Мой муж Норбеков, или как родилась Лора
Шрифт:
Просто поставил в известность.
Эти слова были настолько неожиданными, что время вдруг остановилось. Я застыла на месте, облокотившись плечом о стену. Ноги стали медленно подкашиваться. Если бы не опора, я бы рухнула.
— Как? — с трудом выдохнула я. — Где же твое честное слово?
Он ничего не ответил, и я ясно почувствовала — пришло время испытаний.
Мирза попытался меня успокоить и пообещал снять для жены отдельную квартиру.
Слабая надежда на это сохранялась во мне до тех пор, пока в последний день я не спросила:
— Нашел ли ты квартиру для Гули?
— Нет.
— И где же она будет жить?
— У нас. Я хочу вас познакомить.
— Но у нас так мало места… Хорошо, познакомимся, и я уеду…
Позже он мне рассказал, что, когда Гуля вошла в комнату, то увидела мой халатик на нашей кровати.
Присела на краешек и сразу заплакала. Я прекрасно понимаю ее чувства. На ее месте я бы тоже заплакала.
"Зачем он так поступает с нами? Почему, желая добра нам обеим, делает все наоборот?" Эти мысли неотступно преследовали меня, действовали подавляюще. Я была, как маленький растерянный ребенок, потерявшийся в большом городе. Мне хотелось уткнуться в крепкое плечо, выплакаться, спросить совета.
На следующий день у меня зазвонил телефон:
— Приезжай, — услышав в трубке голос Гули, я поперхнулась от неожиданности.
— Зачем? Ты там с ним. Не хочу вам мешать.
— Я хочу, чтобы ему было хорошо. А ему плохо без тебя. Он скучает. Прошу, приезжай.
Господи, неужели она говорит правду? Я любила его и тоже скучала по нему. Но как вынести это испытание, где взять такие силы? Как спасти любовь? — Только все приняв и все простив…
И я приехала обратно…
Каким бы нелепым это ни показалось, мы прожили несколько дней втроем в нашей однокомнатной квартире. Развернуться там негде. Только одна большая двуспальная кровать. Поэтому спали мы тоже вместе. Как мне хотелось по ночам зарыться поглубже в подушку и поскорее заснуть. А утром оказаться… одной!
Сколько же страданий он мне доставляет! Мирзакарим пытался совместить несовместимое…
В нашей стране отношение к семье совсем другое, чем в Средней Азии. Оказывается, там никогда не забывали традиции предков. Ведь многоженство берет начало в глубине веков. Когда в войнах погибали мужчины, и их дети становились сиротами, то вдова с детьми переходила в семью брата воина. Потом и в советское время сохранялась эта традиция, но посторонним говорили, что вдова «гостит» с детьми у брата мужа. Много интересного я узнала и от Норбекова о быте и обычаях в Узбекистане. Но все же я не могла стать узбечкой. Полюбить узбека — легко, а принять обычаи и нравы целого народа — невероятно трудно. Здесь необходим компромисс.
Этот нелегкий период помог мне начать видеть реальный мир таким, каким он был на самом деле.
Во время одного из занятий в АЗЛК меня вызывают к телефону прямо со сцены:
— Вас срочно спрашивает Гуля! Ее забрали в милицию!
Мы с Мирзой буквально помчались домой, по дороге гадая, что же произошло. Гуля оставалась дома одна.
Мы вбегаем в квартиру и видим такую картину: сидит на кровати испуганная заплаканная Гуля, а в кресле напротив — милиционер.
Оказалось, Гуля с дочкой пошли в ближайший магазин за покупками. Конечно, ее не могли не остановить. Национальное платье, заметная внешность, золотые зубы, очень смуглая. Все время озирается, всего боится. Милиционер попросил документы и поинтересовался, где она живет и что делает в Москве. Та от испуга — в слезы. По-русски она понимала совсем плохо. Выяснив всю обстановку, мы согласились ответить на вопросы стража правопорядка:
— Это кто? — указывая на Гулю, спросил он.
— Это — моя жена, — спокойным уверенным тоном ответил Мирза.
— Хорошо. А это кто? — продолжил милиционер, посмотрев на меня.
— А… это… тоже моя жена, — менее уверенно сказал Норбеков.
Страж в недоумении поднял брови:
— Да кто вас разберет…
В конце концов Мирза заплатил ему, и он ушел, дав напоследок совет держать Гулю под присмотром.
"Если б я был султан, я б имел двух жен…" Мирзакарим Норбеков не был султаном, но ему довелось на собственном опыте убедиться, что же это такое. Он окружил себя двумя женщинами в одном доме. Я была «новой» женой, «старая» жена Гуля была моложе меня на двадцать лет. С момента ее приезда меня не покидало ощущение нереальности. Как будто это все происходило не со мной. Я смотрела на свою жизнь, как в кино. А временами это выглядело просто, как в цирке. Смешно, но не всегда весело…
Кстати, туда мы один раз сходили вместе. Я не большая любительница клоунов и тигров, но все-таки пошла развлечься "всей семьей". Гулю одну мы теперь не оставляли. Программа была довольно интересной. Дети дружно хохотали, а взрослые заражались их весельем и становились тоже немного детьми. Во время антракта в буфете Мирза неожиданно купил бутылку шампанского и предложил выпить. Это было очень странно для меня, потому что я знала его весьма прохладное отношение к спиртному. И за что, вы думаете, мы выпили?
— За нашу семью! — o торжественно провозгласил Норбеков, надавив на мою "больную мозоль". — За
вас обеих, за наше счастье!
В тот момент я почувствовала себя "немного Штирлицем" и повторила: "За нашу семью! За наше счастье!"
С Норбековым никогда не было «скучно». Я постоянно была в "боевой готовности", должна была рассчитывать только на себя.
Шла медитация "Образ Молодости". Я только начинала работать самостоятельно. Мирзакарим всегда был готов прийти на помощь, поддержать, да и самому не упустить подходящий момент «блеснуть», поймав волну.
— Я рядом. Не бойся, я в любой момент выйду на сцену и продолжу.
И я ощущала уверенность от присутствия близкого мне человека. Он стоял для подстраховки за занавесом и следил за происходящим.
…Проходит какое-то время, смотрю в его сторону, а там — никого. Я продолжаю медитацию, все сидят в расслабленных позах, глаза закрыты. Оглядываюсь опять: его все нет. Меня начинает бить легкий мандраж. Пора ему вступать, а его все еще нет! Я дальше не знаю, что делать. Продолжать одной? Страх охватывает меня. Я была близка к панике. Как я закончу, что мне делать? Как выйти из положения?
Не помню, как, но я довела все до конца, как я считала правильным, и объявила перерыв. Мирза так и не появился. Я была в шоке: куда человек исчез? Стали искать — оказалось, никто не видел Мирзакарима. Был и "куда-то отошел".
К концу перерыва он появился, как ни в чем не бывало. На лице улыбочка.
— А где ты был?
— Я… это… столкнулся с девушкой, студенткой мединститута. Мы разговорились. Она толковая и может быть нам полезна. Мы поднялись на второй этаж, в тот кабинет, ты знаешь, чтобы не стоять на проходе. Ведь мы же должны команду подбирать. Вот я ее и тестировал, проверял.