Чтение онлайн

Если бы Тип решил убить меня в тот момент, я бы согласилась. Даже подставила бы голову под топор!

Но Тип уже успокоился.

– Ладно. Нет так нет. Транспарант готов? Давай сюда! – Командир выжидательно посмотрел на меня.

– Транспарант? – пролепетала я, чувствуя, что – о боже! – наступает конец света. – Транспарант?

– Ну да, – Тип нетерпеливо заерзал. – Ты же ведь сделала транспарант, как мы договаривались?

Что ж, во всякой неприятности есть и положительные стороны. Например, тут, в каюте, я получила возможность еще раз потренироваться падать в обморок. Те, кто постоянно занимается этим, знают, как все происходит: слабеют колени, становится пусто в голове, кожа покрывается противным липким потом, потом к горлу подступает тошнота, темнеет в глазах – и больше они уже ничего не помнят, потому что отключаются. А когда приходят в себя, то обнаруживают, что мир вокруг здорово переменился. Еще мгновение назад ты стоял, а теперь лежишь, и все вокруг суетятся, потому что думают, что ты или уже умер, или вот-вот отойдешь в мир иной.

И все это случилось со мной в тот миг, когда я вспомнила, ГДЕ оставила транспарант.

– Это у нее от жары! – рокотал голос Стаса. – Разойдись, я ее обмахивать буду. – И на меня хлынули потоки теплого, пахнущего мазутом воздуха.

– Да разорви ты это гадское платье! – потребовал голос Сереги. – Оно же ей все дыхательные пути перекрыло!

– Не смейте! – вступилась за мой наряд Катька. – Это же Гуччи, как вы не понимаете!

– Ребята, нашатырь есть у кого? – встревоженно спросил Тип. Он был где-то совсем рядом, его руки сжимали и растирали мои. И тут же командир отдал распоряжение:

– Колян, сбегай к матросам, спроси, где у них аптечка!

– Да что ты с ней церемонишься! – Это голос Сереги. – Надавай ей по щекам, вот и вся аптечка!

– Я те надаю, я те надаю! – Голос Типа сделался на несколько тонов выше. – И не думай даже!

– Да я что? Я ничего! – Угорь явно обиделся. – Это же верный способ! Его же все доктора рекомендуют!

– У них в аптечке только йод и кровоостанавливающий жгут! – доложил запыхавшийся Колян. – А еще они колу прислали. Это подойдет?

– Давай сюда!

И вот мне в рот льется сладкая жидкость, но ох как не хочется выныривать из спасительной обморочной темноты! Потому что тогда снова будет задан вопрос о транспаранте, а я не хочу этого вопроса, я боюсь его! Дело в том, что этой вещи нет. Транспарант остался там же, где и парашют, в злосчастном рюкзаке, в «зимней резиденции», в особняке олигарха. Я забыла вынуть лозунг, просто совершенно из головы вылетело! Колоссальный, тотальный облом! Это был один из самых главных атрибутов сегодняшней акции. Без него выступление становится вполовину бледнее! Вы наверняка видели репортажи о выступлениях «Гринписа» по телевизору, это две-три минуты, не больше. И на что обращаешь внимание в первую очередь? Конечно на лозунги, потому что выкрики заглушаются голосом репортера. Поэтому требования должны быть написаны везде – на транспарантах и футболках, на стенах и мостах, автомобилях, поездах, самолетах, дирижаблях, воздушных шарах – везде, куда только удается прорваться. Мы две недели придумывали лозунг, а потом еще неделю рисовали. Мне было поручено закончить его, упаковать и принести сегодня на акцию. А я села в лужу. Как же теперь сказать об этом Типу и ребятам? Я и так уже всех подвела, если еще и это – у народа точно руки опустятся! Сейчас это недопустимо. Перед таким делом очень важен настрой, душевный подъем. Мы полгода готовились, собирали материалы, проводили разведку, договаривались с прессой – и что же, все впустую? Только из-за того, что я утром встретила в метро олигарха? Нет, мне нельзя приходить в себя, нельзя сдаваться. Пусть все идет как идет, а там посмотрим.

Несмотря на вливания, я крепко сжала губы, зажмурила глаза и молила бога о спасении и о том, чтобы он совершил чудо.

Мои просьбы были услышаны. Спасение пришло, но неожиданно и невероятно.

К хору жужжащих вокруг голосов вдруг присоединился новый, в первый момент показавшийся незнакомым.

