Чтение онлайн

Глаза Майка горели пламенем с серым дымчатым пеплом, он был как дьявол, в свои четырнадцать лет. Я истошно закричала, я ребёнок и я увидела смерть. Смерть мальчика, который был нашим другом, одним из нас.

Алая кровь разливалась из обмякшего тела, что лежало на зелёной траве. Ветер теребил его волосы, и казалось, что он ещё жив, но, к сожалению это было не так. На крики стали сбегаться люди, Эван подскочил ко мне, пытаясь спрятать от увиденного, но Майк не позволил, между ними снова нарастала схватка, пока не появились наши отцы.

– Эван, что здесь происходит?

Грозным голосом заорал его отец. Лицо, которого было грубое, жёсткое, он был крупным мужчиной с чёрными волосами, а на его щеке был шрам, который делал его ещё более устрашающим для меня. Наш отец схватил нас с братом за шкирки и, посмотрев на отца Эвана, качнул головой уводя. Я помню, как меня зашвырнули в комнату, точно мяч, заперев двери.

Вечером, моя мама молча повела меня в кабинет к отцу, он склонился надо мной своей массой тела. Его лицо было багрового цвета, а глаза казалось стали красными как кровь.

– Кто сделал это с мальчишкой?

Спросил он тихим, но пугающим голосом.

Мы должны были отвечать немедленно на его вопросы, без раздумий, всегда, когда бы, он не спросил.

– Майк.

Тихо шепнула я, не поднимая головы. Отец дал мне пощёчину. Щека стала красной, кожа загорела, но я даже не шелохнулась.

– Я выпущу всю твою кровь, если ты скажешь об этом хоть кому-то. Ты меня поняла? Я брошу тебя ночью своим псам, на съедение, если ты маленькая дрянь, посмеешь это повторить, поняла меня?

– Поняла, папа.

Громко ответила я, но мои ноги дрожали. Сердечко грохотало, словно сумасшедшее, мне было безумно страшно.

Отец повёл нас в соседний дом, к отцу Эвана. Мы стояли в кабинете, пока мужчины о чем-то разговаривали. Передо мной стояли Майк и Эван, у всех головы были опущены вниз. Это дело, конечно переиначили. Мелкий преступник и служитель порядка, на чьей стороне будет закон? У кого есть власть и возможность? Мой отец не мог стерпеть называться убийцей, все считали его честным, великим человеком. А что творилось в нашем доме, было только в нашем доме.

– Кто это сделал?

Грозно спросил мистер Эдвард, отец Эвана. Мы молчали. Нас уже опрашивали всех по отдельности, но я знала, что теперь мне придется врать.

– Элли, покажи, кто это сделал?

Обратился ко мне мистер Эдвард. В моем горле образовался ком, а по щекам хлынули детские, горькие слезы. Я подняла указательный пальчик, и ткнула его в Эвана, не поднимая головы. Это было предательством, это было моей самой ужасной ошибкой, которая не даёт мне теперь жить. Но я испугалась, я знала своего отца, он сделал бы то, что обещал. Сквозь опущенную вниз голову, я видела, как Эван посмотрел на меня. Он промолчал, он ничего не сказал. Это было самое гадкое, что я, когда-либо совершила, самое непростительное, я предала его. Своего друга, своего будущего мужа.

С этого дня, я больше его не видела. Долгие, долгие годы. Он больше не пришёл, я перестала для него существовать. Сколько бы раз, я не прибегала на наше место, там никого не было. Качели, на которых я сидела, больше не поднимали меня вверх, унося как птицу в полет. Больше никто не защищал, от страшных лап брата и отца. Я потеряла, кусочек своего сердца, потому что я любила его, детским, сердечком.

Спустя бесконечные годы, я все еще мечтала встретить его на улице, увидеть в прохожих глаза, которые спасали меня, в страшные мгновения моей жизни. Я так хотела услышать его голос, сказать прости…. так хотела быть его другом, протянуть свою руку снова…

Мне пятнадцать. Я уже не та маленькая девочка, но все ещё верящая и живущая надеждой.

– Если ты заговоришь с ним, я клянусь, я убью его.

Передо мной появился Майк с пистолетом в руках. Ему девятнадцать, он пошёл по стопам отца, учится в академии полиции. Стережет меня, не давая и шагу ступить. Я пленница в своей семье. Майк возмужал, но покорность и преданность отцу, стала его неотъемлемой частью. Он хотел быть таким же, теперь власть его привлекала. Изредка, я видела в нем моменты того Майка, моего, родного, держащего меня за руку, чтобы спасти, а не причинить боль. Оттого верю и все еще люблю его, он мой родной человек. Он мой брат, я отчасти его понимаю, тяжело сохранить себя, когда ты себе то и не принадлежишь. Уверена, ему тоже тяжело.

Белые волосы развивались на ветру, а ярко голубые глаза, смотрели на него с непониманием.

– О чем ты Майк? Тут никого нет.

– Эван, придурок, вернулся, знаешь, где он был?

– Нет…

Медленно качнула я головой. Внутри вдруг разлилось тепло, радостное волнение захлестнуло меня. Как я скучала по нему, я так хотела молить его о прощении, так хотела обнять, объяснить. Но я была ребёнком, я боялась своего отца, до сих пор боюсь, но как бы ни было сейчас, больше я так не поступлю, не предам его, даже если в его сердце не осталось для меня прощения.

– Он преступник, отсидел в тюрьме для малолетних. Теперь ты понимаешь, что связываться с ним не стоит, нищеброд. Он прикончит тебя в один день.

На горизонте замаячил силуэт. Высокий, широкоплечий парень, с тёмными волосами приближался ко мне. Его фигура была немного подкачена, а сила, которой от него веяло, окутывала меня. Я тяжело задышала. Из мыслей меня вырвал щелчок пистолета.

– Ты меня поняла, я убью его, прямо сейчас, если ты не прогонишь его, он преступник, так скажи ему об этом. Скажи так, чтобы он больше не вернулся.

Майк спрятался за кирпичной стеной, оставаясь в поле моего зрения, при этом скрытым от того кто будет стоять напротив меня.

Он подошёл, это он – Эван, мой милый друг. Его запах, он другой, мужественный, взрослый. От него не веяло презрением или злостью, он смотрел с пониманием, с теплотой, как раньше, озаряя всю меня изнутри. Сердце радостно настукивало в груди, потому что я видела глаза, мои родные, любимые глаза.

– Здравствуй мой лучик.

Сказал мне такой чужой и такой родной голос.

Он выглядел свежо, не похоже, что он был в тюрьме или в любых других плохих условиях. На нем были чёрные брюки и рубашка. Он стал молодым мужчиной, красивым, притягательным, выглядя таким же надёжным.

– Привет.

Сухо ответила я. Но в душе все цвело, все искрило. Я так хотела прижаться к нему, почувствовать ту нашу детскую связь, то родное тепло, что связывало нас.

– Как ты лучик?

Спросил он, с интересом рассматривая мое лицо.

– Все хорошо Эван.

Я не смотрела ему в глаза, не могла, боялась. Я была холодная, отстраненная, всеми силами заглушая свою душу, не слушая ее голос.