Чтение онлайн

Тот тоже какое-то время молчал, задумчиво глядя на реку. Затем сунул руку в карман плаща и неожиданно достал оттуда большую буханку хлеба. Разломил ее на две части и половину протянул Максу, словно приглашая вместе покормить уток.

Макс с сомнением посмотрел на протянутую руку и не двинулся с места. Тогда мужчина вздохнул и, отломив кусок от своей половины, щедрым жестом запустил в реку. Утки с радостным кряканьем бросились к угощенью, нетерпеливо расталкивая друг друга крыльями.

– Вот так и в жизни, верно ведь, Макс? – глубокомысленно произнес мужчина. – Почти все стремятся к одному, согласно сложившимся представлениям о том, как нужно жить и чем измеряется успех. Но он ведь не может быть для всех одинаковым, иначе какой во всем этом смысл?..

Макс молчал, и незнакомец бросил на него быстрый взгляд, после чего с легким сожалением спросил:

– Как твое плечо?

Максу хотелось ответить что-нибудь грубое или вовсе не отвечать – но, к сожалению или к счастью, он был не так воспитан, и поэтому коротко буркнул:

– Нормально.

Незнакомец кивнул, будто удовлетворившись этим ответом, и продолжил свою занимательную беседу не то с Максом, не то с самим собой.

– Вообще, что есть успех?.. Мнимые достижения, за которые тебя похвалят и дадут медальку в виде прибавки к жалованью? Или уменье с точностью до шага скопировать чужой путь? Чтобы, опять же, заслужить этим чье-то одобрение и похвалу. Или все же создать нечто новое, настоящее? А, Макс? Так что для тебя успех?

С этими словами он развернулся к собеседнику и устремил на него цепкий сверлящий взгляд. Утки внизу выжидательно замерли и перестали махать крыльями.

Макс хотел, как и раньше, отмолчаться, но мужчина настойчиво ждал ответа, и он мрачно пожал незагипсованным плечом:

– Не знаю. Я не успешен. Ни в чем.

– Вот! – незнакомец назидательно поднял вверх указательный палец. – Это еще одна ошибка многих. Они считают себя никчемными, не видят свои таланты. Обесценивают их только потому, что кто-то сказал им, что это не таланты, а так, ерунда. И этим они зарывают в землю самое бесценное, что им когда-то было дано.

Сказав это, он как будто разозлился, в сердцах отломил от булки внушительный ломоть и с размахом бросил его в воду, словно собирался не накормить им кого-то, а скорее убить. Впрочем, уток это нисколько не смутило, они тут же набросились на лакомство и принялись делить его с удвоенным энтузиазмом.

Теперь Макс молчал не из-за замкнутости, а потому что действительно не знал, что на это ответить. Он никогда не был силен в философствовании, в том окружении, где он рос и воспитывался, все было предельно просто и однозначно. Были определенные принятые стандарты и требования, те, кто им соответствовали – считались успешными и перспективными, про остальных за глаза, а иногда и прямо в открытую, говорили «он не тянет». Макс никогда не тянул.

– А ведь, если подумать, – обстоятельно продолжал незнакомец. – Любой подлинный успех есть следствие реализации заложенных в нас способностей. Такой успех никак не повторить и не сымитировать. Будь то способности к спасению жизней, или передаче определенного заряда, или выравниванию искажений в чужой энергетике. И невозможно определить, что из этого является более важным, ведь зачастую одно не может существовать без другого…

Говоря все это, он продолжал сверлить Макса глазами, будто пытаясь отследить, насколько его слова достигают цели. Какое-то время тот честно пытался переварить услышанное, потом тряхнул головой и непонимающе спросил:

– Что вы от меня хотите?

– Вот, мы и подобрались к сути, – с облегчением произнес собеседник, как будто радуясь, что предисловия наконец-то можно закончить. Он повторно протянул Максу половину булки, сопроводив этот жест настойчивым:

– Бери.

Макс почему-то послушался и стал методично крошить булку в воду, отчего утиная стая тут же проворно метнулась в его сторону. Незнакомец одобрительно усмехнулся и продолжил:

– Дело в том, что у тебя есть очень важная способность, которая многим может помочь. Ты о ней наверняка знаешь и даже иногда используешь – но, к сожалению, сейчас почти всегда вхолостую.

Макс слушал, затаив дыхание.

– Между тем, стране очень нужны такие люди, как ты, Макс. На сегодняшний день вас очень мало, – он болезненно поморщился. – Если не сказать, единицы. А в Москве – так и вовсе только ты. Вот потому я и обращаюсь к тебе с просьбой о помощи.

Он снова повернулся и теперь испепелял Макса пронзительным оценивающим взглядом из-под шляпы. Макс подумал, что, пожалуй, на просьбу о помощи это похоже меньше всего, а вслух недоверчиво сказал:

– Но я ничего не умею, я простой водитель. Вы же сами знаете… Каким образом я могу помочь стране?

– Вот и отлично! – почему-то несказанно обрадовался собеседник. – Тебе и не надо больше ничего уметь. По сути, ничего не изменится. Ты и дальше будешь водителем, будешь продолжать делать все то, что делал на «Скорой»… – на этом месте он заговорщически подмигнул. – Только теперь все то же самое нужно будет делать не для всех подряд, а только для одного человека.

– Для какого?.. – Макс ощутил внезапную слабость в ногах.

– Для важного, Макс, – взгляд собеседника из лукавого вмиг сделался крайне серьезным. – Для очень важного. Если все получится, он выведет нашу страну на новый уровень. И в нашей с тобой зоне ответственности сделать так, чтобы все получилось.

– Я не смогу… – пробормотал Макс, чувствуя, как голос предательски подводит. – Я никогда ничего такого не делал. Честно, вам лучше выбрать кого-то другого. Я не гожусь для этой миссии. Я даже не могу съехать от матери. Ни одно дело в своей жизни не довожу до конца. У меня просто не хватит сил.

– Не волнуйся, – Макс почувствовал, как на его плечо легла и успокаивающе похлопала неожиданно тяжелая рука. – Ты будешь не один. У тебя будет помощница, – собеседник многообещающе ухмыльнулся. – Уж у нее-то точно хватит на все сил.

– Какой-то он хлипкий совсем. Думаешь, потянет? – долговязый мужчина с глазами альбиноса с сомнением взглянул на своего низкорослого спутника.

– Еще как потянет, – тот усмехнулся и, бросив в воду остатки булки, отряхнул руки от хлебных крошек. – Он для нас настоящее сокровище, и он как раз сейчас входит в силу. Просто ему об этом еще никто не говорил.

–Ну-ну, – альбинос усмехнулся и сунул руки в карманы, будто желая защититься от подувшего с реки морозного ветра. – Смотри, как бы не запартачил нам все дело.

– Не бойся, не запартачит, – в тон ему отозвался собеседник. – Смотри, как бы Лиза твоя не запартачила. Она ведь еще даже не согласилась, насколько мне известно?..

– И ты, и я знаем, что согласится, – альбинос беспечно пожал плечами. – Причем совсем скоро. Буквально со дня на день.

– Конечно, – хохотнул мужчина в шляпе. – Что ты там за чушь ей наобещал? Про небывалый успех и головокружительную карьеру в стриптизе? Не стыдно было врать хоть? Вот что ты за человек, Давид…

– Во-первых, не чушь, – резко перебил альбинос. – Это называется «мотивация», и она для каждого своя. Если твоего можно вдохновить спасением мира, то с моей только так. А во-вторых, кто сказал, что это неправда? Ведь в конечном счете, все зависит от них…