Чтение онлайн

Мы еще задержались после пар в библиотеке с Настей, потому как, положа руку на сердце, могу сказать, что все, что касается решения задач, проходит через нее. Она объяснила мне кое-что, помогла решить три задачи, чем неимоверно облегчила мое существование и после этого мы пошли на остановку.

– А братец за тобой не приедет? – спросила она.

– Ты что? У нас, конечно, соглашение, но не настолько ведь все в шоколаде! Тем более он на работе.

– А жаль, погодка-то ни к черту…

Откуда-то набежали противные мартовские низкие тучи, стало пасмурно, дул пронизывающий ветер. Блин, вот тебе и весна. Настя села на свою маршрутку быстро, а я стояла на остановке, стуча зубами. Короче, домой я добралась синяя, как курочка с местной птицефабрики.

Мама зашла почти сразу же после меня.

– Привет, родная, как дела? – спросила она, чмокнув меня в щечку.

– Нормально, мам, – я рассказала вкратце, чем занималась в универе, и мы пошли готовить ужин. Вечер ничем особенным не отличался от обычных семейных вечеров. Я поменяла кошаку содержимое горшка, вскрыла для него пакетик 'Вискаса', помогла маме приготовить ужин и с тарелкой фаршированного перца ушла к себе сидеть перед компом.

Я слышала, как пришел братец. Раньше меня это мало интересовало, я б даже сказала, что это вызывало у меня негатив. А сегодня я как притаившийся кот, прислушивалась к звукам за дверью. Специально подгадала момент, когда он сядет ужинать и пошла наливать себе чаю. Самое интересное, я сама себе не могла объяснить, зачем я это делаю.

– Привет, – сказала я ему. Он чуть не поперхнулся. Выглядел он очень усталым, даже глаза были какими-то тусклыми.

– Привет.

Раздался звук открываемой двери и мама, до этого смотревшая на нас интересом, вышла в коридор встретить папу. Тот как раз в этом момент крикнул:

– Семья, я дома!

– Мы тоже! – крикнула я в ответ.

Я налила себе чаю и пошла к себе. Что-то было… как-то было погано на душе. Отчего же это? От того, что Черенок не продолжил наш диалог? Вот это да!!! Пребывая в шоке от самой себя, я уселась пить чай с конфетами, одновременно переписываясь с народом в сетях.

Пока я подготовилась к парам на завтра, периодически болтая то с мамой, то с папой, заглядывающими ко мне, приняла душ, переоделась в шорты с майкой, предварительно подперев стулом дверь, в квартире воцарилась тишина. Родители уже спали. Я пошла в туалет и услышала звук льющейся воды. На цыпочках заглянула в комнату Андрея. Его там не было. Хм-м-м-м, значит, принимаем душ! Отлично!

Первое, что я хотела сделать, это остаться в его комнате, дождаться его, но… Во-первых, он зайдет в полотенце на бедрах или в халате. Во-вторых, если я спрячусь, может, он вообще в трусах зайдет и спать тут же ляжет. И что мне делать? На цыпочках красться к себе? Нет… тут нужно что-то другое…

Я подошла к двери в ванную. На мое счастье, ну пока на мое счастье, двери в недавно купленной квартире мы еще не меняли. И, соответственно, дверь разбухшая от времени плотно не закрывалась, так что шпингалет тут не работал. Вода в ванной перестала шуметь, послышался звук отодвигаемой шторы. Я облизнула пересохшие губы, сделала глубокий вдох, уговаривая свои щеки не покраснеть. По плану мне нужно было медленно осмотреть его с ног до головы и сказать что-нибудь типа 'не одобряю'…

Я взялась за дверную ручку и распахнула дверь. Можно сказать вовремя, потому что Андрей как раз снимал полотенце с крючка, то есть предстал передо мной во всей красе. Я открыла рот, чтоб сказать обдуманную речь, но тут Бориса Николаевича понесло на кухню за водой, жажда одолела, блин…Мы с Андреем услышали скрип открывающейся двери из спальни родителей и вопрос отчима: 'Тебе воды или чаю принести?'. У меня было два варианта, ломануться к себе мимо открывшейся двери родителей, или уйти в туалет, или… да нет, была масса вариантов. Но я просто отупела, как всегда, когда голый Андрей стоит передо мной. В итоге пока я стояла и тормозила, возникла угроза того, что отчим застукаем меня в обществе Андрея с полотенцем на бедрах. Тот уже успел прикрыться. Не знаю, чем дело бы закончилось, но Андрей втянул меня ванную, закрыл резко дверь и по ходу дела вовремя, потому что спустя секунду Борис Николаевич спросил у двери:

– В ванной кто есть, или свет забыли выключить?

