Мой муж - эльфийский принц
Шрифт:
К моему удивлению, гарпия снова смутилась. Она отвела взгляд в сторону и шаркнула когтистой лапкой, в смысле ножкой по мелкому гравию.
– Ты любишь своего мужа? – вдруг спросила она.
Очень странный вопрос, на который нет правильного ответа. Но женщина-птица испытующе смотрела мне в глаза. Она чего-то ждала, будто решала что-то для себя самой. Ох, подозреваю, что и «успокоительное» она мне дала не просто так, хотела усыпить бдительность и вообще…
– Да, – брякнула я, прежде чем успела подумать.
Гарпия довольно кивнула.
– Он тебя тоже, – уверенно произнесла она.
– Сильно в этом сомневаюсь, – хмыкнула я.
Царица молча взяла меня за руку и показала мне мое же запястье, на котором в лунном свете мерцала брачная татуировка.
– Этот знак появляется лишь у отмеченных богиней, – грустно сказала Эанодора, – а Пресветлая не соединяет сердца, не предназначенные друг другу.
У меня на этот счет были свои соображения, но я ими делиться не стала. Нравится ей так думать, пусть думает на здоровье!
– Пусть даже у вас бывают разногласия, – продолжала гарпия, – все это можно решить, когда вы вместе. Любовь так легко потерять… Потом очень трудно все вернуть назад…
Столько горечи было в ее голосе, столько печали, что я поежилась.
– Вот в этом вы мне и поможете! – вдруг сказала царица гарпий и хлопнула крыльями.
Глава 19
Глава 19
Это был странный и совершенно невозможный брак. Для всех. Но не для двух любящих сердец, внезапно и совершенно неожиданно воспылавших страстью. Вождь орков и царица гарпий. Кто бы мог предположить? Среди гарпий нет мужчин. Это всем известно. Женщины-воины находят себе временную пару, обзаводятся потомством, чаще отец и понятия не имеет об этом. На него накладываются чары забвения, и его дочь остается жить в Аэллоне, воспитывается и вырастает настоящей воительницей.
Но не в этот раз…
– Мне было с ним весело, – печально произнесла царица, – с ним я чувствовала себя хрупкой и нежной. Обо мне заботились. Я просто могла быть женщиной. Счастливой, любимой, желанной… Но это все было так неправильно!
Я смотрела на опущенные плечи гарпии и вместе с ней испытывала тоску о потерянном. Такая сильная, такая смелая, она решилась на брак с Ыгыыыхом Восьмым, даже если бы ей это стоило собственного трона. Этих двоих разделяло не только расстояние, но и менталитет, религия, да просто бездна всего!
– Он называл меня Прекрасным цветком пустыни, – призналась царица, – Моя Рузанна говорил Ыгх, мой нежный цветок…
Крупная прозрачная слеза покатилась по щеке воительницы, упала кляксой на нагрудный доспех, оставляя темное пятно на нем.
Рузанна! Именно так назвал свою бывшую жену Ыгыыых Восьмой, провожая нас с Адриниэлем. А я все гадала, что это с гарпиями, что поголовно влюбляются в орков. Все-таки это была Эанодора. Я помню тоску, мелькнувшую в черных глазах вождя, когда он рассказал о своем коротком браке, помню, как тяжело вздохнул, упомянув имя жены, давая нам наставления. Определенно эти двое все еще любят друг друга и жалеют о разводе.
Царица достала кулон, висевший на ее шее и спрятанный под бронелифчиком. Красивый цветок, выполненный из темного камня. Работа была настолько тонкой, что цветок казался настоящим. Изящные лепестки, будто бархатные, тесно переплетались друг с другом, образуя волшебный бутон.
– Его подарок в день свадьбы, – прокомментировала гарпия, – тот самый цветок Рузанна. Ыгх говорил, что найти его в пустыне большая удача, а вождь нашел его дважды. Сначала его, потом меня…
– Почему вы расстались? – тихо спросила я.
