Чтение онлайн

А в этой - я находилась во тьме, сквозь которую иногда пробивались голоса.

– Тимир, сынок, отдохни хоть немного. Доктор Дирб сказал, что твоя жена ещё долго проспит.- Говорил женский голос.

– Мама, уезжайте. Оставьте меня с Сафирой.
– Отвечал мой Тим.

Следующий раз, когда я как бы проснулась, с моим мужем говорил дядя:

– Тимир, я сам не собираюсь прощать покушение на Сафиру. Надо только не оспаривать прошение семьи Вэдр на ее пожизненное пребывание в монастыре.

– Чтобы Жисса жила в монастыре? Она пыталась убить Сафиру и жить права не имеет.

– Она и не доедет до монастыря. Но ее семья сохранит свое имя чистым…

Я слышала ещё много обрывков разговоров. Голос Тима всегда был рядом со мной. Его жалели и уговаривали пойти отдохнуть. Его ругали и называли слабаком, что он «чахнет» над живой женой. Ему объясняли, что моя жизнь вне опасности. Просто защитный артефакт на моей руке - серебряный простенький кулон на цепочке, повязанной на запястье - воспринял нападение, как угрозу жизни младенца и усыпил меня, чтоб я полностью восстановилась, не навредив будущему ребенку.

– Тимир, откуда у тебя этот уникальный артефакт? Такие редкости сейчас только в семейных сокровищницах хранят.
– Спрашивал голос доктора Дирба. А Тим ответил, что купил его из сочувствия у одной девушки несколько лет назад. А потом подарил мне. Даже сейчас во мне проснулась ревность: что это за девушка? Не в публичном ли доме она обитает? Чем ещё из сочувствия помог ей мой муж?

Но вопросов моих Тим слышать не мог, он, вообще, говорил меньше, чем я хотела его слышать. Мне не хватало его голоса и смеха. Если я его видеть не могу, хотелось бы хоть больше слышать его голос.

Я считала, загадав какую-нибудь цифру, чтоб проснуться, произнося ее.

Три.

Два.

Один.

– О, сестра, проснулась, - прошептал голос Лиона рядом, когда я начала моргать.
– Как хорошо, что ты не умерла, будешь сама нянчиться с Тимиром, он уже всем здесь надоел.

– Почему?
– Спросила я немного охрипшим голосом.

Тим же очень неприхотливый, он никогда не станет никого утруждать. Вряд ли он сделает что-нибудь, чтоб от него окружающие устали.

Лион пожал плечами:

– Тимир не ест почти, и пьет только кофе, чтоб не спать. Мы боялись, что он возле тебя и умрет. Если честно, надоело за него переживать! Я в Армию хочу.

Лион всегда будет раздолбаем, думающим только о своем комфорте.

– Сафира, ты обязана снова меня спасти.
– Вдруг ещё тише зашептал он.
– Ясаман увела Тимира в столовую, когда он вернётся, сделай, пожалуйста, вид, что ты все ещё спишь. А потом с криком проснешься.

Я недовольная этим планом нахмурилась.

– Не хочешь? Тогда проснись со стоном... Или просто проснись чуть позже, но обязательно в присутствии Тимира. Чтоб он не стал снова ревновать тебя ко мне. А то рука у него тяжёлая и он, вообще, нервный стал. Хуже, чем всегда. – Пояснил Лион.

Тим вернулся через пару минут, Лион приложил палец к своим губам и направился навстречу брату. Я же закрыла глаза и повернула голову лицом к стене.

На тихий вопрос Тима, Лион громко ответил, я крепко сплю.

Тим, выпроводив брата, сел на мою кровать и, взяв мою ладонь, прижал к своему лбу.

– Сафира, мне Ясаман рассказала, как она учила тебя соблазнять меня.
– Как будто к здоровому бодрствующему человеку обратился Тим.
– Если бы я только знал, что ты тогда не шутила и не готовила ловушку. Как много времени мы потеряли!

Тим, кажется, пересел с кровати на пол и уткнулся головой в кровать, но ладонь мою из рук не выпускал.

– Сафира, просыпайся! Доктор Дирб сказал, что ты не можешь дольше семи дней спать. Если хочешь, я буду всегда говорить, что люблю тебя. И не устану повторять, что ты красивая и умная. И глаза у тебя... серые и волосы... длинные. Я выучу все красивые слова.
– Даже в такой момент с эпитетами Тиму не везло.
– Сафира, если захочешь, будем танцевать на каждом балу.

Я уже давно открыла глаза и смотрела на Тима. Он же, опираясь лбом в кровать, не мог меня видеть. Но после следующих его слов я не сдержала смешок:

– И еще я могу больше никогда не надевать носки…

Встрепенувшись Тим вскочил и в первый момент бросился к двери, но через пару шагов развернулся, и, приблизившись к кровати, обнял меня, целуя в щеки, губы. Он приподняв усадил меня в кровати, и крепко обнял, продолжая целовать.

А потом пришлось вызвать в Академию дядю и Марину. И они с Тимом перенесли меня в замок Чарх. Раньше не позволил это сделать доктор Дирб, опасаясь, что портальный переход может навредить мне и ребенку.

И впереди были почти два месяца каникул, которые я планировала провести, как самые настоящие медовые месяцы.

Я была адепткой четвертого курса Свободной Академии Магии, когда стала матерью в первый раз. Роды совпали с зимними каникулами, и все радости схваток со мной перенесла Марина. В ее честь мы и назвали красную крикливую малышку. Марина восприняла это как величайшую честь и подарила своей внучатой племяннице и тезке несколько комплектов драгоценностей. Дядя был разочарован, что не родился мальчик, но виду старался не подавать.

– Слава Богу, ребенок уже родился, я устал нянчиться с твоим мужем. Перед следующими родами прослежу, чтоб Тимира отослали куда подальше.
– И дядя, развернувшись, покинул мои покои, оставив на столике подарки для меня и новорожденной Марины.

Тим, действительно, выглядел вымотавшимся. Поцеловав меня нежно, он прижал мою ладонь к своему лбу и так застыл.

– Дяде вправду пришлось с тобой нянчиться?
– Спросила я.

Вообще-то, я ждала поздравлений, благодарности за ребёнка, похвалы. Я себя сейчас чувствовала героем. Самым настоящим героем, который прошел через ужасные муки и подарил миру нового человека. Пусть даже этот человечек пока красный, лысый и беззубый и морщинок у него больше, чем у изюма. Но Марина сказала, что и месяца не пройдет, как малышка станет красавицей, и я хотела ей верить.

Только Тим сейчас был не настроен на восхваление моего подвига. Он больше напоминал тяжело больного человека, который только что перенес страшнейший приступ боли.

– Не помню.
– Прошептал Тим.
– Как услышал твой первый крик, голову совсем от страха потерял. Может, больше не будем это делать?

Тим шокировал меня так сильно, что я даже забыла, что немного обижена на него.

– Как не будем? – По-моему, даже думать нельзя о том, чтобы отказываться от нормальной супружеской жизни.