Мой темный опекун
Шрифт:
Наконец, когда звук стал нарастать, до меня дошло: я слышала его раньше.
– Это феи? – спросила я, успев уже запыхаться.
После дождя дорогу размыло, и ноги увязали в грязи, усложняя наш побег.
– Да, обращённые, – буркнул Марк. – И они не такие медленные, как те скелеты человеческие. Магические существа почти не теряют своей силы, просто меняется её суть.
Глава 15
Полина
Когда из тумана показались феи, я чуть не остановилась. Зрелище было завораживающим и в то же время отвратительным.
Переливающиеся всеми цветами радуги крылья порхали быстро-быстро – они и издавали этот странный гул. А вот небольшие по своему размеру существа даже издалека вызывали рвотный рефлекс. У кого-то не хватало ноги или руки. Похожие на человеческие лица превратились в страшные маски, как и у мертвецов под ними.
Вот только феи летели куда шустрее…
– Скорее, Полина.
Я пыталась бежать быстрее. Но мёртвые феи… Если в прошлый раз, когда я только попала на Тенгеру, тоже были они, нам просто чудом удалось не встретиться.
– Может, уже попробуешь открыть портал? – пробормотала я, перестав оглядываться. – Они слишком близко.
Марк ничего не ответил. Обернулся, выругался себе под нос и попробовал создать портал прямо на ходу.
Но ничего не получилось.
Крупная человеческая нежить уже была в метрах десяти от нас. А вот одна из самых шустрых зомбифей летела прямо на меня.
Марку пришлось отвлечься от портала, чтобы развеять её.
– Давай же! – прорычал тёмный, предприняв вторую попытку.
Наверняка он уже сотни раз пожалел, что так разговаривал с Гарадой. Если она всегда подобным образом выгоняет нежеланных гостей, то неудивительно, что её побаивались.
Со второй попытки у Марка получилось открыть портал. Но ещё одна фея бросилась на него.
– Марк, осторожно! – вскрикнула, испугавшись за него.
Он поймал её на лету, зажав хрупкое тельце в кулаке.
Переместились мы втроём.
Оказавшись в безопасности, я смогла выдохнуть.
Но увидев, как по запястью Марка стекает кровь, не смогла сдержать крика.
– Она укусила тебя… Господи, ты теперь…
Кто-то явно пересмотрел сериалов. То, что Марк превратится в живого мертвеца – первое, что пришло мне в голову.
– Теперь ты превратишься в нежить?
– Нет, – скривился Марк, отбрасывая от себя фею, и по мановению руки превратил её в горстку пепла. – А вот тебе бы не поздоровилось. Для тёмных это всё равно что укус комара. Но для светлых… Укус ядовит. А лечение болезненное… Тебя не тронули, точно?
Марк шагнул ко мне и собирался осмотреть. На лице читалось неподдельное беспокойство. Но на полпути он остановился и опустил руки.
Измождённые, словно пробежали настоящий марафон или пережили спартанские бои, мы побрели к Аутхейму.
– Ладно, с этой зацепкой ничего не вышло, – к разговору Марк вернулся только в экипаже. – Завтра посетим банк. Интересно, что отец оставил Пенелопе…
– Мне кажется, мы что-то упустили. Гарада не захотела говорить не потому, что не знала, а будто сбежала от неприятного разговора.
– Согласен, но во мне нет столько кровожадности, чтобы пытать старушку.
– И этот кот… Думаешь, совпадение?
– Не знаю. Но даже на Тенгере говорящие животные редкость. Такими свойствами обладают особые животные, у которых возникает связь с магом. Чаще всего, со стихийниками.
– Может, у Челси возникла такая связь с Пенелопой?
– Нет, кот у Гарады непростой с рождения, редкая порода.
Я не могла отделаться от мысли, что ведьма не просто так взбеленилась. Было что-то с ней не так. С её домом. Но я не могла понять что, и от этого донести Марку суть своего беспокойства не получалось. Мне не верилось в то, что она ничего не знает о Пенелопе.
– Гарада сказала, что ты не помог ей. Пенелопе, – вспомнила я. – Это правда?
Марк шумно выдохнул и отвёл взгляд. Узор на обивке сиденья его очень сильно заинтересовал.
– Так это правда.
Обида неожиданно больно кольнула в районе груди.
– Почему ты не рассказал мне об этом?
– Нечего рассказывать, – буркнул опекун. – Она приходила ко мне. Примерно за месяц до исчезновения. Но я не выслушал её.
– Тебе было совсем не интересно? Настолько всё равно? – поразилась я. Марк не казался равнодушной скотиной. У него порой завышенное самомнение, и тон граничит с хамским. Но в целом он был хорошим, я это чувствовала.
– Не в этом дело, – Марк снова попытался отмахнуться от меня и отвернулся к окну.
– В чём тогда?
От меня не ускользнуло, как он напрягся и снова выпустил свои колючки.
– Ладно, не отвечай, твоё дело.
Мой голос прозвучал равнодушно. Но на самом деле я слишком остро восприняла очередную тайну Марка. Которая больше походила на ложь. Его что-то связывало с Пенелопой. Он не ответил, за что её так ненавидит, промолчал и сейчас.
Мне не было интересно, что они там не поделили. Меня задевало недоверие Марка. Потому что я ему доверяла.
Как наивная дура.
Продолжать беседу отпало всякое желание.
Марк провёл меня до общежития. Хотел остановиться и уже пойти к себе. Я даже успела преодолеть первые ступеньки лестницы. Но он передумал в последний момент.
– Мало ли кого ты повстречаешь по пути, – пояснил опекун. – И куда тебя это занесёт. Снова. Проведу до дверей спальни.
Возвращались мы поздно, и, к нашей удаче, никого по пути не встретили.
Марк зашёл в гостиную и осмотрелся. Судя по его виду, он тут впервые.
– Эта? – указал он на дверь в комнату Синди.
Марк не стал спрашивать вслух, в которой из комнат жила Пенелопа, но я его сразу поняла. Открыла дверь, а сама отстранилась, позволяя войти.
– Эта.
Марк не захотел входить, лишь прошёлся быстрым взглядом по обстановке. Но ничего интересного не нашлось.
– А где шкатулка с украшениями? – вдруг спросил он. Повернулся ко мне, но, видимо, заметив моё непонимание, вошёл в комнату и сам открыл шкаф. Шкатулка стояла рядом с полусапожками и ещё одной парой туфель. Я заглядывала в неё в самом начале. Но, кроме жемчужного браслета и серёжек к нему, слишком вычурных и крупных для повседневной носки в академии, не нашла ничего. – Только сейчас понял, на тебе всё те же украшения, надетые дома. Где остальное?