедине с… Тоби?
Называть Гордона по имени было непривычно, но это лучше, чем потом объяснять, почему я называю его иначе.
– Конечно, – согласилась Ровена и выпорхнула из-за стола. – Только долго не секретничайте, я хочу еще заскочить в ювелирный салон.
– Уже лучше, – похвалил меня Гордон, стоило шагам леди стихнуть. – С Ровеной я договорился, сказал, что тема для тебя болезненная, так что она не станет задавать вопросов о ребенке. Александр не настолько щепетильный, так что приготовься заранее. Запомнила, о чем я говорил в спальне? Придерживайся этой легенды, и проблем не будет. С остальным я разберусь сам.
Я ждала дальнейших указаний, но их не последовало. Гордон взял со стола запечатанные письма, подхватил меня под локоть и направился к двери.
– Пойдем, провожу тебя и расскажу про Нюрток.
– Стоп! И это все? – Я уперлась каблуками в ковер, и лорд-стражу пришлось остановиться. – Мне нужно улыбаться и ходить с твоей родственницей по магазинам под присмотром твоего цепного пса? Нет, Тоби, – выделила его имя, сложив губки бантиком, как это делала Ровена, – так не получится! Я должна знать, что ты задумал, и как шопинг поможет нам найти заговорщиков. И как этому поможет моя подмоченная репутация? Напомнить тебе, что мы теперь напарники?
– Шопинг? – переспросил Гордон.
– У лорд-стража уже есть напарник, – прошелестели рядом, отчего я взвизгнула и заозиралась. Еще минуту назад рядом никого не было! Да и сейчас тоже никого не видно, только птичка внимательно меня рассматривает, но она-то разговаривать не может… Я на всякий случай подняла голову к потолку.
– Невидимка? – поинтересовалась шепотом.
– Я здесь.
Не может, но разговаривает! Именно сова открывала клюв и выдавала не просто звуки, а человеческую речь. Обалдеть!
Гордон поморщился, и я только сейчас поняла, что вцепилась в его предплечье. Ой, ладно, какие мы нежные, у меня синяки от вашей гостеприимности неделю сходить будут!
– Птица-говорун?
– Меня зовут Посейдон. Я химера и напарник лорд-стража. – Если он и обиделся, то вида не показал. – Мы уже встречались.
Теперь ясно, откуда я знаю эти глазки. Меняющие облик. Значит, в моем мире он осьминог, в этом – филин, а где-то еще вообще может оказаться единорогом. Было бы интересно взглянуть…
– Не при самых приятных обстоятельствах.
Филин непонимающе моргнул боковыми веками.
– Ой, все! Именно ты напортачил и притащил меня сюда вместо Патрисии!
– Я выполняю свою работу.
– Плохо выполняешь! – рявкнула я в ответ. Почему-то его буддистское спокойствие разозлило еще сильнее, и я повернулась к лорд-стражу. – Гордон, ты вообще уверен, что он сможет меня защитить?
Тот следил за нашей перепалкой, сложив руки на груди.
– Уверен, – кивнул без раздумий. – Впервые слышу, чтобы Посейдон с кем-либо спорил. Хотя с твоим характером и химера спорить начнет.
– Кто бы говорил!
– Вот! Даже я спорю с тобой постоянно.
Я хотела возразить, но вовремя прикусила язык: крыть мне было нечем. Мы с Гордоном и правда все время спорили, только дело было не во мне, а в любителе загадочного и его загадках. Ой, да он же просто мне зубы заговаривает, отвлекает от самого главного.
Я сложила руки на груди: точь-в-точь его любимая поза.
– Ты сказал, что твоему слову можно верить, – выразительно посмотрела на химеру. – Значит, у вас появился новый напарник, то есть я.
Гордон шагнул вперед и оказался слишком близко. Я приготовилась к тому, что он снова начнет напирать, или того хуже напомнит про «репетицию».
– Действительно хочешь помочь? – спросил, словно сам не верил в мою решимость. – Это может быть опасно.
– Не опаснее, чем очутиться в незнакомом мире.
Гордон смотрел мне в глаза, я же старалась не моргать, словно играла в гляделки, как недавно с Посейдоном.
Смотрел лорд-страж долго, и только после кивнул.
– Тогда отправляйся в особняк Александра, я приеду туда вечером, и мы обсудим, чем ты можешь помочь. Даю слово.