Чтение онлайн

***********************

Подскажите, если у вас появятся идеи, как сделать книгу лучше, еще лучше! Жду ваших советов!

Когда она, судорожно вздохнув, посмотрела в темные, как ночное небо глаза, то поняла, что от его близости восторг захлестнул её с головой. Он не ушел из её жизни навсегда. Он был рядом.

Чувствуя себя совершенно счастливой, она бесстыдно улыбнулась.

Стас резко отпрянул и заморгал, ошарашенный подобной реакцией на свой гнев, но быстро взял себя в руки и прошипел приближая лицо. Андрей для него был пустым местом.

— Ты время видела?

— Около семи, — нахмурилась она, не понимая. совершенно к чему он ведет.

— Уже семь, — рявкнул Стас, а ноздри его раздувались, как у быка перед рывком к тореадору. Маша сжала колени, чувствуя, как по телу прокатываются волны предвкушения, смешанного со страхом. Опасное сочетание. Стас напоминал сейчас мелодию Вивальди «танго смерти». И Маша ощутила себя кружащей в этом вихре музыки, будучи совершенно обнаженной.

Он заметил её реакцию и в напряжении сжал кулаки. Было похоже, что его контроль уплывал на парусах запаха возбужденной женщины и он был готов забыть о толпе и броситься на неё.

— Вообще-то еще только без пяти, — вдруг раздался сбоку абсолютно недоумённый голос Андрея. Он словно ворвался в перетекающий поток мыслей и разорвал его надвое.

Маша раздраженно на него посмотрела.

Ну что ты влезаешь.

Его присутствие сейчас казалось лишним, как. впрочем, и всех в холле.

Маша не видела Стаса почти сутки, уже и не надеясь на новую встречу, поэтому не хотела отвлекаться на посторонние ненужные разговоры. Зачем? Здесь же она, и, и судя по убийственному выражению лица — ревновал.

О, коварное женское тщеславие.

Маше так хотелось сыграть на этом. Заставить Стаса изнывать от желания и ревности.

— Охранник — Дмитрий Борисыч не любит, когда приходится закрывать дверь ровно в семь, — проворчал Стас, лишь бросив мимолетный взгляд на удивленного юнца.

Все трое разом посмотрели на упомянутого стража порядка. Неказистый мужчина с залысинами и дряблой кожей, как ни в чем не бывало — словно он не должен через уже четыре минуты выгонять всех посетителей из больницы — грыз кончик простого карандаша и смотрел в газету. Судя по всему, кроссворд его занимал больше работы.

Маша хихикнула, словно маленькая довольная девочка.

Мужчины резко обратили на нее взор, Андрей удивленный, а Стас раздражённый.

Она поняла, что нужно уже как-то прояснить ситуацию и встала. Повернувшись к Андрею лицом, Маша закрыла своим небольшим телом Стаса — попыталась. Все ее чувства обострились от тесной близости с пышущим гневом мужчиной.

Хотелось ещё ближе.

— Станислав Алексеевич прав. Уже поздно. У меня процедуры. А тебе тоже пора заниматься, — быстро проговорила Маша, с восторгом обдумывая предстоящие «процедуры» со Стасом.

— Смотрю, Станислав Алексеевич, — процедил Андрей сквозь зубы, — весьма заботливый врач. Он ко всем так трепетно относится, или здесь существует особая привязанность.

— Я с особенным удовольствием вышвырну тебя за дверь, если ты сам не исчезнешь, — отодвинув Машу в Сторону, не менее жёстко сказал Стас.

Маша невольно сравнила двух мужчин, одного из которых желала она, и как оказалось, получала полную взаимность, а другого давно и надежно оставила во френдзоне. Андрей был похож на домашнего кота, хоть и хищника, но мелкого, а Стас, кроме того, что был выше её друга, походил на ягуара. Стремительного и завораживающе опасного.

Когда Андрей потемнел от злобы, а Стас сделал шаг вперед, их конфликт прервал охранник, очевидно догрызший наконец свой карандаш.

— Посетители на выход. Посетители на выход! Время посещения закончилось.

Маша снова втиснулась между двумя мужчинами. Она приподнялась на цыпочках, чтобы поцеловаться Андрея в щеку, чем вызвала откровенный рык Стаса.

Ну не специально же.

— Спасибо, что зашел. Меня завтра уже выпишут, так что…

— Завтра? — переводил Андрей взгляд с Маши на Стаса и обратно. В его голосе стала прослеживать ехидная нотка. — А разве после аппендикса, не семь дней лежат?

— Мне делали, эту. — она обернулась на Стаса, который не сводил предостерегающего взгляда с Андрея.

— Эндоскопическую аппендэктомию.

Маша неловко улыбнулась, посмотрела на Андрея и развела руками.

— Вот эту, Эндо…. Ты понял.

— Бесплатно? — съехидничал Андрей, нисходивший с места, словно врос в мрамор холла.

Люди начали расходиться. Провожавшие и посетители обтекали участников немой сцены, как потоки воды неподвижные камни. Кое-кто поглядывал на компанию, но в основном люди спешили выйти на улицу и добраться до дома. Маша только порадовалась, что ей не придется идти под ливень, потому что на дождь она любила только смотреть.

— Это в рамках помощи студентам Москвы, — отчеканила Маша и чуть толкнула ягодицами ноги Стаса. Он без слов все понявший, еще раз хлестнул хищным взглядом Андрея и схватив Машу за запястье, словно помечая свою, территорию, потащил к лифтам.

Маша кожей чувствовала взгляд Андрея, но все её внимание было поглощено напряженной влажной шеей. По коже все еще скатывались капельки, падающие с мокрых, от пойманного дождя, волос. Сейчас они казались темными, под стать его настроению.

Она усиленно держала себя в руках, чтобы не слизать эти капли, которым позволено, так тесно касаться кожи ее Стаса.

Нельзя так думать. Он, не может быть её.

Но он ревновал.

Только почему она не думает также о Сальникове.

Маша попыталась освободить сознание от неправильных мыслей и даже попыталась выдернуть руку, когда увидела, что они уже подходят к лифтам. Он только сильнее стиснул запястье, и Маша перестала дергать руку. На ней и так будут синяки. Его клеймо. Одно это сводило судорогой низ живота.

Она прикусила губу и засеменила быстрее, потому что Стас резко увлек ее от лифтов, возле которых собралась порядочная толпа. Людям порой и пару этажей пройти тяжело. Ей нет.

— Я могу и по лестнице.

— Замолчи, — угрожающе прошипел он и Маша обратила внимание, как ходят желваки на его скулах, как быстро бьется жилка на его шее. Его тело было напряжено, и поступь была резкой, как сильные доли в музыке.

Она должна была испугаться, все его поведение было рассчитано на это. Но ей не было страшно. Только острое возбуждение пронизывало тело до самого сердца, которое так часто билось. Она даже не вскрикнула от испуга, когда он внезапно рванул ее в сторону и припёр к стене. Она осмотрелась и поняла что они в какой-то странной затемненной нише. Она попыталась выглянуть из-за плеча Стаса, но он загораживал ей даже свет, нависая, подавляя, сводя с ума.