Моя больная любовь
Шрифт:
— А теперь, давай начистоту. — Услышала она рядом и повернула голову, встретившись с таинственным взглядом Кирилла. — Что у вас с Болонским?
Лена опустила голову, смущаясь, а потом изложила Плетнёву всё случившееся с нею накануне, поражаясь, что парень, словно прочитав её мысли, затеял с нею этот разговор.
— Значит, вот как? — Вздохнул он, поворачивая руль в сторону и пристраиваясь на одной из стоянок города по пути.
— Угу. — Закивала Лена головой.
— В тот вечер, когда ты меня отшила впервые, после бильярда, — Пустился он в объяснения, — Я позвонил Куклиной и предложил встретиться, но уже после первых же минут общения, понял, что чувства, которые были в прошлом, возвращению не подлежат, поэтому, распрощавшись с нею, мы разошлись в тот вечер по домам…
Лобанова периодически поднимала на Кирилла свои глаза и отпускала, не выдерживая его пронзительный, с вожделением взгляд.
— А недавно, она мне перезвонила, предложив вновь встретиться в кафе, возможно надеясь возобновить отношения, но… — Плетнёв запнулся и улыбнулся одним уголком рта, — Теперь у меня есть ты и мне никто не нужен.
Лена вновь отвела взгляд, не в силах сдержать рвущуюся наружу улыбку.
— Те фото, это рук дела кого-то, явно приближённого Болонскому, поэтому, не заморачивайся особо. Тем более, что мы даже за руки с нею в этот вечер не держались. — Кир хмыкнул и вновь воззрился на девушку, которой недавно признался в чувствах.
— Ясно. — Пытаясь сделать вид, что ей всё равно, ответила Лобанова.
— А, тогда можно вопрос? — Наглость парня будоражила Лену, и не дождавшись её ответа, Кирилл продолжил. — Как ты относишься ко мне?
Часть 20
Кирилл
Молодой человек решил не торопить с её ответом, поскольку, пауза затягивалась и было понятно, что Лобанова не готова с бухты-барахты ему ответить на заданный им вопрос.
— О, кей. Ты мне расскажешь об этом позже, когда захочешь. А я подожду. — Кирилл говорил тихо, почти шёпотом. — Столько, сколько будет нужно.
Проникновенно глядя в её глаза, Плетнёв надеялся внушить Елене одну очень важную мысль «на него можно положиться и ему можно доверять».
Автомобиль остановился перед воротами колледжа. Лобанова, перед тем, как выпорхнуть из салона ещё раз взглянула на него.
— Кирилл, давай договоримся. В колледже — мы просто учитель-ученик. Хорошо? Не хочу, чтобы поползли слухи и всё такое. Репутация, это, пожалуй, то, чем я сильно дорожу.
Плетнёв уже собирался было расстроиться, но во время спохватился.
— Но, мы можем ведь встречаться?… — Он выдержал паузу. — Тайно…
Лобанова смущённо улыбнулась, уведя взгляд в сторону, и немного подумав, коротко кивнула, сразу же покинув автомобиль. Эмоции от радости у Кира были запредельными, он выскочил на улицу и крикнул ей вдогонку.
— Тогда я сегодня позвоню!
Девушка оглянулась, и едва махнув рукой, слилась с толпой. Плетнёв опёрся о дверцу своего Bentley, смотря ещё некоторое время ей вслед. Весь организм клокотал вместе с разбушевавшимся сердцем от радости
— Вы что, вместе приехали? — Услышал Плетнёв рядом с собою удивлённый голос, выражающий вдобавок нескрываемое раздражение.
Точёная фигура Божены, в окружении ей подобных подруг, нарисовалась рядом.
— А тебе-то что? — Резко, ответил Кирилл, смерив её взглядом, выражающим только одно «не лезь не в свои дела».
— Да собственно, ничего. — Поколыхала она плечами, нацепив недобрую улыбку на искривлённый рот. — Просто интересуюсь.
Подруги застыли в немом поглощении разговора.
— В таком случае, оставь это глупое занятие. — Предупредительно ответил молодой человек. — Никаких плодов, «простой интерес» человеку не приносит. Займись уже делом!
Плетнёв забрался снова в машину, чтобы перегнать её на стояночное место. Сумбур, от радости и неприятного чувства, возникшего в душе, вдруг, словно гамбургер наслоились друг на друга. Божена была из тех, кто не отступал просто так…
Лена
Щемящее чувство счастья, словно на крыльях носило её всё утро. С вдохновением и улыбкой на лице, Лена давала теперь лекции. Была открыта к диалогу со всеми, каждому хотелось помочь, ведь уже через полтора месяца начинались экзамены по полугодию, а предмет химии не всем давался легко.
В её классе, Лика Зотова, внимательно понаблюдав в течение 5 минут приветствия за преподавателем, громко заявила:
— Елена Борисовна, Вы вся сияете. Поделитесь с нами своей радостью.
Девушка застыла, не находясь, что ответить. Кирилл, исподлобья взглянувший на неё, отправил ей смешливый взгляд, мол «знали бы они!» и этим, словно подбодрил.
— Ну, у меня пока нет бОльшей радости, чем встречаться с моим любимым классом после каникул. Всех очень рада видеть. — Ответила Лобанова, говоря искренне, но вместе с этим, ощущая чувство вины за произносимое.
Сегодняшнее её настроение было обязано тому парню, что сверлил откровенным взглядом, воспламеняя в ней острое желание вновь остаться с ним наедине.
Среди урока, Лена заметила пришедшее на телефон сообщение от Екатерины Николаевны «Срочно зайдите ко мне после этой лекции!». Восклицательный знак в конце предложения холодной волной заставил отозваться её тело. Дышать сразу стало тяжелее. Внутренне Лобанова поняла, что должно произойти что-то очень неприятное.
— Елена Борисовна, я жду от Вас комментариев! — Спустя сорок минут, неистовствовала завуч, положа перед девушкой свой телефон, с картинкой, на которой она обнимала Ваху.
Фото девушка уже видела, у Царёва, поэтому сильного впечатления не получилось на неё произвести, однако сам факт того, что каким-то образом оно попало в руки этой женщины, был неприятен.
— Как эта фотография оказалась у Вас? — Удивлённо спросила она.
— Божена Строгова попросила разобраться с Вами. Сказала, что такое поведение для преподавателя абсолютно недопустимо! — Взволнованно, отвечала Екатерина Николаевна, строгим голосом. — И я, с нею, знаете ли, солидарна. С виду, Вы такая вся примерная, а что себе позволяете? Вертихвостка! Я обязательно сообщу о ваших «подвигах» директору. Пусть он решает, что с Вами делать. Ни в какие ворота!
Лобанова попыталась объяснить ей ситуацию с Варданяном, но в этот раз, завуч была глуха — у неё уже сформировалось стойкое убеждение её — Лены портрета, поэтому, ничего не оставалось, как просто выйти из её кабинета.
Сердце быстро стучало, словно после силовых нагрузок. Ноги ослабли, прижав её спину к стене. Только один вопрос, затуманил голову «Что теперь будет?».
— Елена Борисовна, Вам плохо? — Появившийся рядом участливый голос, прорвал плотину внешнего спокойствия, слёзы потекли по щекам.