Чтение онлайн

Кэролайн кивнула и обхватила его за плечи. Тогда, целиком накрыв ее рот своим, он напрягся всем телом и стремительно вошел в нее, глубоко и полностью заполнив собой.

Она впилась ногтями в его кожу, выгнула спину и резко выдохнула ему в губы. Слезы наполнили ее глаза, заструились по щекам, и Брент принялся нежно, ласково целовать ее, подхватывая их губами.

Граф не шевелил ни единым мускулом, если не считать мягких толчков его поцелуев, и через несколько секунд боль внутри и между ногами начала стихать. Кэролайн вдохнула как можно глубже, расслабляясь. Почувствовав, что тревога оставила ее, Брент перенес руку к ее груди и принялся легко поглаживать, сдавливать сосок; его рука скользила тыльной стороной ладони под налитой плотью, мягко массируя, обхватывая всей рукой и лаская. Кэролайн немного заерзала, забеспокоившись, когда напряжение начало нарастать с новой силой, и гадая, что ей делать, но тут почувствовала, что Брент начал двигаться внутри нее.

Он углубил поцелуй, порхая языком по ее губам, а потом стремительно и полностью погружаясь ей в рот. Кэролайн обняла его за шею и, повинуясь врожденному, старому как мир порыву, начала двигать бедрами в одном ритме с ним.

Брент испустил стон, часто задышал и ускорил темп. Кэролайн последовала его примеру, отдаваясь во власть неизведанного, волшебного действа, всхлипывая в ответ на его прикосновения, подставляя под его поцелуи крепко зажмуренные глаза, упиваясь чудесными, новыми ощущениями внутри своего существа, чувствуя, как они распускаются и тянутся к свету, словно лепестки роз в лучах утреннего солнца.

Внезапно Брент оторвался от ее губ и набросился на ее сосок, принявшись сосать, лизать, целовать, дразнить. Потом переключился на второй и проделал с ним то же самое. Кэролайн вжалась в подушку, обхватила бедра Брента ногами, чтобы прижать его ближе, и запустила пальцы в его волосы.

Он начал вращать бедрами, меняя ритм, и Кэролайн медленно осознала, что он поднимает голову и тело и замирает прямо над ней.

Она облизала губы, одурманенная желанием, сладострастная, как никогда прежде, С огромным трудом она раскрыла тяжелые веки и увидела, что Брент пристально изучает ее, серьезный и сосредоточенный. Опираясь на одну руку, другой он ласкал ее грудь, шею, а потом щеку мягкими, чувственными касаниями.

Кэролайн инстинктивно толкала себя ему навстречу все сильнее, быстрее, жестче, встречая каждый его рывок собственным, страстно желая освобождения от муки, тихо постанывая, удерживая его голову запутавшимися в волосах пальцами, закусывая губу, глядя в его серьезные, темные глаза, отчаянно желая раскрыть секрет того, что он ей давал. Потом, где-то в дальнем уголке сознания она услышала его голос.

— Пусть это случится, моя милая жена…

Внезапно она словно открыла сокровищницу. Во всем своем блеске и красоте наслаждение охватило ее изнутри и прорвалось наружу сверкающим потоком, заставив ее закричать, вцепиться в Брента, зажмуриться в экстазе, затронувшем собой каждый нерв и прокатившемся по каждой клеточке ее тела.

— Ты моя, — тихо проговорил граф, наблюдая за ее лицом и проводя большим пальцем по губам. Потом он припал к ней, поцеловал в шею и еще раз шепнул на ухо: — Ты принадлежишь мне.

Кэролайн спрятала голову в его шее, позволяя дыханию замедлиться. Она плавно спускалась в реальность, чувствуя, как блаженство стихает до умиротворения, зная, что сердце может разорваться от ласки его слов, от нежности в его голосе.

Брент опять медленно приподнялся и взглянул на жену. Одной рукой он поддерживал себя на постели, а второй ласкал ее шею и груди. Скользнув ладонью ниже, он расправил под собой ее бедра и снова начал раскачиваться, постепенно нагнетая жар до лихорадочного безумия.

