Привередливые кони! Для меня они всегда ведь хороши!В порыве чувств, полёте мыслей – это необузданностьДуши.Ими невозможно править плетью и просто так их непоймать,Им назначенье только Божье – скакать, парить, ещёлетать!..В. Жердев
Краткий комментарий поэта к произведению, в котором звучит покаяние и неуёмная жажда борьбы, неистовое желание творить и петь, надрывая струны души, и каяться ещё раз… Сам Высоцкий говорил: «Многие мои друзья считают, что эта песня абстрактная, но я вкладывал в неё вполне конкретное содержание и знал, про что пою. Это песня беспокойства о нашей причастности, ответственности в общем за всё, что происходит в этом мире».
Парус
А у дельфинаВзрезано брюхо винтом!Выстрела в спинуНе ожидает никто.На батарееНету снарядов уже.Надо быстрееНа вираже!Парус! Порвали парус!Каюсь! Каюсь! Каюсь!Даже в дозореМожешь не встретить врага.Это не горе —Если болит нога.Петли дверныеМногим скрипят, многим поют:Кто вы такие?Здесь вас не ждут!Парус! Порвали парус!Каюсь! Каюсь! Каюсь!Многие лета —Тем, кто поет во сне!Все части светаМогут лежать на дне,Все континентыМогут гореть в огне, —Только все это —Не по мне!Парус! Порвали парус!Каюсь! Каюсь! Каюсь!В.Высоцкий
Поистине пророческий смысл, заключённый в следующем произведении, показывает нам, насколько тонко и одновременно сложно устроена Душа поэта – пророка. Дано ли обычному человеку понять, что чувствует тот, кому приходит магический, пророческий образ того, что будет с ним после смерти? Владимир Высоцкий описал этот образ в своём произведении «Памятник», наполнив его глубочайшим смыслом жизни, реалистичными красками, яркими эмоциями и искренней надеждой на то, что он будет услышан и понят даже тогда, когда его физически не станет.
Памятник
Я при жизни был рослым и стройным,Не боялся ни слова, ни пулиИ в привычные рамки не лез, —Но с тех пор, как считаюсь покойным,Охромили меня и согнули,К пьедесталу прибив «Ахиллес».Не стряхнуть мне гранитного мясаИ не вытащить из постаментаАхиллесову эту пяту,И железные ребра каркасаМёртво схвачены слоем цемента, —Только судороги по хребту.Я хвалился косою саженью —Нате смерьте! —Я не знал, что подвергнусь суженьюПосле смерти, —Но в обычные рамки я всажен —На спор вбили,А косую неровную сажень —Распрямили.И с меня, когда взял я да умер,Живо маску посмертную снялиРасторопные члены семьи,И не знаю, кто их надоумил, —Только с гипса вчистую стесалиАзиатские скулы мои.Мне такое не мнилось, не снилось,И считал я, что мне не грозилоОказаться всех мертвых мертвей, —Но поверхность на слепке лоснилась,И могильною скукой сквозилоИз беззубой улыбки моей.Я при жизни не клал тем, кто хищный,В пасти палец,Подходившие с меркой обычной —Опасались,Но по снятии маски посмертной —Тут же в ванной —Гробовщик подошёл ко мне с меркойДеревянной…А потом, по прошествии года, —Как венец моего исправленья —Крепко сбитый литой монументПри огромном скопленье народаОткрывали под бодрое пенье, —Под моё – с намагниченных лент.Тишина надо мной раскололась —Из динамиков хлынули звуки,С крыш ударил направленный свет, —Мой отчаяньем сорванный голосСовременные средства наукиПревратили в приятный фальцет.Я немел, в покрывало упрятан, —Все там будем! —Я орал в то же время кастратомВ уши людям.Саван сдёрнули – как я обужен, —Нате смерьте! —Неужели такой я вам нуженПосле смерти?!Командора шаги злы и гулки.Я решил: как во времени оном —Не пройтись ли, по плитам звеня? —И шарахнулись толпы в проулки,Когда вырвал я ногу со стономИ осыпались камни с меня.Накренился я – гол, безобразен, —Но и падая – вылез из кожи,Дотянулся железной клюкой, —И, когда уже грохнулся наземь,Из разодранных рупоров всё жеПрохрипел я: «Похоже – живой!»И паденье меня и согнуло,И сломало,Но торчат мои острые скулыИз металла!Не сумел я, как было угодно —Шито-крыто.Я, напротив, – ушёл всенародноИз гранита.В.Высоцкий
* * *
Оплавляются свечиНа старинный паркет,И стекает на плечиСеребро с эполет.Как в агонии бродитЗолотое вино…Всё былое уходит, —Что придёт – всё равно.И, в предсмертном томленьеОзираясь назад,Убегают олени,Нарываясь на залп.Кто-то дуло наводитНа невинную грудь…Всё былое уходит, —Пусть придёт что-нибудь.Кто-то злой и умелый,Веселясь, наугадМечет острые стрелыВ воспалённый закат.Слышно в буре мелодийПовторение нот…Пусть былое уходит, —Пусть придёт, что придёт.В.Высоцкий
