Чтение онлайн

– Она замечательная, Дэн. Тебе очень повезёт, если она станет твоей, поверь, – в глубине синих глаз Лина промелькнула тоска. – Я разрешаю тебе поцеловать её. Тогда сам убедишься. А я, если не смогу завоевать её, просто смирюсь с тем, что счастье в личной жизни мне не светит. Заведу себе новый гарем и стану распихивать девчонок по мужьям, как только они будут мне надоедать. Я был готов на всё ради Эмили, всё королевство хотел кинуть к её ногам. И что в итоге? Она предпочла меня зеленокожему орку. Почему? Что со мной не так? Я же всегда был с ней ласковым и нежным, старался угодить во всём. Член у него, что ли, толще? – с досадой махнул он рукой.

– Некоторым женщинам нравится, когда с ними обращаются грубо. Для вида возмущаются, а на самом деле их это заводит, – предположил я, пожав плечами. – Кстати, об Эмили. Что эта дамочка тут делает?

– Орк её бросил, а папаша выставил за дверь. Оба сказали ей, что она поступила глупо, отказавшись стать женой правителя-теймура, – Лин снова потянулся к бутылке, но передумал.

– И ты её пригрел? – удивился я.

– Ненадолго. Сегодня же поговорю с её родителями, надавлю на них, а завтра она отправится домой. Есть у меня на примете один герцог, достаточно грубый, чтобы сделать их брак идеальным, – хмуро усмехнулся он. – Хорошего тебе дня, Дэн, – похлопал он меня по плечу и направился к выходу. – И не забудь книгу вернуть в библиотеку, – кинул он мне с иронией уже в дверях.

Дэнрион

*

Я сделал магические оттиски нужных мне страниц с заклинанием по корректировке памяти, потом перекинул их в инфокристалл и понёс возвращать книгу в библиотеку.

Идя по длинным коридорам, размышлял, как мне провернуть нужный ритуал с матерью и где вообще её сейчас искать, но мысли снова и снова возвращались к зеленоглазой человечке. Я понимал, почему Лин в случае своей неудачи в обольщении хочет сделать её мужем именно меня.

Во-первых, я подходил ей по возрасту и статусу. Она принцесса, я принц, мы оба молоды, тут всё идеально. Но самое главное – я был одним из немногих эльфов в Ринадейле, для кого были неважны расовые различия. Я всегда относился к слугам-аксуинам так же ровно и благожелательно, как и к слугам-эльфам. Для меня главное – это чистота души, её свет. Искренность, порядочность, доброта. Только это имеет значение.

А большинство моих сородичей ценят лишь фантики, внешнюю обёртку, за которой зачастую скрывается совсем не шоколад. К счастью, Лин был не таким. За это я его и любил. Он стремился во всём докапываться до сути, и при общении с кем-либо пытался постичь его главную сущность – корыстную или щедрую, трусливую или отчаянно храбрую, честную или лживую.

Жаль только, что он так эпично ошибся в Эмили. Не разглядел, что она из себя представляет. В любом случае, всё, что нас не убивает, – делает сильнее.

Стоило мне только подумать о бывшей невесте брата, как я тут же услышал её визгливый голосок. Как у Лина уши в трубочку не сворачивались?

Сначала я решил, что она ругает в библиотеке какую-то служанку. Но, подойдя поближе, был возмущён до глубины души: эта наглая девица бессовестно отчитывала Викторию!

При этом поведение самой зеленоглазки было по-королевски достойным. Если где-то в глубине души у меня и были сомнения, что она настоящая принцесса, то именно в этот момент они отпали. Она не опустилась до ответного хамства, а лишь припечатала эльфийскую стервочку строгим взглядом с парочкой молний.

На месте Эмили я бы тут же заткнулся, но наше розовое недоразумение понесло. Пришлось вмешаться и поставить любительницу орков на место.

