Мой верный
Шрифт:
– Сестры помогли мне успокоиться. Ну, а мама уберегла от «роковой ошибки» накачав «Афобазолом», и я весь банкет глушила его, запивая шампанским. Я даже не помню нашу брачную ночь…
Она смотрела на меня широко открытыми блестящими от подступающих слез глазами.
– Я не хотела рожать от него. Мы предохранялись. Но… вышло как во второсортных сериалах… Бах и две полоски. Я полчаса прорыдала над полосатым тестом в ванной, – Катя закусила дрожащую губу.
– Ты ведь мечтала об этом, – бесцветным голосом напомнил я ей.
– Ты знаешь, о чем я мечтала… – последовала загробная пауза. – Я очень люблю Владика. Он – мой смысл просыпаться по утрам. Но он должен был быть от тебя, Артем… – закончила она надломленным шепотом.
Я не нашел, что на это ответить. Что говорить, если говорить нечего. Сердце качало кровь с большим трудом. Казалось, моя башка вот-вот лопнет от передоза информации.
– Я гораздо позже осознала… Сама ведь все испортила… – трагический смешок. – Клевала тебя, потому что мать постоянно меня накручивала. Пачки тестов. Замеры базальной температуры. В определенных позах… Мы недолго и пытались… Три года. Совсем ведь небольшой срок… А твой диагноз… Да ты и не обследовался толком, Артем… – на ее лице отразилось отчаяние.
Я взволнованно обдумывал услышанное, хотя внешне старался выглядеть бесстрастным. Катя смотрела на меня во все глаза, прямо как в тот день, когда, вернувшись с работы, она встретила меня с сумкой в дверях нашей квартиры.
– Ты хочешь еще детей? – внезапно спросил я.
– Нет, – ответила она твердо. – Долгое время мне ошибочно казалось, что в нормальной семье обязательно должны быть дети. Наверное, повлияло то, что я сама из многодетной.
– Но после рождения Владика у нас с Костей окончательно все разладилось. Любовь к моему сыну так и не сделала меня счастливой. По-женски, – на миг Катя зажмурилась, не решаясь посмотреть мне в глаза.
Я пытался вздохнуть, не зная куда деть ком в глотке, который с каждой секундой лишь увеличивался, перекрывая мне доступ к кислороду.
– Я так и не смогла забыть тебя, Артем. Если бы можно было повернуть время вспять… – нервно рассмеявшись, моя первая любовь дрожащей рукой потянулась к недопитому бокалу кьянти.
Залпом осушив его, Катерина вытащила из сумки телефон, обескураженно покачав головой.
– Подготовка к школе закончились пятнадцать минут назад… Мне пора идти! – она подскочила, продолжая избегать моего взгляда.
– Где именно проходят занятия? – поинтересовался я, делая знак официантке.
– В соседнем здании образовательный центр. Мы только с этого месяца туда пошли. Не против, если я иногда буду ждать Владика в твоем ресторане? Занятия два раза в неделю… – она слегка покачнулась, хватаясь за спинку стула.
– Кать, давай я сам вас отвезу? Все равно у меня больше нет дел…
– Но… ты же тоже выпивал? – Катерина оторопело свела бровки.
– Для меня это вино как компот, – ухмыльнулся я, доставая кредитку. – Ну, так что? – повторил свое предложение.
– Я не против…
Глава 14
POV Александра
– Саш, ты, где витаешь? – обратилась ко мне Лёля, когда мы вышли из корпуса.
Если в аду можно витать…
Я не позволила замешательству отразиться на моем лице, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость.
Сегодня утром я все-таки сделала тест.
Вернее, три теста, и все они показывали одно – мою беременность. Да я и так уже догадывалась, однако, увидев подтверждение, все равно испытала целую бурю эмоций…
Впервые я осознала, что любить можно уже только потому, что эта крошечная частичка является неотъемлемой частью тебя.
А еще у меня внутри будто что-то щелкнуло, я посмотрела на сложившуюся ситуацию со стороны – забеременела от мужчины, которому изначально от меня ничего не нужно было кроме очевидного.
Я ведь всерьез надеялась, что у нас с Апостоловым может что-то получиться… Но в итоге стала кроликом, с которым удав, позабавившись, безжалостно разделался и глазом не моргнув.
«Красивое платье. Было. Жаль, теперь оно несколько поюзано…»
Я приобрела жизненный опыт, давшийся мне, увы, ценой невыносимой душевной боли.
Теперь я была поглощена лишь мыслями о том, как мне в одиночку поднимать своего ребенка. Надо полагать, от такого папочки-мудака помощи ждать нет смысла…
Вернее, все, что может сделать Артем – это откупиться. И то, если еще признает свое отцовство… Кто знает, что там в его беспутней голове? Он ведь считает, я принимала таблетки…
Как бы там ни было, мне не хотелось находиться в полной зависимости от этого мужчины. Но как выжить одной с младенцем на руках? Хороший вопрос, на который я пока не нашла ответ.
– Что скажешь? – дернула меня за запястье Оля, хитро прищурившись.
– М? – переспросила я: разумеется, нить нашей беседы давно была мною утеряна…
– Ты бы предпочла сражаться с одной уткой, размером с лошадь, или со ста лошадьми, которые размером с утку?
Я повернула голову, искренне недоумевая. Ольга захихикала.
– Прием-прием! Саш, вернись уже на нашу бренную землю! – подначивала меня подруга.
– Прости… Я задумалась. Так причем тут утки и лошади?
– Ох, Сахарова, я тут тебе уже несколько минут распинаюсь, а ты даже не попыталась сделать вид, что слушаешь! – Лёля обиженно поджала губу.
– Прости Оль… Так что за глупый вопрос?
Препираясь, мы вышли к парковке перед корпусом, направляясь в сторону метро.
– Этот вопрос мне задали во время собеседования на соискание должности администратора спортивного клуба, и я не смогла ответить. А ведь все так хорошо начиналось… – она вздохнула. – Ты бы выбрала одну утку или сто лошадей?
Я закатила глаза.
– Оль, отстань, а?
– Так как? – однокурсница определенно не собиралась сдаваться.
– Я бы спросила: что они там употребляют, раз задают такие вопросы? Бред какой-то!
– Вот именно, бред! Но из-за этого вопроса меня не взяли… А моя конкурентка на полном серьезе начала рассуждать как бы она разделалась с этими утками, и, представляешь, ее приняли! Начальник отдела кадров заявил, что «ей удалось посмотреть на проблему глобально», – обиженно закончила Лёля.