Чтение онлайн

Я не могу пошевелиться, оторвать взгляда от засасывающего омута. Какая-то сила толкает меня туда, в стихию. Волны холодным обручем охватывают ступни, погружая их в вязкий каменистый песок. Куда делась моя воля? Я даже не сопротивляюсь, равнодушно смотрю, как ноги все больше скрываются… Вода лижет платье, обжигает льдом бедра. Наверное, сейчас я исчезну, и никто не спасет меня. А потом все забудут, что я когда-то жила на этом свете. И даже мне нет до этого дела. Равнодушие, полная апатия…

Внезапно все начинает меняться. Волны отступают, словно отодвигаемые невидимой, но мощной рукой. Песок отпускает меня, выталкивая на поверхность. Как зачарованная я наблюдаю за стремительно утихающей стихией. Поверхность моря разглаживается, сливаясь с такими же ровными участками. И вот уже солнечные лучи скользят по ней, полируя до слепящего блеска.

Я поворачиваю голову и вижу себя, вернее ее. Она стоит рядом и улыбается. Столько ласки и тепла в ее взгляде, что по коже бегут приятные мурашки. Невольно улыбаюсь в ответ, чувствуя, как пальцы ее руки переплетаются с моими. Приятное тепло струиться от нее ко мне, согревая, успокаивая…

Глава 17. Приказ и похищение

Так получилось, что все то время, что планировала посвятить поискам чего-то полезного, способного пролить свет на окружающую меня тайну, я проспала. Сумерки укутывали сад, когда проснулась. В душе царило умиротворение, и чувствовала я себя почти счастливой. Можно было бы и сейчас начать исследовать дом, но не хотелось нарушать гармонию – такую редкую гостью в последнее время. Меня ведь никто не торопит, и времени еще предостаточно, чтобы попытаться во все разобраться. Поисками можно заняться и завтра.

Я решила сбегать на пляж, пока окончательно не стемнело, а потом нужно приготовить себе что-нибудь вкусненького на ужин.

Вечерняя прохлада еще не успела спуститься на Лампедузу. Я с наслаждением погрузилась в комфортную воду, смывая остатки тревоги. Плавала до ломоты в мышцах, пока окончательно не стемнело. Пирс, освещаемый фонарями, ярким пятном горел на приличном расстоянии от меня. Что-то далековато я заплыла на этот раз. Страшно не было, скорее природное благоразумие, а не чернеющее вокруг море, заставило возвращаться.

Приятная усталость давала о себе знать. Большую часть обратного пути мне пришлось проплыть на спине, чтобы не перегружать мышцы.

Алессандро я заметила, когда до пирса оставалась пара метров, и я перевернулась на живот, чтобы не сбиться с ориентира. Узнала его по манере стоять, засунув руки в карманы и выставив одну ногу вперед. Видеть его не очень хотелось, но не оставаться же в море, не дожидаться, когда он уйдет. И что-то мне подсказывало, что он не просто прогуливается, а специально искал меня. Интересно, зачем?

– Так и думал, что ты тут, когда не застал дома.

– Привет, - сказала я, выбираясь на пирс и закутываясь в большое махровое полотенце. Его реплику оставила без комментариев, хоть и покоробил недовольный тон. Уж перед ним я точно не обязана отчитываться, куда и когда хожу.

Алессандро не подвинулся, когда я брала полотенце. Продолжал стоять на краю пирса. Мне пришлось обогнуть его, с риском упасть в воду, и отойти на безопасное расстояние. Наглый, как все богачи! Возомнил себя царем вселенной, что все должны под него подстраиваться.

Он повернулся и равнодушно наблюдал, как я торопливо натягиваю сарафан на мокрый купальник. Под его пристальным взглядом получалось это неловко, очень некстати руки начали дрожать. Раздражало, что своим появлением он разрушил установившееся в моей душе спокойствие.

– Ты зачем пришел? – не выдержала я и спросила в лоб. И плевать, что вопрос прозвучал грубо. Я его сюда не приглашала.

– По делу…

Он тоже не церемонился. Разглядывал меня и не спешил переходить к делу. Каждый раз, при встрече с ним, я испытывала внутренне напряжение. Во мне словно что-то натягивалось и не отпускало, пока он не исчезал, не удалялся на приличное расстояние. Вот и сейчас я хотела, чтобы он поскорее ушел. Никакие его дела меня не интересуют. Жутко проголодалась и хочу домой!

– Ты должна кое-что сделать, - вновь заговорил Алессандро. При этом он сделал ударение на слове «должна» и смотрел на меня так, что по спине пробежал холодок нехороших предчувствий.

 - А поконкретнее?..

Сбежать захотелось еще сильнее. Уж не хочет ли он потребовать вернуть долг. Честно говоря, за суетой в последнее время, я забыла, что обещала Алессандро провести с ним день. Сейчас вспомнила об этом и мне поплохело окончательно.

– Мне нужно, чтобы ты вернула капитана на шхуну.

– Что?

Я уже настроилась, лихорадочно придумывала отговорку, почему не смогу провести с ним время, хоть как-то оттянуть неприятную процедуру, а он заговорил совершенно о другом. В первый момент я даже не поняла, о чем. Когда до меня дошел смысл сказанного, опешила еще сильнее.

– Ты хочешь сказать, что мне нужно вернуть на корабль Карло Пуччини?!

– Именно!

– С какой это стати?

Возмущение нарастало со скоростью звука. Я уже чувствовала, как оно начинает клокотать во мне и готово излиться неизвестно во что.

– А вот это неважно, - спокойно ответил Алессандро.

Я больше не могла смотреть на его наглое лицо. Чувствовала, как пальцы сами сжимаются в кулаки. Отвернулась, чтобы он не прочитал в моих глазах, как же сильно я его сейчас ненавижу.

– Я не собираюсь никого и никуда возвращать, - не глядя на него, произнесла я. Чтобы хоть чем-то заняться, присела и нарочито медленно принялась застегивать сандалии. Пальцы противно дрожали. Не сразу удалось просунуть хлястик в крепление замка, а потом еще и нащупать дырочку, чтобы протиснуть в нее металлическую палочку.

Алессандро все это время молчал, терпеливо ждал, пока я сражалась сначала с одной, а потом со второй застежкой.

Я чувствовала, как кровь приливает к щекам, когда поднималась с корточек. И это было не из-за напряжения. Меня обуревали злость, желание наговорить ему столько грубостей, чтобы хватило на всю оставшуюся жизнь и трусость, которая мешала это сделать. Что он себе позволяет? Кто он такой вообще? И какое ему дело до мерзавца капитана?

– Ты вернешь Пуччини, - услышала я спокойный голос Алессандро, когда повесила полотенце на шею и направилась к дому.