Чтение онлайн

Приведя себя в порядок, мы с наслаждением уплетали завтрак, когда я решилась озвучить давно мучивший меня вопрос.

— Почему ты всегда присылал домашки в четыре утра?

— А почему нет? — усмехнулся Лебедев.

— Ты в курсе, что нормальные люди спят в это время?

— У меня бессонница, — на полном серьезе выдал Миша.

— Я серьезно.

— Я тоже, — спокойно произнес Лебедев, отпивая кофе из кружки.

Его ответ вызвал у меня недоумение.

— Но ты же спал утром.

— Я досыпал.

— Ты принимаешь что-нибудь?

— Раньше принимал, но оно перестало помогать, и я забил, — доев, он поднялся и положил тарелку в мойку, тут же оборачиваясь ко мне с вопросом: — а что мешало тебе поставить беззвучный режим?

Этот вопрос поставил меня в тупик на несколько секунд и я, неопределенно махнула вилкой.

— Например, то что ты не единственный, кто присылает мне сообщения?

— Ставила бы на ночь, — легко отмахнулся Лебедев, отчего мои глаза округлились еще сильнее.

«Лебедев есть Лебедев»

— Тебе говорили, что ты зануда?

— Пару сотен раз, — опираясь на столешницу, ответил Миша.

Не сдержав улыбки, я легко покачала головой.

— Кстати, я так и не дождался от тебя новой темы проекта, — будничным тоном поинтересовался Миша, на что я поперхнулась и тут же собравшись, произнесла:

— Требования преподавателя были слишком высокими.

В ответ раздался раскатистый смех. Отсмеявшись, Миша лукаво улыбнулся и поинтересовался:

— Так какие планы?

— Нуууу… — протянула я, уже зная ответ, — в универ, я так понимаю, мы не идем?

Как бы мне ни хотелось иного, а реальность никуда не делась. Хоть мне и было сложно к ней возвращаться после всех произошедших событий и делать вид, что в моей жизни ничего не изменилось, когда на деле мне хотелось буквально кричать от счастья. Собственно, тщательной маскировкой своего до безумия приподнятого настроения я и занималась все пары, особенно это касалось последней лекции.

По обыкновению спрятавшись за спинами баскетболистов, я подумывала о том, что их положение как нельзя кстати, ведь как бы мне ни хотелось, но пялиться на Мишу всю пару было бы странно.

Вот только, к сожалению, от чрезмерно частых взглядов Кристины парни меня не спасали, но благо вовремя прозвенел звонок, и причина моего смущения вошла в кабинет.

— Добрый день, группа, надеюсь, вы помните, что через месяц вам предстоит презентовать свои проекты.

По аудитории прокатились тяжелые вздохи вперемешку с неуверенным согласием.

— Вот и отлично, я надеюсь, все помнят, что до этого вы должны сдать еще одну контрольную и набрать достаточное количество баллов.

Очевидно, последняя фраза убила напрочь любой энтузиазм студентов, поскольку на это заявление все отреагировали лишь кивками.

— Так что те, кому не достает оценок, готовьтесь, весь следующий месяц — ваш.

Вот тут и возникал логичный вопрос: «Достаточно ли их у меня?»

И что с проектом, насчет которого я еще пару недель назад спорила с Мишей. Очевидно, о смене темы речи уже не шло.

Отвечала я вроде тоже часто, чаще остальных, блин. Эта мысль на секунду перенесла меня в воспоминания о моих нелепых походах к доске, особенно когда Мише пришло в голову доказать мне правдивость сказанных им слов, и он компостировал мне мозги на протяжении часа, пока не довел. Интересно, как бы я отреагировала на это сейчас?

Остаток пары пролетел незаметно, так что раздавшийся звонок привел меня в недоумение. Я нерешительно посмотрела на Мишу, и только сейчас осознала, что за скоропостижными утренними сборами, мы так и не договорились о следующей встрече, но заметив телефон в его руках, я замерла в ожидании. Почувствовав вибрацию в кармане я, стараясь делать это незаметно, достала мобильник и увидела короткое слово «останься».

Несмотря на то, что я оставалась после пар уже много раз, сейчас это почему-то вызывало необъяснимое волнение и даже легкое чувство стыда.

Нерешительно осматривая покидающих аудиторию однокурсников, я не спеша начала продвигаться к преподавательскому столу, дожидаясь, пока мы останемся с Мишей наедине.

Когда за последним однокурсником закрылась дверь, я неуверенно замерла в метре от стола.

— А еще с утра ты была смелее, — усмехнулся Миша, окидывая меня взглядом.

Медленно встав из-за стола, он направился к двери. Услышав щелчок, я выгнула бровь и посмотрела на по-прежнему усмехающегося Лебедева.

— Я соскучился.

— И что ты с этим планируешь делать? — неожиданно игриво прозвучал мой голос, чувствуя, как розовеют щеки.

— Даже не знаю, — задумчиво произнес Лебедев, приближаясь ко мне, отчего я попятилась и уперлась ногами в его стол.

Ситуация повторялась.

Встав вплотную ко мне, он внезапно подхватил меня за талию и усадил на стол.

— Что, прямо настолько?

— А ты сомневалась? — прошептал он мне в самые губы, тут же в них впиваясь, настойчиво поглаживая меня по бедру.

Не церемонясь, Миша приник губами к моей шей, одновременно расстегивая блузку, спускаясь все ниже. Чувствуя, как жар охватывает мое тело, я сдавленно прошептала:

— Миш, мы же в универе.

— Ну придется тебе быть тише, — не отрываясь от своего занятия, коротко бросил Лебедев, уже стягивая с меня блузку и задирая юбку.

— Миш, так же нельзя, — вяло сопротивлялась я, уже заранее зная, что сдамся его напору.

Ничего не ответив, Лебедев сдернул меня со стола, впечатывая в свое тело и давая почувствовать насколько он возбужден. Это подействовало лучше всяких слов, ощущая растущее желание, я окончательно сдалась, стараясь не забыть, что мы в универе.

— Ты же не против?

Резко развернув меня спиной к себе, он прижался сзади, впиваясь зубами в шею, свободной рукой задирая юбку и спуская колготки с бельем. Охнув от неожиданности, я рефлекторно оперлась ладонями о парту и еле сдержала стон, когда почувствовала пальцы Лебедева.

— Ну так что, все еще нельзя? — подразнивая поинтересовался Лебедев, ускоряя движения пальцев, заставляя меня кусать губы в попытке приглушить стон.

Я не нашла, что ответить на столь дерзкую провокацию, поскольку единственное, что волновало меня на данный момент — это растущее напряжение внутри и желание наконец достичь разрядки, но Миша будто намерено оттягивал этот момент, то ускоряясь, то замедляясь, пока в конце концов, я не выдержала и протестующе застонала.