– Он орк, а я гарпия, – царица даже крылья в стороны развела, чтобы я не забыла, с кем сейчас разговариваю.
– Это не причина! Вы с самого начала были орком и гарпией! Почему не стали бороться за свой брак? Почему разошлись?
Она долго молчала, будто сама пыталась разобраться в себе и найти ответ на этот вопрос.
– Мы правители разных государств, – все же соизволила ответить царица, – каждый из нас должен думать о том, чтобы его подданным было хорошо. Жена вождя должна быть примером для всех женщин клана. Обязана быть покорной, безропотной, послушной. Нельзя перечить мужу, особенно, если это видят его воины. А я не могу быть такой! Понимаешь?
Кивнула. Я понимала! Еще как!
– Я вернулась домой, а он… Он завел себе целый гарем…
Последнее слово гарпия буквально выплюнула. Достала фляжку, откупорила и глотнула из нее. Протянула мне. Я неосознанно взяла напиток и последовала примеру своей собеседницы. Хорошая вещь! Надо попросить рецептик!
– Вот скотина! – выразила я свое мнение о поведение мужиков в принципе, – Мой не лучше! – уныло призналась я, – Он в первую брачную ночь приказал привести себя в порядок и соблазнять его. Представляешь? Я для него недостаточно хороша! Первородный козел! Я, если что, вообще не хотела за него замуж выходить! Но ты права, мы должны думать о своих подданных. Я это сделала только во благо своего народа и мне все равно, нравлюсь я своему мужу или нет!
– Все они одинаковые! – согласилась со мной Рузанна.
Ее глаза блестели, выдавая, что напиток шумел в голове не только у меня.
– За мужчин! – произнесла я тост и пригубила еще немного содержимого серебряной фляги.
– За них, – кивнула царица, следуя моему примеру.
– Так чего же ты хочешь, – отдышавшись, спросила ее, – вернуть вождя?
– Нет! – она покачала пальцем у меня перед носом, а может быть двумя пальцами… я не уверена, – Я хочу, чтобы этот зеленомордый возвращал меня! А я потом подумаю!
Молодец! Настоящая женщина!
Это была самая потрясающая, самая безумная и самая веселая ночь в моей жизни! Мы с Рузи строили план по отомще…. По возвращению Ыгыыыха в лоно семьи. А нечего! Отдохнул, погулял, пора и честь знать! С гаремом мы решили сильно не заморачиваться. Кого замуж отдадим, кого-то пристроим в стражу, вернее во фрейлины царицы, ну а кто будет сильно выделываться, может собирать вещички и вперед, обустраивать Пустые земли!
Потом мы полетали над замком, полюбовались парком с высоты гарпийского полета, еще немного выпили, вернее, согрелись на вершине серебристой скалы. Весело смеялись, когда я в подробностях рассказала, как готовилась к собственной свадьбе и даже немного поплакали, вспомнив, что все мужики бессовестные, самовлюбленные, эгоистичные, но…. Но такие родненькие и любимые, что хочется их прибить. А нечего быть такими независимыми от своих женщин! А потом, обнявшись, пели печальные песни, разворошив в груди узел из тоски и нежности, что прятали там все это время под маской безразличия.
Когда первый золотой луч коснулся верхушек деревьев на горизонте, я поняла, что пора возвращаться. Потянулась всем телом, сладко зевнула и улыбнулась новому дню. Рузанна обнимала меня крылом, окутав будто плащом, надежно защищая от прохладного ветерка, проснувшегося вместе с рассветом. Я стояла на вершине скалы и любовалась этим утром. И пусть нам с Адриниэлем предстоит еще длинный путь, чтобы вернуться домой, а для того, чтобы наши отношения стали хотя бы отдаленно напоминать семейные, требуется еще больше времени, теперь я точно знала, что все возможно в это жизни. Если гарпия влюбилась в орка, может быть, это всего лишь предположение, и я смогу принять эльфа. Вдруг у нас что-то получится?