Чтение онлайн

– Снег, - тихо сказала я, пока Чонин уплетал вторую ножку курицы за обе щеки.

– Проснулась, наконец, - пролепетал паренек с набитым ртом. Я оборачиваюсь и кривлю лицо. Тот усмехается в ответ.

Вернувшись к зимнему пейзажу в окне, я поморщилась, представив, что мне придется сейчас выйти, чтобы удовлетворить желания своего пса-человека. А, ещё мне не хотелось, встретить кого-то, кто меня знает. Он будет удивлен появлению в моей жизни молодого паренька.

– Я закончил, - перебивает мои мысли Чонин. Оборачиваюсь и вижу, как тот довольно потирает полный живот. Теперь он готов был пойти на любые подвиги, в любое время года.

– Ты же не пойдешь вот так, верно?
– поднимаю бровь. Стукнув себя по черепушке, брюнет прошептал, что-то себе под нос, и как по приказу на нём появилась верхняя часть одежды. Я оторопела, потеряв дар речи.

– Как? Нормально?

– Ну-у-у, - протянула я, не зная как описать ту бурю, что зарождалась внутри.

– Баранки гну-у-у-у, - протянул Чонин, вытянув лицо, от чего оно стало похоже на поплывшую фарфоровую маску.
– А то я не вижу, мурлычешь как кот в чане с валерьянкой, - хмыкнул брюнет и уставился на дверь.

***

Мы с Чонином не спеша гуляли в снежном городе Сеула. Каждый шаг создавал хруст – доказательство того, что остался наш след на этом белом полотне.

– Город и вправду красив, когда окутан снегом, - вдыхая аромат зимнего воздуха, говорит Чонин. Он разглядывал каждое здание и гирлянды, мигающие сквозь белену накрытого белого одеяла. Я улыбнулась.

Мы дошли до парка с фонтанами, которые в это время года были ещё красивее. Вода, струившаяся дугой, была покрыта коркой льда.

Было холодно. Я поежилась. Мне сейчас бы домой в теплую постель, в обнимку с кружкой горячего шоколада, смотреть романтическую дораму.

Чонин был единственный парень, который заставил меня выбраться из своей норы под названием «дом» в такой холод. Я была жуткой мерзлячкой и напрочь не переносила холода.

Отворачиваюсь, чтобы найти место присесть, и в это время в меня летит клубок снега. Он попадает в мою руку. Оборачиваюсь и вижу Чонина с улыбкой на лице. Он снова собирается сделать бросок.

– Даже, не думай!
– предупреждаю, но он пропускает мои слова мимо ушей. Цель сбита на поражение. Поскользнувшись, я падаю на пятую точку, в мокрый снег. Чувствую, как тот начитает таять, и мне становится зябко, неприятно, холодно.

– Это же весело!
– кричит он мне в ответ, пальнув ещё один шарик снега.

– Очень весело, если ты хочешь получить воспаление легких третьей степени - бурчу я, вставая с места падения.

– Чонин, я серьезно. Я слишком чувствительна и поддаюсь риску заболеть слишком быстро.

– Ничего. Я позабочусь о тебе, - уверяет он меня.

– Ну, хорошо, - чуть слышно говорю я, набираясь смелости встать, сделать снежный белый комок и кинуть его в брюнета. Цель достигнута, прямое попадание - прямо в самоуверенное, наглое, но такое красивое лицо Чонина.

Мы играли до самого вечера, а потом парню пришло в голову скатиться с горки.

– Я знаю, куда мы пойдем, - говорит он и, схватив меня за запястье, ведет к огромной ледяной горе. Под вечер тут уже никого ни было. Я вылупила глаза, не понимая, что меня на самом деле устрашает, величии искусственно сделанной горы, или то, что я должна пойти на это?

– Мы же не будем делать этого, верно?

Но на свой вопрос, я получила лишь коварную ухмылку.

– Всегда мечтал сделать нечто подобное, - грустный вздох, - но в обличии собаки, моя мечта была не реальной.

– Ты мог в любую минуту превратиться в человека и сделать это. Так что нет Чонин, я не пойду туда, я не мазохистка. Собираюсь развернуться и добраться до своего безопасного место, под названием " моя квартира", но меня нагло тянут обратно.

– Ме-ее-е-ель!
– тянет парень. Черт бы побрал, моё доброе второе я. В такие моменты, я просто не могла сказать "Нет".

– Но только в первый и последний раз, - буркнула я. Беру санки, ну или что-то наподобие них и вместе с брюнетом поднимаюсь вверх, по бесконечно длинной лестнице. К концу я даже запыхалась. Ноги гудели. Как сюда вообще люди поднимаются по сто раз на дню? Что за черт, я тут делаю? Мне же не пять лет!
– ругало меня мое подсознание.

Сажусь на санки, готовлюсь к длинному спуску, но совершенно неожиданно для меня, Чонин присоединяется позади меня. Чувствую его дыхание у моего уха. Это был тот самый романтичный момент, где героиня дорамы понимает, как сильно ей хочется сейчас поцелуя. В моей же голове было помимо желания поцеловать парня, бешеное желание упасть к нему в объятия и при этом напрочь забыть, что я сейчас нахожусь не с собственным псом, а с реальным человеком. Где же реальность?

– Йа, у тебя разве нет собственных санок?
– кричу я на него, но мой вопрос, в который раз был проигнорирован.

– На счёт три, - говорит брюнет.
– Раз, два, три-и-и.

– Нет, нет, нет, нет, - визжу я, когда мы уже катимся вниз. Снег на быстрой скорости, летел мне в глаза, тем самым ослепляя. Мы теперь не катимся, а почти парим в воздухе.

– Держись!
– кричит мне брюнет. Теряюсь. И, черт возьми, за что именно мне держаться?

Санки цепляются за какую-то корягу в земле, и теперь я летела вниз, на собственном животе вместо подкладки с огромной высоты.

– А-а-а-а-а, - кричу, в воздух, надеясь на мягкую посадку. Останавливаюсь, лишь через какие-то минуты три, не чувствуя ног и рук.

Руки были ледяными, сердце билось слишком быстро. Мне казалось, что ещё чуть-чуть, и я потеряю сознание.

– Ты в порядке?
– поспешно брюнет подбегает ко мне. Приподнимаюсь, чтобы сесть. Хочется и плакать, и смеяться одновременно.

– Кажется, я сломала себе ногу, - сквозь ком в горле, выдавила я.

– Тебе нужно в больницу - говорит Чонин, наклонившись так, чтобы я могла сесть к нему на спину.

– Я сама дойду, - пытаюсь встать, но попытка оборачивается крахом. Я не только не смогла встать, но ещё и боли в ноги прибавила в два раза больше.

– Хватит упрямится, глупая девчонка!
– рыкнул брюнет, закидывая мои руки себе на плечи. Обхватываю его руками, сцепляю их вместе и через какие-то доли секунды оказываюсь у него на спине.

В больницу Чонин старался донести меня как можно быстрее. Я не хотела идти в это ужасное место, но не смотря на жутко ноющую боль в ноге, решила потерпеть. От холода и адреналина, который я испытала, клонит в сон, и я еле могу соображать. Между нами стояла тишина, и мы оба боялись ее нарушить. Кладу голову ему на плече, закрываю глаза.