Чтение онлайн

Но фоток не было.

И я понятия не имел, где ее искать.

– Мне срочно надо выпить!
– войдя в дом Левши, заявил я и прошел на кухню в поисках выпивки.

Одногруппники усадили меня за стол, налили виски, начали расспрашивать про ту драку с Чиполлино. Черт побери, она наделала столько шума, что все весь вечер только об этом и готовы были говорить.

– Одинцова, кстати, тоже тут, - вдруг сказал Левша, присаживаясь на соседний стул и подливая мне виски.
– Она на втором этаже. Учится играть в бильярд, - подмигивая, добавил друг.

– Князь, ты видел ее новые губки?
– спросил Леха, мой одногруппник.

– Что за губки?
– не понял я.

– Ну, она же губы себе накачала. Ты разве не в курсе? Кстати, ей очень идет.

– И волосы покрасила, - добавил Левша.
– Ее теперь вообще не узнать.

– И ходит без лифчика, - подхватил Димон, тоже мой одногруппник.

– Ну, окей. Пусть дальше ходит. Мне плевать, - ровно ответил я, кривя лицо от кислого лимона.

– Серьезно?
– вскинул брови Леха и потер ладони.
– То есть у тебя с ней совсем все?

Я кивнул.

 - И ты не будешь против, если я с ней замучу?
– вопросительно уставился на меня Леха.

– Валяй!
– посмеялся я, и выпил содержимое стакана.

Из гостиной раздался дикий смех вперемешку со свистом, и я, прихватив с собой виски, двинулся туда.

– Сни-май! Сни-май!
– кричали парни и девчонки, сидевшие на полу в кругу. Рядом с ними валялись пустые бутылки и карты.

Садясь на диван, я поставил на стеклянный журнальный столик стакан и перевел взгляд на девчонку, кажется, второкурсницу из нашего универа, и в следующую секунду моя челюсть едва не коснулась поверхности столика.

Перекинув через голову кофточку и оставшись в одном лифчике, второкурсница смущенно прикрыла симпатичную грудь и покраснела.

– Ай, молодца!
– входя в гостиную, широко улыбнулся Левша и сел на пол.
– Я тоже играю!

– Эй, ты или играешь, или выходишь из комнаты!
– обратилась ко мне незнакомка с короткими розовыми волосами и скрестила на груди руки.
– У нас тут такие правила!

– Окей, - я залпом выпил виски, с грохотом поставил на стол стакан и сел на пол.
– Играю!

После трех кругов в «Дурачка на раздевание» при мне осталась вся моя одежда. Левше пришлось снять рубашку, Танька Суворова из нашей группы, сняла резинку с волос и на втором круге рассталась с серьгами.

– На меня тоже раздайте!
– вдруг послышался голос с лестницы.

Я обернулся и увидел Одинцову.

Алина грациозно вышагивала к нашему кругу пьяных и полураздетых безумцев. На ней было белое обтягивающее платье из такой тонкой ткани, что можно было пересчитать ребра, и туфли на высокой шпильке.

Действительно, парни не соврали, ее внешность и впрямь претерпела ряд изменений. Очень хороших изменений. Губы сделаны аккуратно, как будто натуральные, и темные волосы ей очень даже шли.

А потом мой взгляд скользнул к ее груди, и… она и правда была без лифчика.

– Привет всем, кого еще не видела, - улыбнулась Алина, словно нарочно не замечая моего присутствия, и села в круг напротив меня.

«Если она проиграет два раза, то… останется в одних трусиках?» - почему-то подумал я, заметив, что на ее волосах не было резинки, которую она могла бы снять, а на теле - ни одного украшения. Все, чем она могла бы пожертвовать в случае проигрыша - капроновые колготки и платье. Туфли она почему-то сняла перед тем, как приступить к игре.

И это понимал не только я, но и все парни, сидевшие в кругу. Во время игры ее валили со всех сторон. Никому из игроков не подкидывали столько карт, сколько кидали Одинцовой.

Она продержалась два круга, но на третьем ее оставили без капронок. А на следующем - мне пришлось снять с себя футболку.

– Вау-у, Тимурка!
– Суворова пару раз сжала мышцы на моей руке.
– Какой ты у нас крепкий, оказывается.

Одинцова кашлянула и ужалила Суворову взглядом.

– А что, нельзя?
– нагло улыбнулась ей та.
– Вы же вроде как расстались, я правильно понимаю?

– А что, если нет?
– взгляд Одинцовой впервые за весь вечер переместился на меня. Она закусила губу и не глядя в свои карты кинула на пол бубнового туза.

– Черт, опять она отбилась!
– проворчал Леха.

На этот раз осталась второкурсница, которой предстояло расстаться с лифчиком.

Ну, или с трусиками.

– Ой, ребят… простите, конечно, но я не могу, - промурлыкала девчонка, глядя нас как бездомный котенок.

– Сни-май! Сни-май!
– закричал Левша, и народ тут же подхватил.

Комната взорвалась воплями, свистом, в потолок полетела пробка от шампанского.

Девчонка растерянно посмотрела по сторонам, затем дрожащей рукой потянулась к застежке лифчика.

– Стой!
– вдруг выкрикнула Одинцова.

 Все резко замолчали, возмущенно глядя на нее.

– Девочка смущается, что не видите? - всплеснула руками Алина и перевела взгляд на меня.
– Хотите, я разденусь вместо нее?

– Ого!
– воскликнул Леха.
– Вечер перестает быть томным! Раздевайся!

Про второкурсницу забыли в два счета. Теперь все внимание было только на Одинцову и ее виднеющуюся красивую грудь.

– Тим, а ты что скажешь?
– вдруг спросила Алина и откинула за плечо прядь темных волос.
– Хочешь, чтобы я разделась при всех?
– спросила она и добавила: - Или хочешь, чтобы я сделала это только для тебя?.. - бархатным голосом спросила она и снова закусила губу.
– Выбирай.

Что-то шевельнулось в груди. То ли алкоголь на меня так действовал, то ли желание забыться и послать все к чертям.

– Второе, - ответил я и поднялся на ноги.

 Под пристальные взгляды собравшихся, подошел к Алине и, взяв ее за руку, повел на второй этаж.

Тася

Если меня однажды спросят, помню ли я самый ужасный день в своей жизни, то я, не задумываясь, назову сегодняшнюю дату.

Боль, унижение и ужас охватили меня в той туалетной кабинке и не отпускали до самого дома. От жутких воспоминаний я прорыдала в такси всю дорогу.