Чтение онлайн

Утробно икнув, она смотрит на кота: Фердинанд! Котик мой! Что с тобой произошло? Ты выглядишь ужасно!

— На себя бы посмотрела, — пробормотала Кошка.

— Кристофер, что твоя кошка сделала с моим Фердинандом? — вдруг завопила Антуанет.

— Чем мог кот заниматься с кошкой? Наверное, тем же, чем мы занимались с тобой в постели, — улыбаясь, ответил ей Кристофер, при этом кося глазом на Кошку.

— М-да, — кошка многозначительно посмотрела в ответ.

— Кристофер, но Фердинанд грязный, как свинья, — при этом Антуанет приподняла одежку кота двумя пальчиками. — Фердинанд, киса моя, где ж ты так извалялся?

— Свинья грязь всегда найдет, — хмыкнула Кошка.

— Не смей так со мной разговаривать, — вдруг набросилась на Кристофера Антуанет. — Мой кот не свинья, он благородное животное.

— Антуанет, я ничего не говорил такого, — оправдывался Кристофер, показывая Кошке кулак за спиной.

— Я все слышала! — орет Антуанет.

— Твой кот не просто свинья, он жирная свинья, грязное животное и мерзкая, лысая скотина, — тихо за спиной Антуанет сказала Кошка.

Та дернулась туловищем, а ее лицо перекосило нервным тиком.

— Ты чревовещатель? — испуганно подалась в сторону от Кристофера Антуанет.

— С чего ты взяла, дорогая? — испугался Кристофер.

— Я слышу чей-то голос, мне страшно, голос оскорбляет моего кота!

— Хммм, какая хозяйка, таков и кот. Если хозяйка не далеко ушла от свиньи, то и кот под стать ей, — снова пробормотала Кошка, сидя позади Антуанет.

— Вот, слышал! — испуганно произнесла Антуанет. — Тут кто-то есть.

— Антуанет, тут только я, ты и наши ЖИВОТНЫЕ, — надавив на слово «животные» произнес Кристофер.

— Нет, нет, у тебя тут кабаутер (голландский домовой, обитает в жилищах людей) живет, — и Антуанет, подхватив животное и, прижав к себе пьяного и грязного кота, бросилась на выход.

Только ее юбки скрылись за дверью, как Кристофер развернулся к Кошке и спросил: Ну, ты довольна, ты разогнала всех моих друзей и любимых женщин.

— У тебя нет друзей и любимых женщин! — припечатала его Кошка своими словами. — У тебя есть шлюхи и собутыльники. Никто из них не волнуется о твоей судьбе, их волнует только стакан, да твоя кровать.

— Значит, судьба у меня такая! — заорал на нее Кристофер. — Я никому не нужен! Я не нужен своей семье, потому что из меня не получился великий архитектор садов. Я не был нужен своей любимой девушке, потому что она нашла мужчину лучше меня. Я не смог создать сад, чтобы мной гордились мои родители. Пусть хоть собутыльники меня окружают, они не тыкают меня носом в мою несостоятельность! А развратные девки с удовольствием посещают мою постель! И не отказывают мне!

И он вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.

Я сделаю из тебя великого архитектора, и девушка к тебе вернется. Верь мне, Кристофер!

Сказала Кошка в спину, уходящему Кристоферу.

В царстве ведьм Орфей была глубокая ночь. Убитая горем Гертруда сидела неподвижно у окна. Ее дочь так и не вернулась, а она вместе со служанкой сбила все ноги, разыскивая капище колдунов, где провели обряд. Ничего не помогало. Даже молитва. От дочери не было вестей.

— Госпожа! Госпожа! Мы нашли, — вбежала в дом Марфа.

— Где? Где вы нашли? Это точно оно? — взволнованно спросила Гертруда.

— Точно, знаки там, проклятые, — шёпотом ответила ей Марфа.

— Где?

— У башни Проклятых…

Гертруда отшатнулась и побледнела.

— Марфа, ты же знаешь, что к башне Проклятых ходить нельзя?

— Госпожа, но мы облазили весь лес, все овраги и даже в горы ходили, нигде капища не было.

— Почему вы решили, что это возле проклятой башни?

— Так где ему еще быть? Туда и днем никто не ходит, а ночью и подавно, — нахмурилась Марфа. — Проверили. И точно. Камень большой посреди поляны, а вокруг него идолы проклятых, а на камне том шкурка кошки распята, — шёпотом добавила Марфа.

— Господи, на нее одели шкуру…

— Да, госпожа. Позвать Изольду?

— Изольда очень стара, ей не дойти.

— Так мне сходить за Изольдой?

— Иди.

Изольда пришла на удивление быстро. Выслушав Гертруду, она изрекла: Там еще во времена моей юности было капище колдунов, в мою молодость их изгнали из страны. Тот, кто сделал это, имел в роду колдуна.

— Как же нам найти того человека? — развела руками Гертруда.

— Надо пойти туда, — указала Изольда.

— Ты не сможешь туда дойти, — Гертруда была очень взволнована.

— Марфа крепкая, донесет меня, — хихикнула Изольда.

Марфа лишь вытерла нос рукавом. Идти к башне Проклятых снова ей не хотелось, а уж тем более тащить на закорках старую ведьм.

— Собираемся, что взять, — скомандовала Гертруда.

И пока они решали с Изольдой, какие взять с собой обереги, Марфа собирала в туесок нехитрую снедь.

Они выдвинулись в путь в глухую полночь.

Им пришлось идти через Черный лес, где и днем было страшно, а уж ночью и подавно. Марфа нацепила на себя все обереги, что в свое время ей подарила ее прабабушка. Хоть и шла она с двумя ведьмами, но ей все равно было страшно.

Под каждым кустом Марфе мерещились мертвецы, каждый корень, за который она запиналась, казался лапой потустороннего существа, а кусты, что цеплялись к ее одежде, руками вурдалаков.

Через час они были на месте.

Башня Проклятых была построена очень давно. Уже никто из ныне живущих не мог вспомнить строителей этой башни. До нынешнего времени дошла только легенда, что в эту башню помещали тех, кого приговорили к смерти, а вход замуровывали. Люди внутри сходили с ума от голода и жажды, они выбрасывались с верхнего этажа вниз. Не все погибали. Многие выживали, вот только ходить уже больше не могли. Говорят, колдуны забирали этих людей. Они построили жертвенник и умерщвляли на нем людей ради своих богов. За это те дарили им силу.

Но к власти пришли Ведьмы. Они скинули с трона царей, перестали посылать на смерть людей в башню и выгнали из государства Колдунов.

Башня оказалась заброшена.

Вот только кто-то вновь попытался оживить древний жертвенник.

Ведьмы стояли перед жертвенником и с ужасом глядели на то, что на нем лежало. Кровь застыла по краям жертвенника. А прямо посередине лежала убитая рыжая кошка. Вот только по краям, в виде пентаграммы была разлита кровь человека.

— На ее наложили заклятие кровью, — тихо проговорила Изольда, мазнув пальцем по крови и понюхав ее. — Нам ее не вернуть.