– Это я, пап! – сказал Черенок чуть охрипшим голосом. – Скоро выхожу.

– Хорошо-хорошо, – ответил папа, и послышались его шаги в сторону кухни. Андрей включил воду, чтоб создать шум и уставился на меня. Говорить даже шепотом было нежелательно. Нас явно услышат на кухне. Он молча покрутил пальцем у виска, я так понимаю, это означало, что я дура. Я не вытерпела и прошипела:

– Сам такой…

Он приложил палец к моим губам, заставляя меня замолчать. Черт… лучше бы он этого не делал. Не знаю, что на меня нашло и вообще… как, в принципе, это могло случиться… Но я… Я САМА ПОЦЕЛОВАЛА АНДРЕЯ… что называется, накрыло… Я ожидала, что меня вот-вот отпихнут и в очередной раз покрутят пальцем у виска. Вместо этого он прижал меня к стене, стал целовать до боли в губах и лезть под мою майку с медведем на груди. Труба с горячей водой обжигала левую лопатку, но я этого особо не замечала, это уже потом, у себя в комнате, я задалась вопросом чего так спине больно.

Не знаю, чем бы это дело кончилось, но когда Андрей поднял мои руки, чтобы стащить с меня майку, я нечаянно приподняла пластиковый таз, висевший на крючке над нашими головами. Тот с грохотом обрушился на голову сводного… даже язык не поворачивается… брата. Мы испуганно уставились друг на друга. Область вокруг рта болела от его щетины и губ. Раздались шаги родителей, я сиганула в ванную и закрыла шторку.

– Все хорошо, – сказал Андрей, открыв двери, потянуло холодом из коридора, – таз уронил, рукой зацепил, когда вытирался…

– Надо его перевесить, он мне тоже мешает, – пробурчал папа. Дверь снова закрылась, Андрей отодвинул штору, выключил воду и посмотрел на меня. В его паховой области нечто приподнимало полотенце. От этого зрелища я чуть снова не полезла целоваться. За дверью стало тихо. Значит, родители ушли к себе. Я вылезла из ванной, прошипела нечто похожее на 'извини, больше не повторится' и прошмыгнула к себе.

Я прыгнула в свою кровать и укрылась с головой. Меня слегка трясло, сначала я хотела смеяться, вспоминая таз, потом злилась, что он так не вовремя грохнулся… Черт, если бы не таз, мы бы… это просто…

Я села на край кровати и обхватила ладонями горящие щеки. Неожиданно пришло понимание того, что до туалета я так и не добралась. Ладно, дубль два… Выглянув из комнаты и убедившись, что в квартире тишина и покой, я прошла в туалет. Там, в своем пластиковом корытце сидел Мотя. Видок у него, конечно, был тот еще. Ноги растопырены, глаза тоже. Я села на унитаз. Думаю, выражение его морды и моего лица соответствовали друг другу. Только он таращился в стену от натуги, а я от изумления. Я чуть не занялась сексом с Андреем! Как так? Ведь… ведь он никогда меня не привлекал и… да это вообще уму непостижимо!

Кот начал грести содержимое горшка, аж летело во все стороны, а я все еще сидела и пялилась в стенку. А перед сном я подумала, что самое страшное во всей этой ситуации – дикое чувство неудовлетворения.

Вторник, да и среда прошли в обычном режиме. С Черенком мы совсем перестали воевать. И, думаю, дело тут было не столько в нашем договоре, сколько в том, что мы избегали друг друга. Вернее, я избегала его. Самое страшное, что меня распирало от дикого желания увидеть его, но в то же время было стыдно и непонятно что же это происходит. Поэтому, когда он приходил с работы, я мило здоровалась и уходила к себе. При этом, сидя в комнате, постоянно искала повод выйти и продефилировать мимо. И находила, но при этом мне казалось, что он сидит и видит меня насквозь, и считает полнейшей идиоткой. Сама полезла, сама сбежала, теперь снова, как кошка вокруг бегаю. После этого злилась и уходила к себе. А потом искала новый повод увидеть его…