Чтение онлайн

Руку я довольно резко выдернула.

— Знаешь, Конфетка, я должен тебе кое в чём признаться, — вздохнул Данька. — Не могу больше обманывать ни тебя, ни себя, — он помолчал, очевидно, собираясь с духом и наконец закончил: — я влюбился. — Ещё помолчал и спросил: — А ты?

Я уставилась на него в недоумении. Что — я?! В полутьме он вряд ли мог разобрать выражение моего лица, но каким-то образом всё же считал его верно, уточнив:

— Ты разделяешь мои чувства? Хоть немного?

Хм. Чего-то он вроде совсем берега попутал. С какой бы это радости мне разделять чувства к его девушке?! Я её и видела-то раз в жизни. К тому же я вообще категорически против однополой любви!

— Зачем тебе моё мнение? — довольно холодно поинтересовалась я. — Тебе моё одобрение что ли нужно? Так я её толком и не разглядела.

— Кого? — растерянность в голосе Даньки прозвучала на удивление искренне.

— Ну ту, о ком ты говоришь, — внешне я пожала плечами довольно безразлично, но вот внутри… ураганом моих эмоций, наверное, можно было бы снести к чертям весь наш посёлок.

— Так я о тебе говорю, — ещё более «искренне» поразился Данька.

Ни хрена не поняла.

— А девчонка, с которой в больничном парке обнимался, не будет против, что ты мне такие признания тут делаешь?

Блин! Я всё же сказала ему это, да ещё и так ядовито, будто меня это задевает. Будто я ревную. Фу-фу-фу на себя!

— Обнимался? Когда? — по очертаниям силуэта я поняла, что Данька напрягся.

— Сегодня, — уже жалея, что не сдержалась, процедила я.

— То есть сегодня я в парке прямо на территории больницы обнимался с какой-то девушкой? — зачем-то переспросил он. — Ты уверена?

Сейчас вот точно не поняла: он это и впрямь спросил… с надеждой?!

— Вне всяких сомнений, — категорично заявила я.

Ну что? Теперь у него уже достанет смелости признать свой обман или так и будет продолжать играть со мной в свои непонятные игры?

— Жаль, что ты не сказала мне об этом сразу, — вздохнул он.

— Сразу — это к вам что ли надо было подойти? — усмехнулась я.

Делать мне, наверное, больше нечего: устраивать забеги по парку с больной ногой, чтобы закатить ему скандал!

— Сразу — это, когда я к тебе подошёл и отнес в машину. Хотя… если бы тогда подошла, когда якобы я был с девушкой, то, вероятно, догадалась бы, что там вовсе и не я был на самом-то деле.

У-у, как всё запущено. Но ожидаемо. Это не то, что ты подумала, я — не я, и ж… попа не моя. Ясно-понятно короче. Одного не пойму: он на серьёзных щах предполагает, что для того, чтобы снять с себя подозрения достаточно надеть непривычную для меня одежду — в частности джинсы? И дайте-ка угадаю: если там был не он, то тогда, видимо, брат?

— А кто? — уже зная ответ, тем не менее уточнила я.

Не, ну, а вдруг удивит? Не-а, не удивил.

— Дарион, — ответил Данька, а я закатила глаза.

Всё равно ж в темноте не видно. Но, блин, как удобно брата-то иметь! Если что — можно всё на него валить. Может он и в историю был введён с этой целью? Не скажу, что прям умно, но предусмотрительно.

— Близнецы? — поскучнела я.

— Конфетка, мы должны вернуться в город, — неожиданно заявил он. Да этак твёрдо, уверенно. Ещё и с лавки решительно поднялся.

— Пешком пойдешь? — не сдержавшись, съехидничала я. — Ночью транспорт не ездит.

— Не сейчас, — покачал головой он. — Но в самое ближайшее время. С утра я к Игнатьичу, а вот вечером можно съездить.

— А мне это зачем? — искренне недоумевая, поинтересовалась я.

— Поможешь мне найти брата. И заодно убедишься, что я тебе не вру. Я же вижу, Конфетка: ты мне не веришь, — завздыхал этот рыцарь печального образа.

Хм. А типа одно только наличие близнеца автоматом доказывает, что с девушкой был именно тот? Наивный.

Не, чтобы поверить Даньке, мне нужны свидетельские показания, что во время сцены в парке, сам Данька находился в другом месте.

— С помощью в поисках — это не ко мне, — даже не подумав разубеждать в том, что ему не верю, задумчиво сказала я. — Это тебе детектива нанимать надо. Ну или на телевидение идти в передачу, где ищут пропавших людей. Можно, впрочем, и в полицию. Вот только я не уверена в том, что если всё так, как ты рассказывал, то твой брат, получая документы, указал свои настоящие данные. Так-то в полиции наверняка бы обратили внимание, что два человека с одинаковой внешностью подали заявку на восстановление документов. Другое дело, что вопросов, скорее всего, при этом возникнет масса. Например, почему твой брат, условно, назвался Мухоморкиным, а ты Поганкиным, но при этом даты рождения у вас одинаковые? Хотя дату тоже можно соврать. А ещё и это странное совпадение: оба утратили полностью все документы, но с разницей в три года? В общем, в полицию да и в паспортный стол прежде, чем найдёшь братика, обращаться всё-таки не рекомендую.

Договорив, я демонстративно зевнула и напомнила:

— Дань, у тебя там гуляш ещё не пригорел?

— Точно! — хлопнув себя по лбу, метнулся к крыльцу Данька и на ходу выпалил скороговоркой: — Конфетка, дождись меня. Я сейчас вернусь за тобой.

Он скрылся, а фонарь почти тотчас снова загорелся. Хлопнула дверь, еще одна.

Угу, делать мне нечего: дожидаться его. Я прекрасно и сама дохро…

— Конфетка, если ты и дальше будешь вредничать, не позволяя мне тебя “транспортировать”, то я подумаю, что ты намеренно меня избегаешь, потому что весьма сильно ко мне неравнодушна, но боишься это показать, — весело заявил Данька, возникая на пороге сеней, и, воспользовавшись тем, что я замешкалась с ответом, быстро преодолел разделяющее нас расстояние и, пока я не опомнилась, подхватил меня на руки.

Ни хрена он наглый! Обидно, что при этом полностью прав.

— Как там ужин наш? Не сгорел? — так и не найдя достойного ответа, я, как обычно, решила прибегнуть к проверенному способу и просто сменила тему.

А себя поймала на том, что оказавшись снова в крепких Данькиных руках, вдруг чертовски захотела ему верить. Захотела, чтобы история с наличием брата-близнеца оказалась правдой. К боженьке, однако, обращаться не стала: нет ему больше веры.

Гуляш не пригорел, но ужинали мы молча, каждый думая о своём. А после ужина Данька всё так же молча отнес меня в комнату и куда-то удалился. Впрочем, вскоре вернулся с улыбкой на лице и постельным бельем в руках.

— Я закрыл двери, чтобы к нам больше никакие Ваньки, соседские сыны, не являлись, — весело сообщил он.

Глянув на белье, которое держал Данька, я без труда в нём узнала то самое, которое давала ему для вчерашней ночевки.

— Тебе так понравилось спать без постельного, что ты решил его снять? — намекнула я.

Но Данька моего намека будто бы и не понял.

— Напротив. Я подумал, зачем ему там без дела валяться, если его можно использовать здесь?

Так. Как бы это покультурнее?