Чтение онлайн

Чёрт. Чёрт. Чёрт побери тебя Лида, и твой язык!

По коже несутся мурашки, в коленках дрожь, в ногах слабость, в животе чертовы бабочки или нечто мерзкое, щекотливое, внизу странно пульсирует, словно в предвкушении чего-то наполняющего меня до предела.

Замираю… не сразу осознав, что граница между нами нарушена. Натягиваюсь точно струна — Орлов уже дышит мне в затылок.

Чувствую его запах. Дорогой, яркий и до истомы приятный мужской парфюм. Сейчас особенно остро ощутимый, ведь Алексей только из душа, а аромат его геля мне особенно по вкусу.

Орлов не двигается, но предельно близко ко мне. Даже чувствую его горячее дыхание и жар тела, а когда выключаю воду, оказываюсь в не тесном плену мускулистых рук. Нет, не хватает меня, не лапает, но очень нагло упирается ладонями в раковину по обе стороны от меня, отрезая пути для отступления.

— Повернись ко мне, — глухо просит, будто готов сорваться на шёпот.

— Я…

— Ну же! Повернись, раз такая смелая стала. — И вновь от тембра его голоса и от остроты его слов по коже бегут жуткие мурашки, но теперь уже не от страха.

Волнение, но это волнение другого рода!

Медленно разворачиваюсь, стараясь не выдать, как меня потряхивает, и упрямо смотрю Орлову прямо в глаза, сжав руки в кулаки.

Не улыбаюсь. Не хмурюсь. Я совершенно спокойна и уверенна в себе! Я уверена, что должна выиграть эту битву, и не показать свою слабость!

Все и всегда говорили, что именно Лада, а не я, сильная личность!

Мол, Лиду нужно оберегать, не травмировать… И я была уверена, что они правы. Но сейчас гляжу на мужчину, которого Лада не смогла победить, которому поддалась, подчинилась и которому позволила делать с собойвсё, что ему хочется!

Но какой бы слабой я не была — не позволю так поступать со мной! Нет уж! Со мной так не выйдет…

Может и не сильная, зато упрямая! Даже если это назовут глупым упрямством.

Ведём молчаливую битву взглядами: я бесстрастно смотрю на него, он въедливо и задумчиво на меня.

В воздухе висят невысказанные вопросы…

И я на грани начать отвечать, но вдруг за окном гаснет последний свет или так кажется? Так или нет, но на кухне становится темно.

Странно…

Орлов ничего не делает, а напряжение растёт. Оно тягучее и противное, как будто душит и становится невозможно сделать глоток воздуха. Невозможно!

И озаряет до отвращения ясная мысль: ему ведь и правда можно всё, по сути.

Теперь вновь становится страшно — даже не знаю, чего боюсь.

Глава 10

Момент достигает эпопея, когда я уже готова заговорить, но тут Орлов берёт меня за подбородок. Вынуждает чуть приподнять голову и так пристально пилит взглядом, словно ищет что-то на моём лице.

Он не найдёт изъянов или изменений.

Я не накрашена — Лада такой бывает редко и это мне на руку.

Мы идентичны. Абсолютно. Мелкие разности не увидеть невооружённым взглядом, не зная что нас две и не общаясь с нами столько, чтобы глаз привык.

Чуть более круглые щёки легко пояснить пристрастием к кулинарии.

Если и задаст вопросы, найду как оправдаться, но отчего-то сердце колотится так, что закладывает уши.

А Орлов всё смотрит… и смотрит.

Сжимает подбородок не крепко, но уверенно.

Касается кончиком носа моего, совсем легко, еле заметно, но от этого меня совсем качает — слишком нежно, там мило-интимно, что едва стою на ногах.

Он делает то, чего не жду, но вместо того, чтобы отбиваться я ошалело замираю. И он продолжает убивать новым собой — касается моих губ нежнейшим поцелуем. Не кусает, не терзает, не набрасывается — воздушно касается, а потом чуть отстраняется только для того, чтобы кончиком языка скользнуть по моей нижней губе, так что у меня всё внутри шипит и взрывается в полнейшем безумии.

Затем Орлов проводит по моей губе большим пальцем. Ненавязчиво, но уверенно чуть оттягивает, открывая доступ для своего языка, а следом целует.

Это невесомо и трепетно, без грязи и пошлости — почти невинно и романтично, как если бы первый робкий поцелуй влюблённого мужчины, боящегося спугнуть своим порывом. Меня никогда ещё не целовали так: умело, красиво, нежно…

Таю, растворяюсь в новом чувствие и, не сдерживаясь, отвечаю, потому что на какую-то крошечную секунду кажется, что другого шанса на взаимность не будет. Я и так получаю то, чего даже не могла желать. Такие нежности уж точно не с этим человеком! И уж точно не этому человеку исполнять мои желания.

Не осознаю что творю, но уже руками обвиваю его за шею — не вымаливая ласки ещё, а просто, чтобы не упасть от слабости в ногах. И Орлов это считывает за призыв к действию — подхватывает меня, без усилий усаживая на столешницу. Углубляет поцелуй да так, что едва не теряю сознание. Перекрывает кислород, и забываю себя. Целует так, что ни единой мысли в голове. И когда уже готова вымаливать большего, обрывает сладкую пытку. Отстраняется и смотрит в мои пьяные глаза.

А мне горит, меня переполняет от желания.

Точно верная и преданная собачка, тянусь за его рукой, выпрашивая ласки.

— Значит этого ты теперь хочешь? — хрипло интересуется Алексей, оглаживая по голове.

Не отвечаю. Жду продолжения.

— Какая ты смешная, — его пальцы в моих волосах становятся жёстче. — Какая наивная…

Хват крепчает. Алексей оттягивает за волосы назад, а у меня от страха широко распахиваются глаза. Вся нежная пудра, что вместо воздуха проникала в мои лёгкие последние минуты, растворяется и теперь жалит огнём.

— Только я тебе не верю, — шипит Орлов, и вместо нежного и воздушного поцелуя, кусает в своей привычной манере.

Грубо, оставляя металлический привкус во рту.

А я всё равно готова бороться — рычу в ответ и… больно кусаю его в ответ.

— Вот теперь я тебя узнаю, — хохочет Орлов. Рвано, яростно терзает мою кожу на щеках, скулах шее.

— Нет! Стой! — сдаюсь, не могу больше притворяться.

Он не может снова мной воспользоваться.

Не может! Это не в его праве, ятакне хочу!