Чтение онлайн

Я качаю головой.

— Я просто…

— Я знаю, — она кивает, хмурое выражение омрачает её лицо. — Ты хочешь побыть одна, — от того, как она произносит эти слова, у меня сводит живот. Моё горе затрагивает не только меня, но и мою семью. Конечно, они дают мне личное пространство, но также по очереди проверяют меня каждый день. Даже мои тёти и дяди начали присоединяться к этому дежурству.

Мама сжимает мою руку и уходит. Я беру листок с кровати, вновь сажусь на балконе и смотрю на него. Моя мама права. Только я могу понять, что мне необходимо двигаться вперёд, а сидеть здесь, в этой комнате, изо дня в день, пытаясь написать письмо, которое не могу написать, не помогает. О чём это говорит?

Определение безумия — это делать одно и то же снова и снова, но ожидать новых результатов.

Мне нужно попробовать что-то новое. Я не могу продолжать так жить. Это разбивает сердца моих родителей.

Но куда бы мне поехать? О Кабо не может быть и речи. Мне нужно поехать туда, где я не была с Йеном. Туда, где смогу сосредоточиться на исцелении себя и движении вперёд. Может быть, даже смогу составить новый план. У меня сводит живот. Единственный план, который я хочу выполнить, — это тот, в который входит Йен. Только этого плана уже никогда не будет.

Куда я могу поехать?

И тут меня осенила идея. Я знаю такое место.

Уложив свои вещи в маленький чемодан, беру новый лист бумаги и пишу записку родителям, чтобы сообщить им, что мне пришлось уехать. Мне нужно побыть одной, чтобы начать двигаться дальше. Я даю им понять, чтобы они не волновались, но не говорю пункта моего назначения. Если я это сделаю, то они обязательно пришлют кого-нибудь проведать меня, а прямо сейчас мне просто нужно немного времени, чтобы прийти в себя. Чтобы найти способ двигаться дальше.

Поскольку моя машина относительно новая — её подарили мне родители несколько лет назад на моё шестнадцатилетние, — я решаю прокатиться. До нашего пляжного домика в Венисе, Калифорния, четыре часа езды, но это пойдёт мне на пользу. Лучше всего думается в машине, с опущенными стёклами и громыхающей музыкой. Я останавливаюсь один раз выпить кофе и ещё раз в продуктовом магазине, чтобы купить кое-какие продукты, так как там определённо ничего не будет.

Мои родители купили этот пляжный домик много лет назад, так как они часто ездят в Лос-Анджелес на соревнования UFC2, а также навестить моих тётю и дядю. Оба моих родителя — бывшие бойцы UFC и владеют тренировочной базой UFC, которую они унаследовали от моего дедушки, под названием Бойцовский клуб Купера. Поскольку мы редко сюда приезжали, я никогда не была здесь с Йеном.

Я добираюсь ближе к девяти часам вечера. Это первый раз, когда я была здесь одна, но это спокойный район, у воды, и здесь есть сигнализация, так что я была уверена, что я в безопасности. Я паркуюсь на подъездной дорожке и собираю свои вещи. Когда же я иду к входной двери со своим багажом в одной руке и пакетами с продуктами в другой, у меня начинает звонить мобильный телефон. Я уверена, что это мои родители. Вероятно, сейчас они прочли оставленную мной записку и гадают, где я. Балансируя сумками и багажом, вставляю ключ в дверь и открываю её. Ногой распахиваю дверь, готовясь отключить сигнализацию. Только она почему-то не срабатывает.

Хм-м-м… Это странно.

Я захожу в дом и замечаю, что горит свет. Моё сердце начинает неровно биться в груди. Здесь кто-то был? Я не слышала, чтобы мои родители упоминали о том, что собирались сдавать этот домик в аренду. Но опять же, я могла на самом деле просто пропустить эту информацию мимо ушей. Я уже собираюсь выйти на улицу и позвонить родителям, когда замечаю рядом массивную тень. Я отступаю назад, уже готовясь к бегству, когда отмечаю, что фигура тени становится больше. Появляется огромный мускулистый мужчина, и, не раздумывая, я издаю отвратительный вопль. Мои сумки выпадают у меня из рук, а багаж с грохотом оказывается на полу. Я разворачиваюсь, чтобы убежать, но дверь закрывается сама по себе, и я налетаю прямо на неё, ударяясь лбом о твёрдое дерево.