В одном из «самиздатовских» сборников, в том самом, что был напечатан вручную на печатной машинке, я нашёл произведение без подписи и без названия, но которое поразительным образом передаёт именно ощущение от утраты Высоцкого, когда автор попытался так же, как Владимир Семёнович, написать от лица другого человека, попытавшись впитать чувства и эмоции поэта:
Спасибо, друг, что посетилПоследний мой приют.Постой один среди могил,Почувствуй бег минут.Ты помнишь, как я петь любил,Как распирало грудь.Теперь ни голоса, ни сил,Чтоб губы разомкнуть.И воскресают, словно сон,Былые времена,И в хриплый мой магнитофонВлюбляется струна.Я пел и грезил, и творил,Я многое сумел.Какую женщину любил!Каких друзей имел!Прощай, Таганка и кино,Прощай, зелёный мир.В могиле страшно и темно,Вода течёт из дыр.Спасибо, друг, что посетилПриют последний мой,Мы все здесь узники могил,А ты один… живой.В.Высоцкий
О фатальных датах и цифрах
Моим друзьям – поэтамКто кончил жизнь трагически, тот – истинный поэт,А если в точный срок, так – в полной мере:На цифре 26 один шагнул под пистолет,Другой же – в петлю слазил в «Англетере».А 33 Христу – он был поэт, он говорил: «Да не убий!»Убьёшь – везде найду, мол.Но – гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,Чтоб не писал и чтобы меньше думал.С меня при цифре 37 в момент слетает хмель, —Вот и сейчас – как холодом подуло:Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэльИ Маяковский лёг виском на дуло.Задержимся на цифре 37! Коварен бог —Ребром вопрос поставил: или – или!На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо, —А нынешние – как-то проскочили.Дуэль не состоялась или – перенесена,А в 33 распяли, но – не сильно,А в 37 – не кровь, да что там кровь! – и сединаИспачкала виски не так обильно.«Слабо стреляться?! В пятки, мол, давно ушла душа!»Терпенье, психопаты и кликуши!Поэты ходят пятками по лезвию ножа —И режут в кровь свои босые души!На слово «длинношеее» в конце пришлось три «е», —Укоротить поэта! – вывод ясен, —И нож в него! – но счастлив он висеть на острие,Зарезанный за то, что был опасен!Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр, —Томитесь, как наложницы в гареме!Срок жизни увеличился – и, может быть, концыПоэтов отодвинулись на время!Да, правда, шея длинная – приманка для петли,И грудь – мишень для стрел, но не спешите:Ушедшие не датами бессмертье обрели,Так что живых не очень торопите.В.Высоцкий
Своими произведениями Высоцкий, как и великий Шекспир, в уникальной форме рифмованной мысли дал нам направления по пути личного самосовершенстования. Он на личном примере учил, как нужно дружить и бороться за Правду, верить в победу Света над невежеством и тьмой, при этом даже в борьбе оставаться совершенно искренним и добрым. Но, пожалуй, самое главное, Владимир Высоцкий показал, как необходимо любить всё, что окружает нас, и как отдавать эту любовь без остатка в каждом своём произведении, в каждом взгляде, в каждой улыбке, в каждом ударе своего сердца.
Учителя человечества и восточные мудрецы говорят, что ничего случайного у Всевышнего не бывает, Он забирает к себе человека в момент его наилучшего духовного состояния и наибольшей готовности к спасению в Вечности.
Коль ты, мой друг, тот день переживёшь,Когда меня настигнет Смерть до срока,И вдруг случайно снова перечтёшьСтихов моих бесхитростные строки, —С чужими их, позднейшими, сравни:Пусть в новых больше славного искусства,Мои творенья в сердце сохраниНе ради совершенства – ради чувства.И посвяти одну лишь думу мне:«Когда бы мог расти он с веком вместе,И он бы создал с ними наравнеДостойное стоять на первом месте.Почил в могиле он, и превзошли его.Но чту я в нём любовь, а в них лишь —мастерство».У. Шекспир
Послесловие
Удивительные слова сказала мама Владимира Высоцкого, Нина Максимовна: «…Всё определилось после его смерти…». Но в жизни поэтов с пророческим видением только так и бывает. Посыпались правительственные и государственные премии, признание властью и всем «окружением», объяснения в любви, хотя в этом он не нуждался и при жизни, потому что обладал настоящим, высшим богатством – любовью народа, ради которого он творил. Пройдёт ещё немного времени, и творчество Владимира Высоцкого будет изучаться в образовательных программах не только России но и всего мира наряду с давно признанными классиками русской словесности.