Мой любимый Метаморф
Шрифт:
Я завороженно смотрел на этот шар могущества и силы, и что-то внутри меня вздрагивало.
Да! Я действительно мечтал о мести! Саалонцы уничтожили мою планету и убили две трети моего народа! Из-за них погибли моя мать и сестра, из-за них были уничтожены несколько других цивилизаций! И только этот Источник сможет дать мне достаточное могущество, чтобы осуществить свою месть. А потом укрепить силу своего народа и принести настоящий крепкий мир в родную галактику…
Да, намерения мои благородны, а стремления искренни и справедливы…
Я действительно должен воспользоваться этим удивительным шансом!!!
Рука потянулась к шару. Кровь застучала в висках, сердце задрожало в груди…
— Руэль… — тихий робкий шепот Исиды резанул по моим ушам почти физической болью, и я резко обернулся к ней.
Она смотрела на меня расширенными от беспокойства глазами, и я отчетливо видел в них свое отражение.
— Руэль, не надо…
И столько мольбы в голосе, что я мгновенно чувствую упадок сил и… отрезвление.
Я смотрю в глаза своей любимой супруге и вижу в них… свою истинную мечту: мечту жить просто и ни на что не претендовать, мечту отдать власть и любую борьбу за нее кому-то другому…
И я понял: я НЕ ХОЧУ прикасаться к этому шару! Я действительно не хочу…
И отдернул руку.
Локации мгновенно изменились.
Мы с Исидой стояли внутри большой комнаты со сводчатым белым потолком. Вдоль стен находились странные кубической формы ящики, покрытые слоем пыли. Стены комнаты слегка светились, а в воздухе витал странный аромат.
Вдруг что-то на потолке полыхнуло, и я увидел вспыхнувший на нем огромный символ.
Вполне читаемый символ. Символ, который многие тысячелетия присутствовал в зоннёнской письменности.
— Что это? — с трепетом спросила Исида, а я стоял, как громом пораженный: на потолке было выгравировано имя моего рода — Синоарим…
В этот же самый миг от стены отделилась тень, мгновенно принявшая очертания Стража.
Он улыбался.
Подойдя ближе, он неожиданно… поклонился и проговорил:
— Поздравляю, вы прошли свое испытание, потомок славного рода Предтечей — Руэллианин Синоарим…
Пятый уровень и его "испытание"…
Маруффа Эйгэ
Иллюзорный мир содрогнулся и начал рассыпаться, как карточный домик. Огромные куски скалы отваливались от гор вдалеке и с грохотом падали на землю. Почва пошла трещинами, деревья с треском ломились, выворачиваясь с корнями.
Я непроизвольно схватилась за рукав Макса и даже удивилась своему собственному жесту: неужели я уже подсознательно ищу в нем защиту? Стало даже как-то неловко. Чувствовать себя слабой особью женского пола не хотелось.
Но происходящее вокруг все больше вызывало опасения, поэтому мы приняли решение повернуть в поле. Подальше от возможного камнепада или повального завала деревьев.
Однако через несколько мгновений все осветилось пронзительной вспышкой, ослепив глаза, а потом вдруг подозрительно затих вообще всякий шум.
В этот момент я — все еще ослепленная и оглушенная тишиной — мгновенно изменила отношение к своему желанию быть под защитой Макса и порадовалась, что отчетливо чувствую под своими пальцами его теплое предплечье. Когда его ладонь накрыла мою руку, мне захотелось прижаться к нему и не отпускать.
Мысль о расставании вызвала дикий страх.
Свет перед глазами померк, и я изумленно огляделась вокруг.
Мы Максом стояли в пятачке света, а вокруг клубилась густая пугающая темень. Мне это место дико не понравилось. Затопило чувством опасности, и не зря: через мгновение из тени выступила знакомая мрачная и панически страшная для меня фигура из моего самого большого кошмара — ракхарец!!!
Ноги привычно задрожали, дыхание сбилось, сердце начало выскакивать из груди… Это было единственное в мире существо, рядом с которым я становилось безвольной трясущейся амёбой и ничего не могла с собой поделать…
Макс заметил мой ужас и привлек меня в себе.
— Это просто иллюзия, — шепнул он мне на ухо. — Главное не бояться ее, и она исчезнет…
Я понимала, что Макс прав, но от паники избавиться была не в состоянии.
Ракхарец сделал навстречу нам еще один шаг, и уродливо оскалился. Его длинный змеиный язык выскользнул из зубастой пасти, а меня передернуло: в памяти так живо всплыли гадкие ощущения прикосновений этого языка к коже…
— А вот и ты, моя сладкая зверушка, — проворковало чудовище грудным звериным голосом, и я непроизвольно прижалась к Максу сильнее. В этот момент я готова была признать себя самой слабой из всех женских особей, лишь бы этот монстр ко мне не приблизился.
Макс крепче стиснул мои плечи и воинственно посмотрел «ящерице» в глаза.
— Убирайся, — процедил он, — мы не боимся тебя!
— Мы? — голос ракхарца прозвучал издевательски. — А, по-моему, эта девочка вот-вот растает от страха! Отдай ее по-хорошему, иначе мне придется сделать из тебя труп… Впрочем, так будет еще веселее, так что можешь не отдавать…
И он мгновенно напал.
Макс оттолкнул меня в сторону, и я отлетела на несколько метров прочь. Ракхарец воспользовался моментом и мгновенно ударил его кулаком в живот. Макс согнулся надвое и едва не упал, а у меня все внутри опустилось. Я поняла, что у моего возлюбленного вообще нет никакого шанса против такого чудовища!!!
И если он просто иллюзия, значит, именно МОЙ страх наполняет эту иллюзию силой!
В этот миг я впервые в жизни смогла переосмыслить саму себя до самой глубины. На чаше весов сейчас колебался мой страх, оставшийся с детства, и жизнь того, кого я так сильно люблю. Поняла, что до сего момента я даже не пыталась бороться со своей паникой. Проблемы, ввинченные в нас в моменты детской слабости, почти не поддаются «демонтажу», потому что, окунаясь в них, мы снова чувствуем себе маленькими и беспомощными.
Но ведь мне уже не одиннадцать! И я сильный воин, выросший в руках таких безумных воспитателей, как Шин Орейн. Я МОГУ противостоять этой глыбе из зубов и чешуи, потому что я… НЕ БОЮСЬ!!!
— Я не боюсь!!! — завопила я во все горло, так что у самой уши заложило, а ракхарец, занесший над Максом руку для удара, не удержался и обернулся.
Он смотрел на меня удивленно, а я в это время распахнула свои потрясающие крылья и еще на несколько мгновений его заворожила. Макс вывернулся из захвата и, вложив в последующий удар всю свою силу, обрушил на шею «ящерице» усиленный нанороботами кулак.