Мой мозг затуманен, а перед глазами начинают плясать звёздочки. Я слегка отшатываюсь назад, в голове пульсирует боль. Сильная рука сжимает моё запястье, и тогда я вспоминаю… здесь кто-то есть.

— Отпусти меня! — кричу я, отдёргивая руку и снова готовясь бежать.

— Эй, успокойся, — произносит мужской голос.

Решив, что лучше знать, как выглядит лицо нападавшего, я разворачиваюсь, только чтобы столкнуться лицом к лицу с Райаном Крузом.

— Райан? Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, сбитая с толку, от вопроса почему он был здесь, в пляжном домике моей семьи. Последнее, что я слышала о нём, это то, что он был военным и служил где-то за границей.

— Я в отпуске, — отвечает он, его голос звучал так же сильно, как и его хватка, которой он всё ещё продолжает сжимать моё запястье.

— Здесь? — когда я вырываю запястье, на этот раз успешно высвобождаясь из его хватки, пользуюсь моментом, чтобы разглядеть его как следует. Он на добрый фут3 выше меня, которая я ростом в пять футов два дюйма4, одет только в камуфляжные спортивные штаны, которые низко сидят на бёдрах. Без рубашки всё его тело оказывается выставленным напоказ. От его крепких грудных мышц, покрытых различными татуировками, до точёного пресса, вплоть до чётко очерченной буквы V, которая исчезает в передней части брюк, этот мужчина просто кричит о сексе и…

О чём, чёрт возьми, я думаю?

Я не должна была думать о нём в таком плане. Во-первых, он друг моей семьи, а во-вторых, Йен…Моё сердце сжимается в грудной клетке. Он мёртв, а я пялюсь на другого мужчину.

— Да, здесь, — отвечает он, тем самым вырывая меня из моих мыслей. Он скрещивает руки на груди, и я стараюсь не смотреть на то, какие у него громадные предплечья. Только это огромная ошибка, потому что, когда мой взгляд поднимается к его лицу, его завораживающие голубые глаза притягивают меня — они как цвет океана в прекрасный, безоблачный день.

Не в силах смотреть на него ни секунды дольше, опускаю глаза в пол. И тут мой взгляд цепляется за его босые ноги. Боже мой, у него огромные ступни.

Интересно, правда ли то, что говорят… большие ноги означают…

О Господи! Я закрываю глаза. Смотреть на Райана небезопасно. Даже его чёртовы ноги! Ноги должны быть уродливыми, а не возбуждающими.

— Да.

Я снова поднимаю на него взгляд.

— Что?

— Да, — он слегка наклоняет голову и одаривает меня дерзкой ухмылкой. — Ты спросила, верно ли то высказывание… Большие ноги означают, что у его обладателя большой член. Да, — он пожимает плечами, уголки его губ приподнимаются в широкой улыбке, а на щеках появляются две очаровательные ямочки. — Ну, по крайней мере, в моём случае. Я не могу говорить о каждом мужчине с большими ногами.

Убейте. Меня. Сейчас же. Я не могла спросить об этом вслух…

— Да, — повторяет он со смехом, который почему-то звучит мужественно и мелодично одновременно.

— Что? — спрашиваю я, одновременно смущённая тем, что мои слова срываются с губ с неким придыханием, и злая на своё тело за то, что оно так себя ведёт.

— Ты действительно спросила это вслух.

— Здесь, должно быть, какая-то ошибка.

— О том, что у меня большой член, или что ты спрашиваешь об этом вслух?

— О том, что ты здесь! — кричу я, моё лицо и шея вот-вот сгорят от накрывшего меня чувства стыда и гнева.