Чтение онлайн

Император тоже срывается внезапно. Содрогается с хриплым рыком, заливая мой рот вкуснейшим обильным семенем. Смотрит неотрывно и жадно, как капелька стекает из угла моего рта, стирает её большим пальцем и смотрит на горло, как я глотаю.

Улыбаюсь ему и… вдруг оказываюсь у него на руках. Он переносит меня на диван, укладывает на спину, раздвигает широко мои ноги и обрушивается шквалом поцелуев на мои половые губы, вылизывая, вбирая твёрдыми губами.

И снова бьюсь в новом ураганном наслаждении. Не успев до конца утихнуть, чувствую, как он снова подминает меня под себя. Врывается членом внутрь резко, глубоко, до самого дна. Продолжает наш неожиданный марафон. Начинает иметь меня размашисто, сильно, быстро, даже грубо. Впиваясь губами в шею. Молча, жёстко, сильно… Идеально.

Да-а-а! Мой идеальный самец. Точно не буду жалеть потом…

Сейчас я… непозволительно, до умопомрачения… счастлива. Наконец-то. Всё правильно. Будь что будет. Сейчас — я его. С ним. Потому что хочу. Потому что выбрала, потому что так решила сама.

Глава 26. Реальность

Император дорвался до меня.

Вторгался крупным длинным членом, сильно, глубоко, размашисто. Сжимал в ручищах своих, больших и нежных. Жалил горячими требовательными губами.

Целовал, гладил, облизывал, ласкал своим шелковистым умелым хвостом .

На моём теле не осталось ни одного участка, не охваченного, не заласканного, не зацелованного.

А я дорвалась до него — мощного, умелого, опытного… идеального самца. Моего… Настолько моего, что уже готова была рычать на всех окрестных самок.

С голодным пылом, не сдерживая себя, отвечала на его страсть. Полностью отпустила свою дикую самку на волю. Даже куадлом начала своим делиться, во время бурного оргазма пробив жалом его потерявший бдительность хвост.

Испуганно посмотрела на него, но Роргард только довольно усмехнулся.

— Моя ядовитая колючая рыбка. Мне нравится, — жарко прошептал он, прикусывая мою нижнюю губу. — Не бойся, у меня природное противоядие.

Хотела было возмутиться на рыбку, но император не дал мне такой возможности — впился губами в мои губы, напористо, властно целуя, давая мне прочувствовать всю подстёгнутую мною страсть.

Ох, как же он целует!

Не знаю, как мы не разломали диван. Всё же орсы добротную мебель делают. Спустя пару часов, взмокшие, с лихорадочно блестящими глазами, мы всё ещё не могли остановиться и отлепиться друг от друга.

Всё закончилось тем, что Роргард всё же поставил меня в классическую рихтовскую позу случки, на локти и колени, намотав на ладонь мой хвост, восторженно льнущий к сильной руке.

Про рихто-точки у меня в анусе император явно знал, потому что провокационно помял их снаружи, между двумя ягодичками, потом с сожалением прорычал, что растянет удовольствие. Обязательно попробует меня таким образом тоже, но не здесь, в другом месте, когда будет больше времени.

Я огрызнулась, что раз он так торопится, то пора бы уже и закончить на этом, отпустив меня.

Это его разозлило. Поэтому мне пришлось испытать ещё десяток оргазов, пока он со злостью вколачивался в меня, вдоволь наласкав все мои рихто-точки на поднявшемся из позвоночника гребне. Тут он тоже действовал весьма умело, что меня невольно зацепило, но я отогнала от себя эти неприятные мысли.

Наконец, когда меня накрыло совсем уж мощным оргазмом, я без сил повалилась на диван, пряча гребень и блаженно свесив с дивана хвост.

Космически хорошо! Божественно просто!

Роргард сгрёб меня в объятия, улёгся на диван на спину и удобно разложил меня на себе. Обхватил ручищами, зарываясь пальцами в мои волосы и лаская широким шелковистым хвостом меня по спине, ягодицам, бёдрам…

Муррр… Мурлыкать хотелось от его неторопливой ласки. И совсем не хотелось возвращаться к реальности, а придется…

Я задумчиво рисовала пальчиками узоры на его мощной груди.

Когда его хвост гладил меня по плечу, я ухватила его и принялась рассматривать кончик.

— Что ты хочет там рассмотреть? — лениво поинтересовался император.

В его порыкивающем голосе было столько блаженного сытого довольства, что я невольно улыбнулась.

— Ты чем-то мне трусики разрезал в лифте, — ответила я. — Пытаюсь понять, где у тебя режущая поверхность. У орсов ведь нет вроде такого.

Он усмехнулся.

— У орсов нет жала. Да. У меня есть. Убери пальцы от кончика, покажу.

Я разжала пальцы, и озадаченно посмотрела на выступающую часть плоского хвоста. Из него показалось короткое белое жало, пару сантиметров всего, но… меня это почему-то возбудило.

Красивое и… опасное. Вроде короткое. Но толстое и очень острое.

— Помню как переживал из-за этого, — усмехнулся он. — Но потом понял, что это гены рихтов вылезли. У нас такое иногда случается. Научился использовать. В бою помогало не раз. Да и вообще удобно.

Он с прищуром взглянул на меня.

— Можно добираться до потаённых мест слишком быстрых и вёртких рыбок, — его голос приобрел чувственную хрипотцу.

Я вспомнила, как он забавлялся со мной в лифте, и покраснела.

— Ты прекрасна, Мирей, — погладил он меня по волосам. — Я рад, что мы не пошли на прогулку.

В этот момент у него завибрировал комм на широком запястье, и я получила отдельное удовольствие наблюдать, как он знакомится с содержанием сообщения.

Мыслительный процесс на его лице привлекал не меньше, чем его совершенное тело. Красиво думает… отметила я невольно.

А потом что-то неуловимо изменилось. Он стал вдруг очень серьёзным, глядя куда-то в потолок.

Резко встал, усаживая меня на диван. Поднял с пола нашу одежду, положил мою рядом со мной, и начал стремительно одеваться.

— Срочные дела, Мирей, — в ответ на мой взгляд, пояснил он. — Мне нужно на это отреагировать.

Я встала, начала спокойно одеваться, стремительно погружаясь в реальность.Знала же, что скоро это произойдет.

Не, так-то я всё понимала. Поразвлекались, спустили пар. Я без претензий. Он император. У него дела. Нужно работать.

Застёгивая на себе свой костюм, я будто затягивалась обратно в броню.

Взгляд сам собой притянулся к картине белой крылатки на стене.

Рыбка, значит. Хищная. Смертельно опасная. Которой не существует.

Вот он поймал свою рыбку. Белую. С гребнем.

Посмотрела на Роргарда. Он стоял за столом, быстро и сосредоточенно терзая содержимое нескольких экранов, выведенных перед ним.

Красивый самец. Роскошный просто. Идеальный.

Я не буду жалеть. Но он прав. Работа есть работа.