Чтение онлайн

Он вообще последнее время стал какой-то нервный, дерганый, задерживался на работе каждый день допоздна, почти до ночи, приходил раздраженный, мрачный, на мои расспросы отвечал, что сильно перенервничал из-за меня и ребенка, и теперь постоянно боится, чтобы что-то не случилось с нами.

– Ты не волнуйся, – успокаивал он меня, – устаю просто, выматываюсь. Не хотел тебе говорить, но я взял еще несколько клиентов подзаработать перед свадьбой.

Ну, похвально, разве нет. Но на фига так уж упахиваться, что не можешь с женой будущей спать? Мы перестали заниматься сексом. Совсем. Аргумент мужчины: страх за здоровье малыша и за мое здоровье. А тут еще выяснилось, что ему не дали кредит на квартиру, потому что он иногородний и без московской прописки, который он решил почему-то взять до свадьбы.

– Черт! – нервничал Макс. – Придется оформлять кредит на тебя. Но выплачивать его и проценты буду я!

За две недели до свадьбы Макс уехал в Ростов, помочь в приготовлениях родственников к нашей свадьбе, что-то перевезти заранее, с кем-то о чем-то договариваться, я не вникала. Я вообще ни во что не вникала – всей организацией занимались наши таланты, мама с Майей, семейство они тоже активно задействовали, а меня оставили в покое. И правильно. Помощница из меня сейчас была никакая – я большую часть времени созерцала свой внутренний мир, связанный с ребенком. Изучала литературу по вопросу беременности, ходила на занятия для будущих мам, разговаривала с ребеночком и уже так сильно его любила и представляла, какой красивый он будет от такого-то папаши!

Днем на работе мне стало как-то несколько нехорошо, подташнивало, наверное, тортик, которым угощала коллектив одна из сотрудниц в честь своего дня рождения, был не совсем свежим. И вроде съела-то я чуть-чуть, чтобы не обидеть, а все остальные угощались за милую душу ничего, а мне вот не комильфо как-то, и на душе тревожно.

Одним словом, отправилась я домой, так вернее будет: отлежусь, уголь активированный приму, чаю зеленого попью, с мамулькой поболтаю по телефону.

Входная дверь оказалась незапертой на ключ. Я точно закрывала. Без вариантов.

И, вместо того чтобы как любой нормальный здравомыслящий человек не соваться в явно подозрительную ситуацию, а позвать соседей, что ли, позвонить и дождаться помощи, я, как в любом дурацком кино, пошла проверять, кто там у меня в квартире шарится! Осторожненько посмотрю. Идиотизм конкретный! Причем меня всегда это в фильмах раздражало – происходит что-то непонятное, тебе страшно, и ты одна, так нет чтобы помощи искать и не соваться – полезет же проверить, что там! Типа: а вдруг убийца и грабитель, а я не в курсе!

Но стоило возникнуть такой ситуации в жизни, и я как последняя… сама поперлась проверять наличие в моей квартире убийц и грабителей. На первый взгляд таковых не наблюдалось, но из спального алькова доносились непонятные звуки.

– Эй, кто там? – проблеяла я, стараясь придать твердость голосу и своим намерениям. – Я уже позвонила в полицию и консьержку предупредила, что ко мне воры забрались.

– Кому ты позвонила? – выскочил в прихожую взбешенный Максим.

– Фу, Макс, как ты меня напугал, – от облегчения у меня ослабли коленки, заколотилось сердце, и мурашки сбежали от головы вниз, в похолодевшие пальцы рук.

Я неуклюже, боком, опустилась на банкетку, стоявшую в прихожей.

– Кому ты позвонила? – повторил свой вопрос Макс злым, незнакомым мне голосом.

– Макс, что с тобой? – поразилась я перемене, произошедшей с ним. – Никому я не звонила, думала, воры залезли, вот и пугала.

– Хорошо, – сказал он отрывисто и быстро вернулся в альков.

– Макс, что случилось? – ничего не понимая, я тяжело поднялась и пошла за ним.

В алькове и комнате творился настоящий хаос – вещи из шкафов были разбросаны повсюду, содержимое туалетного столика, комода, ящиков было выворочено, как внутренности препарируемого тела, а Макс продолжал потрошить полки шкафа с моими вещами.

– О господи, что происходит?

– Очень хорошо, что ты пришла, – оторвался от своего занятия он. – Где твой браслет бриллиантовый?

– Что?

Я никогда не видела Макса таким! Он пугал меня до жути резкой разительной переменой – злое лицо с заострившимися скулами, пустые безразличные глаза, поддернутая, оскаленная, как у хищника, верхняя губа и раздувающиеся ноздри – от него просто разило агрессией и ненавистью. И тут я почувствовала такой животный страх и невероятную опасность, исходившую от него, что запаниковала всерьез!

– Я спросил, где твой браслет и остальные драгоценности? – повторил он предупреждающим тоном.

– Думаю, спрашивать, зачем он тебе, нет смысла, – пыталась хоть что-то понять я.

Мне было страшно, очень страшно, я бы отдала и этот браслет, и все на свете, только бы оказаться сейчас на десять минут в прошлом и никогда не входить в эту открытую дверь!

– Ну, почему, – снизошел палач до своей жертвы объяснением. – Носить я его не собираюсь, как ты понимаешь. У меня долги, большие долги, такие, за которые калечат, а могут и убить. Любимая, – издевательски обратился он и шагнул ко мне, – ты же не хочешь, чтобы меня покалечили или убили, правда? Отдай мне браслет, и все будет в порядке.

Я сделала шаг назад, пятясь от него, а в голове судорожно и бестолково носились мысли о возможности побега.

– Он у мамы, – призналась я, – и все драгоценности тоже.

Драгоценности мои давно уже почистили, но почему-то мама не торопилась мне их возвращать – то это мое падение и больница, то суета по приготовлению к свадьбе, всего не упомнишь, да и не выходила я последнее время в свет, чтобы вспомнить о них.

– Позвони маме, скажи, что сегодня у тебя посещение театра, и ты хочешь надеть браслет, договорись о встрече и забери, – пугающе мягким тоном, надвигаясь на меня, отдал он указание.

– Мамы с Игорем нет в Москве, они улетели в Прагу на неделю, – пролепетала я чистой воды вранье, придуманное в одну секунду.

Макс всегда мало интересовался моими родственниками и понятия не имел, что происходит в нашей семье, у кого и какие дела и новости, вполне обходясь тем, что рассказывала ему я или непосредственными встречами с моей родней.

Зачем я соврала? Понятия не имею! Не хотела так уж бояться, не хотела подчиняться этому незнакомому опасному Максу, не хотела отдавать браслет Виктора какому-то уроду? Я не знаю, честно!

– Твою мать!! – заорал он и стукнул себя кулаком по бедру от бессильной ярости и повторил: – Твою мать!

– Макс, – пыталась я разобраться хоть в чем-то и как-то успокоить его, – сколько ты должен? Давай подумаем вместе, как решить эту проблему. Мы что-нибудь обязательно придумаем.

– Вместе? – зло прищурился он и сделал еще один шаг ко мне. – Ты, сука, все испортила, ты! Все тянула, тянула с этой гребаной свадьбой, небось папочка с братцем против были! Давно бы уже разобрался со всеми проблемами, если бы не ты! Потратил на тебя, кретинку, столько времени, поставил на тебя, думал, уж с этой я быстро отработаю!