Когда та ретировалась из библиотеки, я опустился на диван, сев вплотную к Виктории. Мне было интересно, как она на это отреагирует. Но в глазах девушки не было ни капли осуждения за то, что я нарушил этикет – не спросив её дозволения, бесцеремонно уселся рядом с ней. Наоборот: при взгляде на меня в её изумительных очах плескалось восхищение, которое грело мне душу. Это было так здорово – даже просто находиться возле неё.

Её изящные нежные ручки впихнули в мою ладонь книгу, которую она читала, и я мысленно присвистнул от удивления. Не какой-нибудь любовный роман, а «История Авроры» Мейтиэля – когда-то этот томик был моей настольной книгой. Я помнил в ней каждый листок, даже малейшую иллюстрацию. Именно с неё начался мой интерес к подвигам полководца Дэнриона. Я даже своё имя сменил в честь него.

А когда она сказала, что читала сейчас именно об этом золотом драконе, я был готов её расцеловать. Что, собственно, и сделал.

Мои сородичи упускали самую суть этой легенды, превознося лишь воинскую доблесть Дэнриона. Но они не понимали главного во всей этой истории – того, что золотой дракон, член правящей королевской семьи, посмел пойти против всех драконьих правил и традиций и объявил о том, что полюбил эльфийку. Для него любовь стояла на первом месте, и он всегда поступал так, как считал правильным.

В те времена драконы, как прирождённые воины, относились к изящным миролюбивым эльфам с большим пренебрежением. Наверное, так же в наши дни все воспринимают аксуинов. Для драконов эльфы были ущербной расой. Но не для Дэнриона. Он совершил чудо: сумел объединить эльфийский народ и вселить в их сердца веру в себя, в свою победу. А потом, когда война закончилась полным его триумфом, женился на эльфийке и увёз жену на свою родину. Тогда уже ни один крылатый змей не посмел его упрекнуть в нарушении традиций.

Виктория смогла уловить в этой легенде главное: дракон пришёл на помощь своей возлюбленной и её народу. Уже за одно это я её зауважал. Сложно представить, что она чувствовала, когда Лин переместил её в этот незнакомый мир, а потом перед ней убил её раба. А как он её диадему испепелил, я так и не понял из рассказа брата. Неужели прямо на голове?

Представил это, и у меня самого волосы дыбом встали. И это случилось с ней буквально вчера вечером! А сегодня утром она спокойно сидит тут на диване, книгу читает. Поразительное самообладание. Другие дамочки бились бы в истерике неделю, не меньше, попади они в подобную ситуацию. Даже бронебойные драконихи.

Лин был прав. Эта девушка – особенная. Я каждой клеточкой тела чувствовал, что нравлюсь ей, и не просто как принц, брат теймура и главнокомандующий легионом эльфийской армии, а сам по себе – такой, какой я есть.

Её приятный карамельный запах, флюиды радости и восхищения, что исходили от неё, соблазнительные чувственные губы, шелковистая кожа, изумрудные глаза с длинными ресницами – всё это сводило меня с ума, выбивало из равновесия. В штанах стало тесно.

Мне отчаянно захотелось, чтобы она стала моей женой. Но я не имел морального права переходить дорогу брату. Всё должно быть по-честному. Он позволил мне поцеловать эту девушку, и я это сделал. Но я не стал углублять поцелуй: чувствовал, что и так уже зашёл слишком далеко и вот-вот потеряю над собой контроль. А это было недопустимо. Поэтому поспешно удалился, хрипловато пожелав Виктории хорошего дня. Будем считать это стратегическим отступлением, а не бегством.

В любом случае последнее слово было за Лином. Он же сразу сказал: «Это МОЯ человечка». А моей она станет, только если мне сильно повезёт…

Виктория

*

– Понравился тебе мой младшенький, да? – Василий довольно прищурился.

– Он замечательный, – честно призналась я.

Как бы странно и дико это ни звучало, но кот был единственным, с кем я могла сейчас поговорить по душам. Эта мохнатая тушка завоевала моё доверие одной своей умильной мордочкой. А что он на самом деле мужик в шубке – об этом я даже не вспоминала.