Чтение онлайн

– Давай спать ложиться, – буднично предложила она. – А завтра вернемся к разговору. В клуб твой я схожу, но больше ничего не обещаю.

– Ура, – шепотом обрадовался сын.

Нельзя влюбиться в того, кто к тебе совершенно равнодушен. Человек может взволновать и понравиться, но если не получаешь никакого эмоционального отклика, чувства постепенно сходят на нет. Откуда же тогда берется безответная любовь?

Должно было изначально что-то промелькнуть у обоих. Но один быстро остыл, а другой продолжает гореть… Не совпали. Не сошлись характерами.

Не случилось химии, как говорят об актерах, старательно, но безуспешно изображающих влюбленную пару. Или не обязательно влюбленную, просто пару: мать и дочь, отца и сына, брата и сестру, друга и врага – возможны любые комбинации.

Но у актеров это профессия, им по долгу службы притворяться положено. А обычных людей что заставляет? Не все находят в себе мужество признать: любовь прошла и даже в привычку не превратилась. Но это потом, когда отношения успели завязаться. А в самом начале, когда только искра проскочила?

На первый план выходят вопросы удобства и статуса. Для того чтобы чувствовать себя полноценным членом общества, нужна пара. Можно сколько угодно рассуждать о равноправии и самодостаточности – в глубине души все признают, что ничего не изменилось…

В клуб она поехала одна. Ярик убежал раньше: сказал, что ему надо увидеться с Игорем и вообще подготовиться. Не каждый день на концерт является родная мама!

Такое внимание одновременно льстило и смущало. Спрашивается, где он раньше был? Пока не требовалось ничего подписывать, и в голову не приходило приглашать маму насладиться его божественным вокалом…

Не то чтобы для Василисы это стало полнейшей неожиданностью. В музыкальную школу сын ходил с удовольствием, а не из-под палки, домашние задания делал без напоминания. Учителя его хвалили, прочили большое будущее, но она не воспринимала их слова всерьез. Просто в музыкалке было мало мальчиков…

Однако он не бросил заниматься, даже достигнув возраста, когда у подростков начинает сносить крышу. Василиса видела его выступления на отчетных концертах, но не помнила, чтобы они производили на нее сильное впечатление. Впрочем, Ярик тогда в хоре пел. Скука была смертная… Его вечно ставили в задний ряд: и как самого высокого, и потому, что второй альт. А сейчас у него какой голос, интересно? Или это только в хоре по номерам распределяют? Как она умудрилась пропустить момент, когда он перешел к сольному пению?

Октябрь радовал теплом, и Василиса с удовольствием прошлась по бульвару. Клуб располагался в самом центре, правда, в переулке, она даже не сразу нашла неприметное здание со скромной вывеской – не будешь специально приглядываться, не заметишь. Но это все равно немного обнадеживало. Не на задворках цивилизации.

Ярик предупредил, что на ее имя будет заказан столик. Василиса надеялась отсидеться где-нибудь подальше, но ее проводили прямо к сцене. Официант положил перед ней меню, и она бездумно листала его, не в состоянии сосредоточиться. Что принято заказывать в клубах – алкоголь? Нет никакого желания выпивать в одиночестве…

Не придумав ничего лучше, она остановилась на чае с десертиком. Официант не показал, что его удивил такой детский сад, кивнул и удалился, прихватив с собой меню. А жаль – можно было сделать вид, будто продолжает его изучать. Не сидеть же, уставившись в телефон…

Василиса чувствовала себя чрезвычайно неуютно и волновалась, словно ей самой предстояло выйти на сцену. Чем ее Ярик сможет удивить местную публику? Она украдкой оглянулась по сторонам – обычные люди, не какие-нибудь маргиналы. Обстановка вполне приличная. Алкоголь, конечно, подают, но это совершенно нормально для подобного заведения, и никаких намеков на то, что распространяют наркотики. Шеста для стриптиза тоже не наблюдается…

Совсем она от жизни отстала, не представляет, кто ходит в ночные клубы и как тут принято себя вести. Хотя здесь же не дискотека. Не похоже, чтобы кто-то собирался танцевать, да и места нет. Вообще все компактно – и зал небольшой, и сцена крошечная. Это слегка успокаивало – будет не слишком много свидетелей, если что-то пойдет не так… Почему у Ярика что-то должно пойти не так, Василиса не представляла, но очень этого боялась.

Принесли заказ, и она взялась за десертную ложечку, радуясь, что появилось занятие, но кусок не лез в горло, его словно перехватило спазмом. Плеснув в чашку из чайничка, Василиса торопливо сделала глоток, и в этот момент зал погрузился в полумрак. Ярко освещенной осталась лишь сцена, на которой возник худой темноволосый парень – тот самый Игорь. Вроде ничего плохого в нем не было, они дружили с Яриком давным-давно, но Василиса испытывала к нему безотчетную неприязнь. Этот скользкий товарищ явно способен втянуть ее сына в неприятности, а сам остаться в сторонке…

– А теперь перед вами тот, ради кого вы и пришли, – Царевич! – закончил Игорь краткое вступительное слово.

Василиса замерла. Когда Ярик появился на сцене, она даже в первый момент его не узнала. Неужели этот незнакомый взрослый парень – ее сын? Уже в который раз она задается подобным вопросом… Может, его в роддоме подменили? Да нет, иначе он не был бы так похож на отца …

Волосы непривычно лежат, на лице, кажется, грим – незаметный постороннему глазу, но ей-то есть с чем сравнивать, она его физиономию вдоль и поперек изучила. И рубашки этой на нем никогда не видела. Пуговицы расстегнуты явно больше, чем нужно…

Ярик схватился за стойку, словно ему было тяжело стоять, и замер в эффектной позе, опустив голову. Василиса заметила мелькающие в зале вспышки и удивилась: его снимают, чтобы потом выложить в Сеть? Можно было заранее посмотреть – вдруг в интернете лежат его выступления – но она даже не догадалась поискать… Теперь уже поздно.

Заиграло вступление, и Ярик запел – сначала тихо, почти шепотом. Но постепенно его голос набирал силу и ко второму куплету зазвучал так мощно, что ему, казалось, стало тесно в этом маленьком зале. Странные незнакомые слова – а она-то думала, он исполняет каверы популярных композиций…