Чтение онлайн

Вот черт! Сердце застучало так громко, что, наверное, было слышно даже в пустыне. Красивые, молодые, сильные, в сером деловом зале, залитые солнечным светом. Эти двое больше походили на фотомодели. И на что я теперь могу рассчитывать со своей внешностью?

Пока я думала обо всем этом, они так же молча следили за мной.

– Ну мордашка у нее ничего. – Мне это сейчас показалось? По тому, с какой улыбкой он смотрел на мое ошарашенное лицо, я поняла – нет, не показалось.

– Добрый день, на то и был расчет, – ответила ему той же улыбочкой.

– Простите, вы что-то сказали? – Ну вот, наверное, надо было начать просто с приветствия.

– Извините, добрый день. Я Анна. – Идиотка ты, а не Анна…

– Так, значит, Анна, если я не ошибаюсь, вы претендуете на место юриста в одном из наших отделов? – Вот это голос, вот это внешность. Он что, в детстве пересмотрел супермена? Откуда такой тембр?

– Да, вы не ошибаетесь, мистер…

Второй гигант стоял неподвижно и смотрел на меня. Я уже подумала, что что-то не так с моим внешним видом.

– Эй, мужик ты чего? – Тот перевел свой взгляд на друга и проморгался, будто пришел в себя.

– Прошу прощения, давайте начнем собеседование. Присаживайтесь. – Ну наконец-то хоть кто-то предложил. Ну вы поняли, что туфли на шпильках не самая моя любимая обувь.

Они обошли стол и сели по разным сторонам. Эм, простите, извините, а куда садиться мне? Недолго думая, я подхватила стул и перекатила его в центр стола. Присела, вздохнула и начала переводить взгляд с одного красавца на другого. И что же мне с вами делать, мальчики?

Они молча сидели и разглядывали меня, я, в свою очередь, разглядывала их и не понимала, что происходит.

– Так, с чего вы бы хотели начать? Мне рассказать вам о себе? Или, может быть, посмотрите диплом и мои выслуги? – Я немного поерзала на стуле. Интересно, видно, что я очень нервничаю при виде этих уверенных и, по всей видимости, наглых типах?

– Видите ли, в чем дело, дорогая Анна. Вы сломали нашу систему отбора кандидатур. – Господи, он еще и британец. Слово «дорогая» прозвучало так сексуально, что я даже не придала значение сказанному. Он себя и преподносит так, как говорит, – уверенно, все движения плавные и мягкие, все слова, сказанные этим прекрасным ртом, четкие, то, как он произносит букву «р», вообще отдельный вид искусства.

Я широко улыбнулась, борясь с сильным желанием отвести взгляд от этих серых глаз. Выдержав паузу, смотрю прямо в этот ураган, не желая давать ему понять, до какой степени он меня взволновал. Я скрестила ноги и поправила кожаную папку, лежавшую передо мной на столе из красного дерева.

– Могу ли я поинтересоваться, о какой системе идет речь? – У меня такое ощущение, что этот красивый британец станет занозой в моей заднице.

– У нас выработалась некоторая система при принятии решения. Вы, наверное, заметили, что мы сели по разные стороны стола, хотя было бы удобнее сесть в тот угол. – Теперь уже начал говорить второй странный парень, я перевела взгляд на «тот самый угол» – он прав. Кожаный большой диван располагался напротив кресел и разделял это все длинный стеклянный стол. Если бы мы расположились именно там, было бы гораздо удобнее. – Мы изначально даем человеку выбор, если бы вы сели на левую сторону стола, к Итону, то проходили бы собеседование в отделы, которыми руководит он, а если бы приняли сторону добра, то это скорее по этому адресу. – Он развел руками, давая понять, что сторона добра – это его сторона.

– Как я понимаю, левая сторона обладает темной аурой? Из чего следует вопрос, почему? – Пожалуй, они меня заинтриговали.

– Глядя на меня, у вас не возникает никаких соображений? – О, глядя на тебя, у меня играет только воображение.

