Чтение онлайн

— А в Империи кто управляет переходами? – не удержалась от вопроса, замечая промелькнувшее недовольство на лице эра Нотара.

— Вам разве не говорили, что отвлекаться нельзя? Попрошу все внимание на кристалл.

— Простите! – сказала и вновь перевела взгляд на камень, хотя мысли все равно скакали, совсем как в тот день в зале Ковена магов. Тогда в ряд выставили столы с разными кристаллами, в зависимости от направления силы ученика, и по трое подзывали. К темному магу я подошла совсем одна, так как из всех отмеченных Рангором, кроме меня, никто в том году не закончил обучение. Наши учителя делали все, чтобы такие, как я, не дотягивали до конца. Я бы и не дотянула, если бы не помощь Нэрдока.

Отогнала непрошеные мысли, замечая как один за другим по очереди вспыхивают маленькие кристаллы вокруг большого черного, на котором я пыталась задержать взгляд. Горело уже три, и я знала, сейчас вспыхнет четвертый. В академии у меня был лишь третий уровень, но после побега из академии, встречи с Рангором и всеми этими событиями — он стал быстро расти. Более того, Расго не ошибался, говоря, что я уже почти достигла пятого уровня. Не сомневаюсь, после того, как исполню задуманное, достигну его и услышу клинок Темного бога, не раньше…

Загорелся четвертый кристалл, что вызвало у Кассиана Нотара искренний восторг. Он упер взгляд темно-карих глаз в последний пятый камень, словно ожидая, что вот-вот и он тоже вспыхнет, но этого не произошло. Просто не могло произойти. Не сейчас.

— Надо же, — изумленно воскликнул маг, разрешая мне опустить руки. – Кан действительно отыскал редкий дар!

Кан? Не смогла не отметить столь фривольное отношение к Его Величеству. Видимо, что-то отразилось на моем лице, так как эр Кассиан вдруг заговорщически шепнул:

— Даже если он меня услышал, сделает вид, будто ничего не знает.

Откровенный намек на то, что у стен есть уши, не стал новостью, скорее я не поняла, для чего мне это было сказано. Предупреждение?

— На самом деле он жутко злится, когда я его так называю, — вдруг поделился маг, все сильнее вводя меня в замешательство. – Только Кан Рота и никак иначе, ведь так он назвался, провозгласив себя Императором, и с тех пор никто даже не вспоминает настоящее имя когда-то главнокомандующего королевской разведкой.

Я же впервые задумалась о значении его имени. Признаться, не знала, что это не настоящее, ведь на территории Тароты фамилия Рота распространенная, но теперь, когда мне известна тайна правителя…

Руна «Кан» с эльфийского означает меч, а «Рота» – правосудие. Я не сдержала кривой улыбки. Меч правосудия?! Странное имя для того, кто силой и кровью пришел к власти. Справедливости там уж точно не было.

— Какое тогда его настоящее имя? – с любопытством спросила у эра Кассиана, на что в ответ получила лишь лукавую улыбку:

— Это не есть тайна, найдешь в истории зарождения империи Тароты, а мне бы сейчас хотелось услышать о проклятии, которое было наслано на Его Величество.

Как я потом поняла, вредному магу доставляло удовольствие вызывать у человека интерес, а после не отвечать на вопросы. Хотя, может, все дело в возрасте? Не зря ведь говорят, что те, кто продлевает себе года, со временем становятся чудаковатыми.

Настаивать не стала и попыталась подробно воссоздать плетение проклятия…

***

Узкая темница с одним круглым окошком, через которое пробивался слабый дневной свет, и одна только койка было единственным, что видел Далион за последние несколько дней. Он уже сбился со счета, когда в последний раз к нему приходили храмовники. Еще в самом начале пребывания здесь они устроили для него чуть ли не настоящий пир, желая склонить на свою сторону. Угощали необычными национальными блюдами Империи, пытались даже просто напоить и разговорить, но маг оставался непреклонен. Будучи еще подростком и читая историю становления воинов света, юный целитель стал недолюбливать храмовников, как и его отец, который часто недовольно говорил: «Император дал им слишком много воли, отчего они возомнили себя богами». Далион слишком хорошо знал методы воинов света и так же хорошо помнил шрам, оставленный ими на лице и душе Кори.

В конце им надоело упрашивать, и в какой-то момент они просто сменили тактику. Вместо привычных разговоров упрямого целителя однажды повели нижними этажами, где обычно находились измученные заключенные, и заставили смотреть на их страдания. Так продолжалось несколько дней. С самого утра за Далионом приходил стражник и вел его в одну из пыточных на показательное «выступление» храмовников. Чаще всего это были совсем молоденькие девушки, которых обвиняли в пособничестве демонам. Им специально не давали пить, аргументируя это тем, что все мысли блудницы должны быть лишь о воде, а не о демонах. Их называли ведьмами, приковывали на сутки к стене и просто истязали, зачитывая молитвы Светлой богине, чтобы она спасла очерненную душу.

И никакие слова Далиона не действовали. Храмовники просто не желали слушать его доводов о том, что если бы высший демон действительно заключил сделку с одной из этих девушек, то ни о какой душе речи бы уже не было. Как не желали слушать и то, что их методы кощунственны и уж точно не спасут ничью душу, а скорее погубят. В ответ он лишь получал непререкаемое: «Ведьмы хитры, они дурманят людей!».

Иногда в той жуткой пыточной бывали предатели Империи, а в последний раз Далиона заставили смотреть на допрос ищейки Марэты. У низкорослого юноши на запястье оказалась печать демона, из-за чего за него взялись именно храмовники.

После того допроса целителя долго мутило, хоть он и повидал многое на войне, более того, давно привык ко многим вещам, часто ассистируя при операциях, но то, что делали храмовники, надолго засело в его памяти. Он пытался закрывать глаза, отворачиваться, но стоны и крики долго преследовали потом.

Храмовники не могли нанести Далиону прямой вред, так как был дан указ свыше не трогать заключенного. Расго Даронн прекрасно помнил о клятве, оставляя Венского в стенах Ордена храмовников и одной из главных темниц Империи.

Воины света не просто запугивали Далиона и пытались ломать его сознание, нет, они рассчитывали заставить его принимать участие в их деяниях. После к нему приходил главный с узнаваемым медальоном паладинов. Высокий мужчина в белой робе с символом перекрещенных на груди посохов спокойным голосом предлагал присоединиться к Ордену и самому вести процесс допроса. Паладин с теплыми карими глазами и светло-русыми волосами до плеч вел долгие беседы с Далионом. Он рассказывал о том, как тяжело в действительности нести свет и волю богини, что храмовники не справляются с тем количеством ведьм, которых становится только больше, ведь в последнее время демоны все чаще стали собирать чистые души. Намечается нечто страшное и им нужны такие люди, как Далион.