Чтение онлайн

На такой ноте мы с мамой попрощались, но уверена, завтра от меня потребуют подробностей.

Летящей походкой пошла домой. Солнце уже не жгло и всю дорогу я наслаждалась теплым летним ветерком. Когда подошла к воротам, признаюсь, ожидала там увидеть черный байк или тойоту. Зная, нетерпимость Максима и “любовь” к неожиданным визитам. Зашла во двор. И тут пусто.

“Но ничего. Все впереди!” — снова улыбнулась я.

Пошла в свою комнату. Переоделась с офисного костюма в юбку и футболку пастельных тонов. Сделала на кухне себе чай, разогрела тушеную картошку, приготовленную с утра. Ради такого дела, я даже пораньше встала. Уже примеряясь к обалденно пахнущей картошке увидела мигнувший сигнал телефона.

“Я у ворот. Выходи.” — писал Макс.

Я даже разочаровалась немного. Целый день игнора, а он ни слова об этом. Ну что ж… Сначала он меня выводил на эмоции, теперь моя очередь. Но я ответила чистую правду:

“Не могу.” — действительно, меня не отпускает моя аппетитная картошечка.

“Ты дома?” — пришло через секунду.

“Да.” — ответила коротко.

Отодвинула телефон, подцепил манящий кусочек и наконец-то отправила его в рот. Услышала, как за спиной стукнула входная дверь и кто-то прошел мимо кухни, дверь в которую я не закрывала. Но меня заметили, потому что через минуту, когда и второй кусочек был готов к путешествию в рот, по обе стороны от меня опустились руки, а шеи коснулось дыхание.

Так вот, чем ты тут занята. — прошептал Максим мне в самое ухо и мурашки побежали по всему телу, но он не остановился.

Медленно поцеловал мочку уха, потом шею, спускаясь ниже к плечу. Рука, державшая вилку с уже забытой картошкой, сжалась. Невесомые касания губ просто отключили голову, направив всю мозговую деятельность на впитывание сладкого томления.

Но это был только обманный маневр, ведь в следующую секунду Макс дернулся вперед через мое плечо и быстро съел картошку. Только зубы клацнули о вилку. Я вздрогнула и воскликнула:

Эй! Ммм. — простонал он, пережевывая. — Ладно, ее вкус тебя оправдывает. — и присел рядом. Вообще-то, сначала нужно здороваться, а не пугать и воровать еду. — я шутливо отодвинула тарелку подальше от него и, подцепив еще один кусочек, съела под немигающим взглядом парня. Вообще-то, могла бы и угостить! Хммм… Я подумаю над этим. Если будешь хорошо себя вести. — вернула Максиму его же слова. Жадина!

Я направила вилку в его сторону и пригрозила:

Ты играешь с огнем. У меня холодное оружие в руках! — мы рассмеялись и я сжалилась. — Ну ладно!

Встала, сняла крышку и начала наполнять причиной спора тарелку. Когда обернулась, моя тарелка стояла перед гостем и тот без зазрений совести хомячил моей же вилкой.

Никакого стыда! — прокомментировала я и поставила перед ним полную тарелку, забрав свою уже полупустую. Прости, но это безумно вкусно!

Я хотела еще подшутить, но засмотрелась на то, как молниеносно пустеет его тарелка. Какая прелесть — видеть, что приготовленную тобой еду поглощают с таким аппетитом. Лучший комплимент кулинарным способностям девушки.

Наконец, он закончил. Поглаживая живот, попросил меня заварить ему чай. Потом, пока я не начала спорить, подхватил наши тарелки и пошел к раковине мыть их.

“Идеально!” — подумала, глядя на эту картину маслом.

Поедем кататься? — он обернулся ко мне и сразу же потянул за руку к выходу. Ответ ему, похоже, не требовался. А как же чай? — тупо спросила, пытаясь успеть за его быстрым шагом. Потом. — Максим поставил передо мной мои белые кроссовки и, когда я обулась, снова потянул за руку на улицу. Подожди! Куртка! — упираясь, воскликнула я, предполагая, что скоро похолодает. Зачем? Я взял свою кожанку. Она на тебе смотрится лучше. — и шальная улыбка озарила его лицо.

33

— Куда мы едем? — в который раз спросила я.

— Просто. Катаемся. — в который раз прозвучал ответ. И вроде логично. Но мелькавшая улыбка на лице парня не соответствовала этому ответу.

— Опять к себе повезешь? — предприняла еще одну попытку.

— Я совсем что-ли пещерный человек? Нам нужно гулять и вне дома! — возмутился Максим, но добавил все с той же улыбкой. — Домой мы потом поедем.

— Кстати! На счет дома… — вспомнила я о своей утренней злости и запланированной расправе.

— Да? Ты уже начала собирать вещи? — нисколько не смутился, но еще и накалил ситуацию.

Возмущение во мне кипело. Он или делал вид, что не понимает, или действительно не видел проблемы.

— Нет. — я смотрела только вперед и говорила ровно, чтобы нельзя было по лицо прочитать мои мысли.

— Не понял. — он отвлекся от дороги на секунду и посмотрел на меня. — Времени не было? Так, давай, я помогу? Могу и Настю позвать…

— Нет. Не надо.

Он нахмурил брови. Мы выехали за пределы города и я начала оглядываться, но вопросов больше не задавала. Все равно не ответит. Максим тоже не спешил расспрашивать меня о причине смены настроения и только бросал обеспокоенные взгляды. Но через 10 минут молчания начал рассказывать о делах на работе, общем проекте с Ваней — барменом, рассказах Саши о совместной жизни и попытках его друга Олега поймать парня своей сестры, которым был мой друг — Дима.

Я поддакивала, в некоторых моментах смеялась, но мы оба понимали — разговора не избежать.

— Олег уже даже под каким-то забором прятался, чтобы сфотографировать номер машины Димы и пробить по полицейской базе. Представляешь?

Мой телефон пиликнул, не дав мне ответить. Высветилось сообщение от Лехи: “Привет! Как жизнь молодая?”

— … но его покусали пчелы соседа и… — продолжал Макс, стараясь незаметно для меня заглянуть в телефон. — …Нуу и Мика — коза! Держит интригу. Могла бы познакомить их и не разжигать этот нездоровый интерес… Кто пишет? — все же не выдержал.

— Леша. — “чего скрывать?”

А уже Лехе ответила: “Привет. Хорошо все. Сдала диплом наконец-то.”

— Что пишет? — максимально беззаботно спросил.

— Спрашивает “как дела”.
– так же ответила я.

— И как у тебя дела? — а сам тааак внимательно проверяет зеркала заднего вида.

— Хорошо у меня дела…

— Хм. Хорошо.

— Хорошо. — улыбнулась, отложила снова пиликнувший телефон и протянула. — Макс, ты что ревнуешь?

— Я? Тебя? — начал было он, но потом исправился. — Да! Ревную!

— Это просто сообщение. Я не буду оправдываться перед тобой. — жестко очертила границы.

— Я знаю… — он выдохнул. — Но..! Мне неприятно! Что ты переписываешься с ним при мне.

— Понимаю. Но! Мы с ним только общаемся, ничего больше. Ты же не собираешься надеть на меня паранджу?!

— Это не одно и то же! И как часто вы “общаетесь”?

— Не запрещай мне дружить с другими людьми! Я не твоя собственность. И вообще. Ревность — признак неуверенности в себе.

Он ничего не ответил и начинавшаяся ссора резко закончилась. В глухой тишине было слышно только наше сопение и гул мотора.