Чтение онлайн

Халява!

Такое мерзкое слово.

«Деньги, их лучше пропить, а шмотки содрать с богатеев» – вот она философия этого дома, от которой меня выворачивало наизнанку.

Сколько раз я порывалась собрать вещи и уйти от родителей, зажить отдельно. Купить себе хоть что-нибудь новое. Пожить, не видя пьянку и ругань. Немного тишины и покоя.

Но это было невозможно.

Законы нашего мира, что топор над головой. Оступишься хоть раз, и он обрушится на твою шею.

Девушка из семьи нелюдей могла уйти из родного дома только в дом мужа.

А к Изечке я не спешила.

Там та же песня, только ещё и пьянство муженька новоиспечённого терпеть. Нет уж.

Это из огня да в полымя. И неясно ещё, где мне лучше будет.

Медленно шагая через двор, я с тоской смотрела на наши окна. Там у холодильника уже маячила фигура матери. Готовят закуску. Мой живот предательски заурчал. Есть хотелось страшно, но явиться сейчас на кухню – это снова выслушать всё, что обо мне думают. В частности, что содержимое холодильника не про меня, и если мне приспичило поесть, то вперёд зарабатывать на еду.

Остановившись, развернулась и побежала в сторону маленького магазинчика, что ютился старца соседней двухэтажки. Взлетев по разбитым лесенкам, несмело вошла внутрь.

Над головой зазвенел колокольчик.

– Тётя Агафа, – позвала я продавщицу, которая возилась с товаром в задней комнате.

– Диана, ты? – донёсся до меня её вопрос.

– Да, я, – поджав губы, не смогла подобрать слова.

– Если за пузырём, или ещё за чем родители послали, то не дам. За вами ещё долг.

Мне стало совсем стыдно. Ниже падать уже просто некуда.

– Тётя Агафа, я для себя. Сессия закончится – всё отработаю. Полы за вас буду мыть, сколько скажете.

Грузная женщина, наконец, выглянула из-за шторки.

– Что мать опять вразнос пошла? – догадалась она.

Я только кивнула, поглядывая с тоской на свой любимый чёрный хлеб и майонез. Стоило всё это копейки, но у меня в кармане вечная дыра.

– Жениху опять отказала, или как? А я говорила, как физическое совершеннолетие преодолеешь, он на тебя насядет. Этот молодой козёл всегда на тебя засматривался. Ты бы покрутилась среди других парней, может, кого получше зацепила.

– Да кому я нужна, – мне было смешно её слушать.

– Не скажи, девка ты видная, дохлая правда совсем, – тётя Агафа одарила меня плотоядным взглядом. Сглотнув, я натянуто улыбнулась. – Эх. Сходила бы ты, Дианка, на дискотеку, что ли. Вампирёнышу какому поулыбалась. Наши пацаны падки на красавиц.

– Ну, давайте честно, – я развела руками, – что с меня взять?! Даже крови не сцедишь.

Вампирша заулыбалась. Добрая она была женщина, хоть и с тяжёлым характером.

– С собой, красавица, я тебе ничего не дам, отберут, – она отодвинула шторку, скрывающую заднюю комнату. – Пошли, накормлю. Я тут себе борща наварила.

Только сейчас я поняла, что же так аппетитно пахнет. У меня предательски громко заурчал живот.

– Пошли, не робей.

Кивнув, я с радостью заскочила в подсобку. На небольшом покрытом цветастой скатертью столе стояла на дощечке кастрюлька с красным борщом, рядом зелёный лук, нарезанный чёрный хлеб, пара кусочков сала на тарелочке и стакан с разбавленной кровью.

На густое тёмно-бордовое содержимое стакана я не обращала внимания. У каждой расы свои трудности: сатиры в гневе в козлов обращаются, вампиры не могут долго жить без крови.

– Не смотри, – женщина быстро убрала стакан.

– Да что вы, – улыбнулась я уже естественнее.

– Это многим портит аппетит. Ты садись. Ешь, не стесняйся.

Взяв тарелку, женщина налила мне борща. А дальше начался настоящий пир. Мать никогда так не готовила. Да и я не умела.

– Эх, Дианка. Где бы тебе мужика найти, да постарше?!

– Зачем старого-то? – не поняла я.

Прожевав сало, выжидательно посмотрела на женщину.

– Да, затем, чтобы взял тебя под своё крыло и опекал.

– Как это опекал? – отправив ложку супа в рот, я призадумалась. – Нет, я хочу самостоятельной быть.

– Дурёха, какая при слизняке муже самостоятельность? Мужчина должен вокруг женщины мир прогибать, заборы от всего плохого возводить, а она самостоятельно прохаживаться по улочкам счастья, не зная ни бед, ни забот.

– Ну, вы загнули, тётя Агафа, – мне стало смешно. – Вы где такого сатира видали? Наши мужики только и могут, что на горб женщине взобраться и катиться на нём по «улочкам пьяного веселья», играя на гармошке.

Вампирша засмеялась.

– Ну, зачем сатир? На другие расы глянь, – снова взялась она за своё.

– А толку? – я сделала большие глаза. – Я-то на них гляну, а они на меня?

– Ох, – она вздохнула, – мир меняется, Диана. Смешанных браков всё больше.

– Да, но среди высших каст, – облизав ложку, я заглянула в кастрюлю.

Просить ничего не пришлось, тётя Агафа сама налила мне добавки.

– Всяко бывает в нашей жизни, может, и на тебя, Дианочка, демон какой взглянет. Они любят девушек чистых да покладистых.

Поджав губы, я не стала спорить. Браков смешанных, конечно, много, но я ещё не слышала, чтобы какой приличный нелюдь на козу взглянул. Тем более если она из такой семьи, как моя. Дочери алкашей популярностью не пользуются.

Наевшись до отвала, я взглянула на женщину. Неудобно стало – объела её.

– Может, вам крови свежей, тётя Агафа? Мне не жалко, на мне всё заживает как на собаке.

– Да что ты, девочка! Ты вон какая бледная, – отмахнулась она.

– И всё-таки мне неудобно вот так, – настояла я на своём. – Давайте полстаканчика.

Она помялась. Соблазн, конечно, был большой: кровь нелюдей ценнее и дефицитнее.

– Я ведь сама предлагаю, от чистого сердца, – подтолкнула я женщину к правильному решению. Вампирам тяжело приходилось: кровь выдавалась по строгому учёту. Не попируешь тут.

– Ну, если только так и немного, – наконец, согласилась она.

Я кивнула и улыбнулась. Тяжело вздохнув, тётя Агафа вытащила большой шприц и жгут.

Из магазина я выходила сытая и довольная, а в кармане домашних шорт лежал шоколадный батончик.