– Кола ей не поможет! Только больше загрузит. Особенно в таких количествах, – услышала я рядом.

Это высказывание было встречено гробовым молчанием, за которым последовал нарастающий гул голосов.

– А ты кто, вообще, такой? – спросил Пузырь. – Ты откуда тут появился?

– По объявлению на сайте. Разве вы не приглашали сегодня всех желающих?

Это был мой «греческий профиль»! От неожиданности сердце затрепыхалось, как бабочка в кулаке. Откуда он взялся?!

Тип цыкнул на ребят, те притихли. Приказ нашего командира – закон.

– Проходи, садись, – голос Типа звучал ободряюще, он умел расположить к себе людей. – Говоришь, на сайте побывал? Что ж, отлично. Мы рады новым людям. А чего такой мокрый?

– Искупаться пришлось, – раздалось в ответ. – Жарко сегодня.

– Да, парит. Гроза, наверное, будет… Кстати, а ты случайно не медик?

– Случайно нет. Но помочь могу!

До меня слишком поздно дошло, что он собирается делать. И ведь это я сама сегодня днем обучила его такому методу!

Через секунду отшлепанные щеки и натертые жесткими ладонями уши горели огнем, а сама я открыла глаза и орала благим матом.

– Как он ее, а? – восхищенно присвистнул Серега. – Говорил же, если по мордасам бить, сразу поможет! С полпинка ожила.

– Садист, – всхлипнула Катька. – Сашуля, как ты? Тебе больно?

– Будем считать, что мы квиты, – прошептал мокрый охламон, незаметно сунув мне в руки влажный сверток, в котором я с огромным облегчением узнала злосчастный транспарант.

– Ты спрашивал о транспаранте? Вот, держи! – Под общие рукоплескания я перекинула рулон Типу.

– Почему такой мокрый? – удивился Тип и тут же дал команду разложить транспарант на палубе для просушки. Нам с олигархом и поручили это дело.

Инцидент был исчерпан, ребята занялись делами – одни расписывали аэрозолями футболки и кепки, другие – малевали лозунги прямо на лице и теле.

А мы с придурком выбрались на палубу, где у меня наконец-то появилась возможность высказать ему все, что я о нем думаю.

– Зачем ты сюда явился? Кто тебя звал? Видеть тебя не желаю! – Я старалась испепелить его взглядом. А руки тем временем расправляли мокрое полотнище на палубе.

– Это вместо спасибо? Вся твоя благодарность за то, что я через весь город тащил сюда эту тряпку? За то, что спас тебе жизнь? – Его лицо стало сердитым, глаза метнули молнии.

– Я тебя об этом не просила! Что ты преследуешь меня? Бродишь как тень! Все из-за тебя наперекосяк, – наступала я, радуясь, что мне удалось довести его до бешенства. – Давай выметайся, пока я ребят не позвала!

– Ну и пожалуйста! Ну и выметусь! Думаешь, у меня из-за тебя мало неприятностей? Два сервиза чего стоят!

– Подумаешь, чашечки разбил! А шуму-то, шуму! На миллион баксов!

– Вот-вот! Для тебя миллион – пустой звук. Легко кидаться деньгами, когда не знаешь их истинную цену! Соришь ими, как попало, сотнями книжки закладываешь. А для меня и моей семьи миллион – вполне реальные деньги, закономерный результат тяжелого труда.

– А также цена здоровья отравленных людей и изгаженной реки! – не осталась в долгу я. И знаете, чего мне в этот момент больше всего хотелось? Еще раз оттаскать его за уши или отхлестать по самодовольной физиономии. У меня просто руки чесались! Надо же, а? Мало того что посмел явиться сюда, так еще и поучать вздумал!

Мы с ним уже не сдерживались, а орали во весь голос.

– Ты не смеешь бросаться такими обвинениями без доказательств! Во всем этом еще надо разобраться! – вопил псих, размахивая руками. Почему-то мне показалось, что и он не прочь надрать мне уши – такой злобной гримасой было искажено его лицо. – Ты делаешь из нас монстров! Я не верю, что моя семья вредит людям!

– Вот и отправляйся к своей семье, – отрезала я. Теперь мы, тяжело дыша, стояли лицом к лицу и, если бы у нас были рога, непременно начали бы бодаться, как два разъяренных быка. Ну почему я девчонка? Я бы могла так врезать ему сейчас!