Чтение онлайн

– Он пугал меня, он угрожал! Говорил, что всё расскажет тебе про…

– Про что? – Хрипло спросил Воскресенский.

– Про то, что у меня есть муж... – Я подняла на него взгляд. – Фиктивный!

– Муж?

Теперь у меня снова получалось смотреть на него лишь исподлобья.

– Я не знала, как сказать тебе. Это трудно понять. Год назад маме стало плохо, срочно нужны были деньги на лекарства, кредит мне не дали, а тут Халим. Мамин старый знакомый с рынка. – Я стёрла горячие слёзы ладонями. – Ему нужно было остаться в стране, а нам нужны были препараты. Я просто поставила подпись, и потом мы не виделись. Был уговор, что мы позже разведёмся, но я теперь даже не знаю, где его искать. Вик, мне так стыдно…

– Боже… - Он взъерошил свои волосы пальцами. – А почему ты не сказала мне? Чего боялась?

– Я… ну как… - Меня сотрясло новым спазмом, и веки обожгло влагой. – Ну, стыдно же! За двадцать тысяч брак оформила с каким-то узбеком… это так глупо!

– Не настолько, чтобы не рассказывать мне об этом.

– А что бы ты обо мне подумал?! – Простонала я. – А Марк, он… он хотел шантажировать меня этим. Он приставал!

Вик молчал, поэтому я вынырнула из ладоней и посмотрела на него.

– Прости!

– Он тебя тронул? – Напряженно спросил он.

– Он… - Я втянула носом воздух. Под моим платьем не было трусов, и от одной мысли об этом у меня снова хлынули слёзы, плечи задрожали. – Он меня хватал, он… трогал, он… меня так сильно напугал!

– Я про другое. – Челюсти Вик сжались до хруста зубов.

– Нет! – Я затрясла головой. – Нет…

На мгновение он закрыл глаза, затем выдохнул, вдохнул снова и выругался.

– Иди ко мне. – Помог мне выйти из машины. – А где обувь?

– Я убегала… - Всхлипнула я, переминаясь с ноги на ногу.

– Иди сюда. – Он обнял меня и сильно прижал к себе. Затем отстранился, посмотрел в лицо, убрал пряди моих волос мне за уши, стёр слёзы со щёк и стал целовать нос, губы, глаза, лоб.
– Никто больше тебя не тронет. – Шептал он. – Никто.

– Вик…

– Ничего не бойся, слышишь? – Он обхватил моё лицо ладонями и взглянул в глаза. – Полина, ты можешь сказать мне всё, что хочешь, поняла? Никогда ничего не бойся.

– Угу.

Вик смял меня в охапку, подхватил на руки и понёс в здание.

– Идём, там сейчас никого. Тебе нужно успокоиться, выпить воды и всё мне рассказать. Я найду этого ублюдка и придушу собственными руками.

– Вик, не надо. Вик, может домой? Витя!

– Полин, меня трясёт. Я должен сейчас найти его и прибить.

– Вить, не надо.

– Вызовем врача, пусть осмотрит тебя. Я должен убедиться, что он не причинил тебе вреда.

– Со мной всё нормально, честно. Я просто испугалась!

Артём открыл перед нами двери, и Вик пронёс меня через пустой холл. Лишь каблучки Ирины застучали и замерли, когда она натолкнулась на нас.

– Виктор Андреевич, а что происходит?

– Ты тоже можешь быть свободна! Иди! – Бросил он ей на ходу и внёс меня в одно из помещений.

Просторный кабинет с длинным столом и множеством кресел.

Вик посадил меня на одно из них, наклонился и сел передо мной на корточки. Он лихорадочно сжал мои ладони.

– Всё хорошо?

– Да. – Ответила я, озираясь.

– Найди мне его, - приказал он вошедшему следом за нами Артёму, бросив на него короткий взгляд.

В этот момент у входа в помещение появились ещё двое охранников.

– Кого? – Кашлянул Артём.

– Загорского! – Рявкнул Вик, обернувшись. – Найдите мне его срочно! – Затем повернулся ко мне и, с трудом сдерживая рвущиеся наружу эмоции, улыбнулся. – Расскажешь мне всё? Я должен знать, чтобы понимать.

– Что понимать? – Тихо спросила я.

– Понимать, как сильно я должен его ненавидеть. Что он говорил? Что делал с тобой?

Я кивнула и зажмурилась.

– Он… в общем, он считает меня шлюхой, которая с тобой из-за денег. – Открыла веки и посмотрела на него.
– И предлагал мне заплатить, чтобы я с ним тоже…

Вик болезненно кивнул и крепче сжал мои ладони.

– Он прикасался к тебе?

– Он… - В голове пронеслись картинки. Грубые прикосновения, треск ткани, давление его тела, его горячее дыхание в шею. Я вспомнила, что он готов был сделать, ощутила твёрдость, готовую ворваться в меня, и сглотнула. – Трогал меня. И я очень сильно испугалась.

Надвигающаяся на меня истерика была ничем по сравнению с бессильным ужасом и яростью, написанными на лице Вика. Ему стало тошно. Разум отказывался верить в то, что его друг мог сотворить такое.

– Виктор Андреевич! – Окликнул его охранник.

Воскресенский вскочил на ноги.

– Я же сказал, чтобы вы… - И осёкся на полуслове.

В дверях за спинами охранников стоял Загорский.

На его левой щеке, прямо над ровным краем ухоженной щетины, багровели глубокие борозды свежих царапин.

Я не понимал, что со мной происходит. Но это уже происходило, и оно влияло на всё вокруг. На меня, на него, на неё саму. Эта девчонка меняла нас всех, наше отношение к жизни и друг к другу. Она посмела встать между нами, она засела ржавой занозой в моей груди, и я готов был на всё, чтобы вырвать её оттуда.

– Я же сказал, чтобы вы… - Воскресенский замер, увидев меня в дверях.

А я смотрел мимо него.

Видел лишь её – сидящую перед ним на краешке кресла, взъерошенную, перепуганную, растрёпанную. И опять эта её нарочитая чистота и невинность лезли наружу: большие желтовато-ореховые глаза светились наивно, точно у ребёнка, длинные ресницы трепетали на каждом взмахе, а тонкие пальчики нервно перебирали подол мятого платья. Она как нарочно опять выставляла напоказ всю эту свою непорочность, чтобы ещё раз меня уязвить и пристыдить.

– Выйти всем! – Прохрипел Воскресенский.

Девчонка дёрнулась и сдавленно охнула, завидев меня. Её зрачки расширились, а меня пронзило одной-единственной мыслью: «Как эти глаза поведут себя, когда она будет стонать подо мной? Их заволочёт туманным маревом страсти, или они восторженно распахнутся, когда она будет кончать?»

Охранники засуетились, пропуская меня вперёд. Я сделал шаг и тяжело выдохнул.

– Виктор Андреевич, - пробубнил Артём, - может, не надо?

– Пошли все вон! – Покраснел от ярости Вик, ударив ладонью по столу.