Чтение онлайн

— Десять доходит, — отвечает бабушка.

— А Влад давно встал? — хмуро интересуюсь, садясь за стол.

— Да, часов в восемь утра, — пожимает плечами она, а сама на меня хитро поглядывает. — Как спалось?

— Нормально, — быстро прячу взгляд. Не хватало ещё, чтобы бабуля начала расспрашивать, где спал Влад.

— Заглянула к вам утречком, — как бы невзначай говорит бабушка. — Интересно, ты со всеми своими преподавателями из университета в обнимочку спишь?

Сердце ошалело бухает в груди.

— Это он ко мне подлёг! — протестую. — Знаешь, какой он изнеженный! Ему на полу жёстко, наверное, было! Вот он и перелёг на кровать! Я его не звала!

— Ох, Васька! Какая же ты упрямая! Ладно, — она ставит передо мной тарелку. — Ешь давай. Да побыстрее, а то воду отключат сейчас. Кстати, я что-то не заметила, что Влад неженка, — бабушка смотрит в окно. — Вон, пошёл крышу чинить. С утра хлопочет. У нас как раз крыша в дождь протекает… Молодец, конечно, хороший парень.

Зло выдыхаю. То «жених», то «парень хороший»! Да уж, просто замечательный!

В этот момент дверь распахивается, и на пороге появляется Влад.

— Доделал, Любовь Петровна, — улыбается, обращаясь к бабушке. — Теперь не должно течь.

Влад говорит ещё что-то, но я его с трудом слышу. Потому что залипаю, открыв рот, на обнажённом, прокаченном мужском торсе. Мышцы бугрятся под покрытой загаром золотистой кожей. В пробивающихся через окно лучах солнца блестят бисеринки пота. Влад проводит по ним рукой, стирая, а потом спрашивает:

— А можно руки помыть?

— Конечно, конечно! — бабуля показывает на раковину. — Вот, сюда, пожалуйста! Или, может, тебе, сынок, лучше сразу в душ?

— Да, можно и в душ, — усмехается Влад, при этом лукаво глядя на меня.

Облизываю пересохшие от странного волнения губы, и запоздало киваю. Мне кажется, или Влад забавляется над моим опешившим состоянием?

— Ой! — бабуля всплеснула руками. — А воды-то нет!

Влад хмурится и стирает со лба пот.

— Такая жара и без воды! — причитает бабушка. — Да что ж такое-то! Как раз молодёжь приехала, а они воду вздумали выключить!

Она недовольно осматривается, словно ищет, чем бы искупать Влада. А я бы и сама не отказалась от прохлады. Чего-то вдруг жарко стало!

— А вы знаете, что? — внезапно радостно спрашивает бабушка. — Вы идите на пруд! Погода-то тёплая! Последние летние деньки! Идите, ребятки, искупайтесь! Как раз и Влад грязь смоет!

— Я не пойду! — уверенно мотаю головой. — Я не грязная!

Уголки губ Влада приподнимаются так, будто он хочет оспорить моё утверждение.

— Иди хотя бы гостю покажи, где пруд-то! Вася! — бабуля округляет глаза. — Он же городской, точно заблудится!

Бабушка смотрит на Влада в ожидании поддержки.

— Точно заблужусь, — он тут же вторит ей.

Да они что, сговорились что ли?!

— Давай, Вась, а то у меня тут булочки в духовке — не уйти!

Не могу поверить! Просто слов нет! Влад и бабушка, объединившись, смотрят на меня и молчат.

— Ладно! — рявкаю в ответ. — Только я купаться не буду!

— Ну и ладно, — тут же сдаётся бабуля. — Просто покажи ему дорогу.

— Да, Вася, покажи мне дорогу.

Влад делает шаг ко мне и замирает, нагло разглядывая моё лицо.

Мне хочется велеть ему одеться, но… я так и не решаюсь это сказать. Пусть не думает, что его голый торс меня хоть как-то волнует!

Закатываю глаза и первой выхожу из дома.

Бабушка поспешно суёт Владу какие-то полотенца, а он её благодарит. Вот точно! Они спелись!

Молча выходим из калитки и поворачиваем за угол дома. Влад идёт рядом, и я спиной чувствую его внимательный взгляд.

— Что смотришь? — говорю не оборачиваясь.

— Ничего, — сухо отвечает он. — Просто вспоминаю, какая ты была утром. Когда я проснулся, ты меня обнимала, Мышка.

— Ничего подобного, — щёки краснеют. — Это ты меня обнимал. И я даже не удивлена. Не стоило и ждать, что ты сдержишь обещание и не будешь ко мне приставать.

— Приставать? — его пальцы ловят моё запястье. — Да я ещё и не начинал!

Влад

— Вот и не надо! — впивается в грудь, чертит по ней ноготочками. Они у неё не длинные, не яркие, а самые обычные. От этой естественности, которая вторит окружающей нас природе, меня почему-то пробивает на нежность. Хватаю её за руки, подношу к губам и целую чуть прохладные, дрожащие пальчики.

Вася удивлённо замирает. Кажется даже дышать перестаёт, но потом, всё же, руку вырывает. Напрягается и отступает.

— Не делай так, Шумовский! — смотрит, вроде бы, испуганно, но я замечаю, как заалели её пухлые губки — сочные и спелые, как те черешни, что я сорвал сегодня утром в саду её бабушки.

Знаю, что не должен к ней подкатывать. Ведь я сюда поехал вовсе не за этим! А чтобы убедить эту упрямую девчонку, что вовсе не так плох, но… после ночи адского стояка, с которым я не мог ничего сделать, мои желания пошли вразрез с планами. Да, что-то явно пошло не так. Впрочем, как и всегда рядом с Васей. С ней хвалёный самоконтроль катится к чертям!

— Ладно, — цежу сквозь зубы, но запястье отпускаю. — Показывай дорогу.

Мышка идёт спереди. И это приятно. Потому что я могу вдоволь налюбоваться на упругие половинки её кругленькой задницы. Пока она продолжает нравоучать меня, я пялюсь на шикарную попку и согласно поддакиваю тому, какой я отпетый, по её мнению, негодяй.

Минут через десять Вася понимает, что спорить я с ней не собираюсь, и оборачивается.

— Ты чего такой сговорчивый сегодня? — хмурит изящные брови.

— Ты меня вразумила, — усмехаюсь ей в лицо.

Вася недовольно надувает губы.

— Не верю я тебе, Шумовский. Ты что-то задумал? Признавайся?

Да она как ребёнок, ей богу!

— Ну, если и задумал, то зачем мне тебе говорить?

Вася отворачивается и теперь идёт молча.

Узкая тропинка петляет между деревьев, и мы спускаемся куда-то вниз. Да, я бы, и правда, дорогу не нашёл — тут столько путей. Чёрт голову сломит.

Наконец, деревья расступаются, и мы выходим на открытую местность.

Впереди виднеется довольно широкий пруд с цветущими вдоль берега кувшинками.