– Честно говоря, нет. Но могу предположить, что ваша юрисдикция основывается на делах, которые добрыми назвать нельзя. Если рассуждать логически, то, скорее всего, это бракоразводные процессы, уголовные, одним словом, которые ассоциируются с чем-то не очень приятным. – Сдержав глубокий вздох, я подняла глаза и увидела, что мистер Сексуальный Акцент, пристально меня разглядывает. Я откашлялась и кивнула. – Думаю, причина в этом.

– Удивительно, вы разорвали цепочку долго выработанной схемы. – Мистер Акцент хмыкнул, когда мистер Сдержанность, напротив, рассмеялся. – Я так понимаю, проницательность – это ваш конек. Тем и лучше, не будем тратить время на объяснения. Вы совершенно правы, Итон руководит отделами, которые занимаются уголовными, гражданскими и бракоразводными делами. Мои же отделы более скучны, сделки, вопросы по трудовым делам, налоговые споры, арбитражные процессы.

– Я так понимаю, что вам нужно время, чтобы придумать новую систему? Иначе каким образом мы разрешим сложившуюся ситуацию? – Я, конечно, рада, что не такая, как все, но всю эту ситуацию я могу назвать так, как всегда, – все через жопу.

Они оба замолкли на пару минут и смотрели друг на друга, словно они были гребаными телепатами и обменивались мыслями.

– Думаю, – начал мистер Вайтман, – мы сейчас зададим вам ряд вопросов, связанных со спецификой нашей работы. Потом вы оставите нам свои документы, мы их изучим, а вы пока подождете в комнате отдыха.

– Хорошо, можем приступить.

И тут один за другим посыпались вопросы. Почему мы должны принять на работу именно вас? Что вы считаете своим самым большим профессиональным достижением? Можете ли вы нарушать закон в интересах компании? Чем отличается трудовой договор от договора на оказание услуг? Какие требования к оформлению доверенности? Какие сроки и порядок обжалования судебных постановлений? Какие дела рассматривают в арбитражном суде?

Я отвечала, как нас учил мой любимый преподаватель в институте, мистер Мангомери. Главное – помнить, что юристы более въедливые и внимательные к деталям. Они меньше отвлекаются на эмоциональные факторы, более сдержаны и хладнокровны. Поэтому нужно отвечать четко и по факту, без лишней воды. Что я и делаю.

Веду себя уверенно и спокойно, показываю обширные знания всех отраслей права. И самое важное, что я запомнила с институтских времен, нужно уметь признавать, что ты можешь чего-то не знать. Сказать об этом, но дать понять, что стремишься развиваться и тебе было бы интересно попробовать себя в новой отрасли.

Это обычно действует.

Разговор затянулся. Я, чтобы избежать новых вопросов, задала несколько своих – по организации рабочего процесса, дресс-коду и заработной плате.

Они отвечали безукоризненно и, кажется, были довольны.

– Пожалуй, на этом закончим, оставляйте документы и пройдите в комнату отдыха. Попрошу Элисон принести вам кофе. Мы вас позовем. – Мистер Вайтман вызвал секретаря и попросил ее проводить меня. Элисон, чтобы вы понимали, эта та сучка.

В комнате отдыха оказалось очень уютно, много домашних цветов, спокойный, приглушенный свет. В такой обстановке можно немного расслабиться и порассуждать над тем, что сейчас было.

Итак, что мы имеем. Мистер Итон Райан, привлекательный британец, с которым работать будет ох как непросто, – думаю это именно тот тип мужчин, который не пропускает ни одной юбки. А Майкл Вайтман – спокойный, серьезный мужчина, столь же красив, как и его компаньон. Но, к сожалению, руководит отделом, который меня мало интересует.

Если бы мы сейчас были в звездных войнах, то я была бы Энакин Скайуокер. Потому что если мне придется делать выбор самой, то я перейду на темную сторону и даже не моргну. Причины были весомые: во-первых, развод Алона Рича; во-вторых, если на компанию Рича снова заведут уголовное дело, то разузнать что-то важное будет представляться возможным, находясь в самом эпицентре событий. И, как сказал бы мастер Йода: «Страх – это путь на темную сторону. Страх порождает гнев. Гнев приводит к ненависти». Что, в принципе, полностью описывает мою ситуацию.