Кэролайн знала, что настала его очередь, и через несколько секунд он уже был в огне; она видела, каким напряженным стало его лицо, как натянулись мышцы на груди. Граф зажмурился, чтобы насладиться этим ощущением, массируя пышные груди, то проскальзывая внутрь, то вырываясь наружу, двигаясь быстрее и глубже с каждым проникновением.

Кэролайн завороженно наблюдала за ним, впитывая тепло его твердого, мускулистого тела, зная, что через считанные секунды он получит такой же чудесный подарок, который преподнес ей. Больше всего на свете ей хотелось дать ему это.

Потянувшись за его рукой, она оторвала ее от груди, поцеловала ладонь и приложила к своей щеке.

— Ты так прекрасен… — чувственно прошептала она.

При звуке ее голоса Брент замедлил движение, оттягивая момент удовлетворения, слегка отстранился, чтобы остался внутри нее только кончик. На несколько долгих мгновений он замер, сдерживаясь, тяжело дыша, стискивая зубы и отчаянно пытаясь удержать контроль. Потом открыл глаза.

То, что он прочел в лице Кэролайн, сразило его.

— О боже… — трепетно, судорожно проронил он, и на лице его медленно отразилось благоговение и радость просвещенного. — Кэролайн…

Она приложила кончики пальцев к губам Брента, желая, чтобы он помолчал. Встретив его лихорадочный взгляд, она почувствовала, как сдавило горло, ибо она прочла в нем чувства, не уступавшие ее собственным.

Кэролайн отняла руку графа от своей щеки и крепко переплела их пальцы.

— Я знаю. Это восхитительно.

Брент втянул носом воздух и еще раз вошел в Кэролайн, нежно, внимательно вглядываясь в ее лицо, целиком погрузился в нее и замер.

Она, казалось, целую вечность заглядывала в самые глубины его глаз, потом крепче обхватила его ногами и медленно, без спешки задвигала под ним бедрами.

— Кэролайн…

— Отдайся мне, — прошептала она с жаром и страстью, ускоряя движения. — Отдайся мне.

Внезапно граф изменился в лице, его глаза расширились.

— О господи, о господи…

И тогда он с силой рванулся в нее, потом еще и еще, крепко зажмурив глаза, запрокинув голову, цепляясь за ее руки как за спасательный трос. Кэролайн поднималась навстречу каждому его толчку, прижимала его бедра к своим, толком не зная, что делает, но отчаянно желая продлить экстаз, который он находил в ней, из-за нее, внутри нее.

По-прежнему часто и тяжело дыша, Брент уронил голову и повалился на Кэролайн, потом обхватил ее руками и крепко прижал к себе. Она никогда в жизни не ожидала, что найдет такое удовлетворение, такую несравненную теплоту близости в брачном союзе, и теперь лелеяла ее с большим благоговением, чем свои утонченные лиловые розы. С этого дня муж значил для нее гораздо больше, чем все это.

Тесно прижавшись к Бренту, она обвила руками его шею.

— Ты тоже мне принадлежишь, — шепнула она ему на ухо.

Граф поцеловал ее в щеку, провел пальцами по длинным, рассыпавшимся по подушкам волосам.

Долгое время они тихо лежали, слушая, как потрескивают догорающие дрова, и ласкали друг друга. Наконец Брент пошевелился и осторожно соскользнул с жены. Но вместо того чтобы устроиться рядом и обнять ее, как ожидала Кэролайн, он повернулся к краю кровати и сел.

— Почему ты уходишь? — робко спросила она.

Брент с удивлением оглянулся на нее, а потом понимающе улыбнулся.

— Я не ухожу от тебя, Кэролайн. Я собираюсь подбросить дров в камин и зажечь пару свечей, чтобы как следует полюбоваться, как моя молодая жена лежит обнаженной на моей постели, а потом помыть тебя там, где сделал больно.