Чтение онлайн

Девушка еще раз шмыгнула носом, вытерла его кулаком и прошептала:

— Пахнет вкусно. Все время смотрела, как ты жаришь, а ни разу не пробовала.

Ольга Константиновна поправила передник, глянула мельком в зеркало и направилась к двери. Быстро открыв замок, она распахнула дверь и с удивлением уставилась на Александра Александровича, что стоял с цветами.

— Саша… — разглядывая седые волосы произнесла она. — Что у тебя с волосами?

Мужчина глянул на букет в руках, затем на женщину и хмыкнул.

— То есть букет тебя не впечатлил, — хмыкнул он. — Я так-то старался. Друг с юга привез.

Женщина отошла в сторону, пропуская внутрь гостя. Тот вручил ей букет и замер в дверях.

— Ты уж прости, работы было валом, но…

— Расскажешь? — протянула Ольга руку и прикоснулась к волосам.

— Расскажу, — кивнул тот и, усмехнувшись, спросил: — А покормишь?

Жутко усмехнулась и кивнула в сторону кухни.

— Солянку будешь?

— Буду.

Мясоедов прошел в ванную, где быстро помыл руки, после чего оказался на кухне, где его уже ожидала тарелка, от которой по кухне расплывался неповторимый аромат.

— Боже, у тебя глаза, как у голодного кота, — хмыкнула женщина, нарезавшая хлеб.

— А когда еще твою солянку поешь? — хмыкнул мужчина и взял ложку.

Попробовав суп, он удовлетворенно кивнул и глянул на Ольгу.

— «Полтинничка» не найдется? — спросил он и тут же добавил: — Для дела.

Ольга Константиновна хмыкнула, залезла в шкафчик и вытащила бутылку водки. Достав одну рюмку, она поставила ее на стол и налила.

— Себе тоже. Дело тебя касается, — произнес он.

После того, как на столе оказалось две рюмки, женщина села напротив и спросила:

— Что случилось?

Мясоедов молча поднял рюмку, чокнулся с ней и опрокинул содержимое в рот. Закинув пару ложек, он прожевал и начал рассказ:

— То, что у Кота бабка ведьма старая, с царских времен, знала?

— Ты про Семена?

— Про него.

— Нет, я как бы… Не вникала.

— К ней ездил, — спокойно произнес Александр Александрович. — На разговор, насчет ее правнука.

Ольга Константиновна нахмурилась, задумчиво посмотрела на рюмку и спросила:

— Это она тебя так?

— Побочный эффект, — хмыкнул мужчина и закинул пару ложек супа. — В детали вдаваться не буду, но я… Помнишь, ты рассказывала про мужей своих?

— Словно проклятая, — хмыкнула женщина и тут же замерла. Секунды две она смотрела на собеседника, после чего спросила: — Ты…

— Да. Спросил. Твою фотографию показал, — кивнул Сан Саныч и снова закинул пару ложек солянки.

— И?

— Долг делом за твоей прабабкой. Делом. До сих пор не вернули, — спокойно ответил мужчина.

— Какой долг? Кому и кто…

— Я не знаю. Но твоя прабабушка по отцовской линии просила помощи у какой-то ведьмы. Та попросила оплату делом. Это значит, что твоя прабабка обещала помочь ведьме, если та попросит.

— А… как… А моя бабушка?

— Скорее всего либо не смогла отдать и не сказала об этом твоим родственникам или не захотела помогать. Вот на третьем колене и аукнулось проклятьем, — тут Сан Саныч развел руками. — Ну, я так понял. Хотя переспрашивал не раз.

— И что теперь…

— Ничего. Я твой долг взялся исполнить, — ответил Мясоедов и задумчиво уставился на рюмку. — Я просьбу ведьмы исполню, а она с тебя это… «наследство» снимет.

— Это ты поэтому седой стал?

Сан Саныч молча кивнул на рюмку и вздохнул.

— Я когда к ней пришел, в доме пусто было. Уходить собирался, думал ушла куда-то и не заперла, дверь в избу открываю, а там… — мужчина взял рюмку, наполненную водкой, поднял взгляд на женщину и произнес: — Там серое небо, земля серая и деревья, словно горелые, стоят.

Опрокинув рюмку, он закинул несколько ложек в рот, а после продолжил рассказывать:

— Поворачиваюсь, а там черт, женщина в сером балахоне и старуха сидит. Глаза белые, словно катаракта. Улыбается…

Александр Александрович вздохнул, закинул еще супа и отложил ложку. Задумчиво уставившись в тарелку, он произнес:

— Поседел, когда та в сером балахоне меня по голове на прощанье погладила, — осторожно произнес ГБшник.

— Это была она? Кто она? — осторожно спросила Ольга Константиновна.

— Не важно. Важно, что на тебе больше долга нет. Значит, и дети будут, и… муж никуда не денется.

Ольга Константиновна растерянно хлопнула глазами, затем отвела взгляд в окно и спросила:

— Что… ты должен будешь сделать? Это какое-то конкретное дело?

Мясоедов грустно усмехнулся.

— Помнишь, как в сказках добрых молодцев делали? Героев, что и землю перевернут, если надо?

— Я… не очень любила сказки, — тихо отозвалась женщина. — Что-то там насчет тридцати трех лет на печи.

— Это богатыри. Тут… внучек ее должен огонь, воду и медные трубы пройти, — Сан Саныч понял взгляд на женщину. — И вести его через это мне.

— Это больше на бред похоже… Словно…

— Я тоже так думал, но с чертом чокался и со смертью ручкался. Наяву, как сейчас с тобой, — отозвался Мясоедов. — А потом во сне она ко мне захаживала. Напоминала.

— Зачем?.. Зачем ты сделал это и…

ГБшник кашлянул, покосился на букет, что лежал на столе, и поднял взгляд на женщину.

— Оль, выходи за меня, — произнес он спокойным голосом. — Я никуда не денусь. И дети у нас будут. На тебе долга нет. Я со всем разберусь.

— А если…

— Без если, — отозвался Сан Саныч. — Знаешь почему я до сих пор не женатый?

Мужчина хохотнул и спокойно продолжил:

— Романтик из меня всегда дерьмовый был.

— Прямой как палка, — буркнула Ольга Константиновна.

— Зато честный, — пожал плечами Мясоедов. — Как есть, так и говорю.

— Сема, а чего в субботу? — осторожно спросил Кирилл, поглядывая на общежитие, край здания которого торчал вдали. — Да еще и днем… Как-то…