Чтение онлайн

– Просто вы кажетесь взрослее и рассудительнее. Но теперь я понимаю почему.

– Я достаточно вам рассказал для того, чтобы вы разрешили перейти на неофициальный тон?

Вэяра обернулась, отступила на шаг и заглянула в теплые темно-серые глаза.

– Да, Лейзум. Спасибо за доверие.

– Всегда к твоим услугам, Вэяра, – он перехватил ее ладонь и легко коснулся губами тыльной стороны. – Но ты ведь не только за этим меня сюда позвала. Есть разговор?

Девушка коротко кивнула, даже не удивляясь тому, что ее раскусили так быстро. Лишь постаралась поскорее отделаться от приятного щемящего грудь чувства, когда Лейзум произнес ее имя без официоза. Мягко и легко. Будто так и должно быть.

– Вы… Ты ведь уже слышал о том, что рассказывают о замке Тхори?

– О пропадающих людях? – вскинул темные брови мужчина, улавливая слёту тему. – Да.

– Пропала служанка. Пару дней назад. Никто ничего не знает. Или не говорит. Не то чтобы мы были с ней близки. Но… Но я никому не могу об этом рассказать, кроме тебя.

– Потому что я гость?

И опять в точку.

Вэяра кивнула и затихла. О чем просить этого мужчину? И стоит ли его вообще о чем-то просить? Что если он ничем не сможет помочь, а только наоборот сделает хуже?

Лейзум прочитал эти мысли на лице служанки и усмехнулся:

– Я понял тебя, Вэяра. Постараюсь что-нибудь разузнать. Постарайся сильно не трепаться о том, что подозреваешь Эгнорона Тхори. Ладно?

– Но я его не…

– Я так и понял, – улыбка вышла лукавой. – Это все, что ты хотела мне сказать?

– Да.

– Ну тогда тебя ждет обед, – мужчина опять предложил локоть. – Не стоит тут задерживаться.

Это Вэяра понимала и без того. Все же не так просто это крыло заброшено и до сих пор не переделано под помещения, которые пригодились бы в хозяйстве поболее погибшего от времени зимнего сада.

До скамейки, на которой оставила свой обед, девушка дошла на негнущихся ногах. Она до сих пор не могла поверить в то, что обращается к высокородному мужчине как к равному, что рассказала ему о том, что ее беспокоит.

На нее это было совсем не похоже.

На нее в прошлом.

«Что-то во мне поменялось, – подумала Вэяра. – Многое поменялось».

А Лейзум Кризолд поглядывал на служанку, которая медленно присела рядом и принялась за еду. Девушка отправляла в рот кусочек за кусочком и думала о чем-то сложном. Ведь меж светлых бровей залегла глубокая морщинка.

Мужчина впервые поймал себя на мысли, что хочет коснуться именно этой девушки, уверить в том, что опасности нет, что все в порядке. А потом мысленно усмехнулся:

«А я ведь думал, что она любовница Эгнорона. Думал, что смогу отомстить через нее старому другу за былую обиду. И сам же попал в свой капкан. Глупец!»

– Вэяра, – аккуратно позвал служанку Лейзум, когда она доела и тщательно вытирала губы серым полотенчиком, – а ты не хотела бы попробовать подержать в руках меч?

Девушка удивленно приподняла брови, а потом несвойственно для самой себя усмехнулась:

– А ты покажешь как?

– Конечно.

Лейзум взял в руки ножны, которые до этого стояли прислоненными к скамейке. А Вэяра поймала себя на мысли, что не заметила их до момента, пока мужчина не коснулся их.

Тусклая серая кожа, железные бляхи по бокам, черный камень у рукояти.

Если бы кто-то сказал, что подобными ножнами пользуется вельможа, то Вэяра бы не поверила. Ведь выглядели они слишком просто. Слишком… дешево.

Меч покинул их с тихим скрежетом, сверкнул лезвием в лучах солнца.

«Опасно, – подумала Вэяра. – Это очень опасно».

Раньше бы она отказалась, взмахнула руками и сказала, что передумала. Постаралась бы свести все в шутку, потому что колени начали бы дрожать от страха. А потом вновь бы услышала тихие шепотки от соседок, что пошла она характером в трусливую матушку, которая и постоять-то за себя никогда не могла.

Но теперь она медленно протянула руки, обхватила перетянутую кожей рукоять и подняла двумя руками меч.

– Вообще, он на одну руку рассчитан, – усмехнулся Лейзум, – но ты слишком хрупкая. Тебе в пору бы стилет или кинжал подошел, но ничего такого у меня с собой нет.

Вэяра лишь пожала плечами, понимая, что сейчас держит в руках смертоносное оружие. И от этих мыслей кровь бежала по венам быстрее, била молотами по вискам, приливала к щекам.

– Ноги шире, – Лейзум оказался за спиной служанки, скользнул руками по ее талии, остановился на бедрах, а девушка сжала зубы, чтобы не охнуть от неожиданного спазма внизу живота. – Правую ногу слегка вперед, она опорная. На нее будет идти твой вес, когда будешь замахиваться. Так, а теперь подними меч.

Вэяра послушалась, выставила перед собой оружие, ожидая дальнейших указаний. А герцог вздохнул, обхватил ее кисти руками и притянул к туловищу.

– Удар должен идти от опорной ноги. От бедра, Вэяра. Попробуй.

Но рук так и не отпустил. Лейзум продолжал сжимать кисти девушки, а она расслабилась, позволяя ему перехватить контроль.

– От бедра, – повторил Лейзум, устраивая свои руки поверх женских ладоней и рассекая мечом воздух. – Попробуй сама.

Вэяра еле заметно выдохнула, когда мужчина выпустил ее из объятий, перехватила оружие поудобнее и повторила движение, показанное герцогом.

– Хорошо, – улыбнулся тот. – А теперь…

– Можно узнать, что здесь происходит?

Девушка охнула, опустила меч и повернулась. У одного из деревьев стоял Эгнорон Тхори и с интересом разглядывал служанку. Будто бы видел ее в первый раз. Будто бы не знал до этого.

– Лейзум Кризолд, я жду ответа на свой вопрос!

«Кризолд? – подумала Вэяра. – Герцог? Сам герцог? Ох, всевышние силы, да за что вы так надо мной издеваетесь? Вначале принц, теперь…»

– А на что это похоже? – гость, кажется, совершенно не смутился. Напротив, подошел к девушке и помог ей перехватить меч правильно. – Я показываю деве, как правильно управляться с оружием.

– А с каких это пор ты, Лейзум, обучаешь моих слуг боевым искусствам?

В воздухе повисло напряжение, от которого сводило скулы, подрагивали колени и начинало звенеть в ушах.

– Молчишь? – в голосе Эгнорона звенела сталь. – Не придумал еще, что ответить? Ты ведь понимаешь, старый друг, что это почти предательство? Даже во время отдыха моя прислуга остается моей.

Вэяра дернулась. Слова правителя несли в себе какое-то второе значение, которое девушке совершенно не нравилось, но она так и не смогла понять, что именно вкладывал в них мужчина.