Моя чужая женщина
Шрифт:
– Что, у него инвалидность? – спросила Алина, воображение которой уже нарисовало калеку – горбатого, хромого, но зато управляющего грузоперевозками по всей стране. Ничего, можно стерпеть.
– Да какая инвалидность! – возмущенно сказала пациентка. – Подумаешь, сыпь! Это от антибиотиков! Если б он только дошел до дерматолога!
– С мужчинами это случается, – поддакнула Алина. – Они не любят ходить по врачам.
– Ума не приложу, что делать? – тяжело вздохнула пациентка.
– Знаете, я могла бы помочь вашему брату, – осторожно, чтобы не спугнуть, сказала Алина.
Она уже сделала в уме подсчеты. Во-первых, налицо фобия. Человек боится врачей. Видимо, где-то замкнуло. В детстве могла быть душевная травма: неудачно сделали укол и случился абсцесс, удалили зуб без анестезии, сказали что-то неприятное. Или же боялся обидного прозвища «очкарик». Хилый мальчик, спортом не занимался, сдачи дать не мог. В итоге сформировался комплекс неполноценности. Все это поправимо.
Во-вторых, есть свое дело, и оно развивается. Раз он трудоголик, значит, много времени будет проводить на работе. А дома Алина обеспечит ему все условия. Ему и его фобии.
В-третьих, он уже не так молод. С ровесником были бы проблемы, а сорок – хороший возраст. Самое то. Он не слишком разборчив, если судить по рассказу сестры, и налицо низкая самооценка. Но посмотреть на него для начала стоит.
– А как его фамилия? – спросила Алина, сообразив, что раз пациентка замужем, то фамилии у них с братом, скорее всего, разные. А вдруг неблагозвучная? Не хотелось бы.
– Одинцов. Михаил Одинцов.
Алина была полностью удовлетворена. Алина Одинцова – звучит!
– Но мой брат сюда не пойдет, – предупредила пациентка. – Ни в какую! Такой уж он человек. И потом, вы женщина. Он стесняется. Это из-за плохого зрения. А теперь еще сыпь по всему телу.
– А мы сделаем это осторожно, – сказала Алина. – Зачем нам его раздражать, тем более пугать? У вас не намечается в ближайшее время какое-нибудь семейное торжество?
– Вообще-то у меня скоро день рождения, – с энтузиазмом сказала словоохотливая пациентка. – И дата, можно сказать, круглая: тридцать пять лет!
– Замечательно! То есть вы на столько не выглядите.
– Правда? – обрадовалась женщина откровенной лести.
– Ну, конечно! Брату вы могли бы сказать, что я – ваша подруга, мы вместе ходим в бассейн, а о моей профессии вы ничего не знаете. Я приду к вам в гости, вы нас познакомите, а дальше уже мое дело.
– Знаете, я вам заплачу как за сеанс! А уж если вы нам поможете…
Алина удивилась наивности этой женщины. Святая простота! Если и братец такой же… Это удача.
Но Алина была женщиной осторожной и поспешных выводов старалась не делать. К Михаилу Одинцову надо бы сначала присмотреться.
– Вот когда я сделаю свою работу, тогда и рассчитаемся, – сказала она пациентке.
– Ой, вы такая милая! И ответственная! Знаете, я всем своим подругам вас рекомендую. А мне говорили: такая молодая… Ну и что?
– Молодость – это недостаток, который со временем проходит, – фальшиво улыбнулась Алина Лепехина.
Банальность в данном случае пришлась ко двору, расстались они лучшими подругами.
А буквально через неделю пациентка позвонила и сказала, что все в порядке. Миша, который обожает свою сестру и племянницу, обязательно приедет на торжество. И назвала адрес.
– Хорошо. До встречи, – сказала Алина и положила трубку.
Если станут родственницами, пыл разговорчивой дамы придется охладить. Выходит, Одинцов обожает сестру и племянницу? Может быть, и маму с папой? С семьей его надо будет разводить. Алина Лепехина деньги делить не собиралась ни с кем.
…На день рождения Алина собиралась тщательно. Ни в коем случае не надо быть ослепительной красоткой – это его отпугнет. Тональный крем скроет недостатки кожи, губная помада матовая, теплого оттенка, лак для ногтей в тон, светлые волосы, собранные в «ракушку», оставят открытым лицо. Юбка до колена, строгий жакет. Первое впечатление много значит.
Она купила в подарок чайный сервиз и букет цветов. Пришла с опозданием на десять минут. Родители виновницы торжества уже сидели в зале, за накрытым столом. Алина сразу поняла, что они в курсе, кто она такая. Дочка постаралась. У болтливой женщины язык за зубами разве удержится? От будущих свекрови и свекра впечатление у нее осталось неприятное – простоваты. Отец сразу же принялся рассказывать гостье, как двадцать лет проработал водителем на КамАЗе – нудно, с ненужными подробностями, особо подчеркивая, что сын, мол, пошел в него: любит большие машины. Алина сдержанно улыбалась, думая про себя: какая пошлость!
– Ну, кого ждем? – подмигнул будущий свекор, потирая руки.
– Мишу! Кого же еще? – улыбнулась Мишина сестра, ставя на стол вазу с фруктами. Ее белокурая дочка крутилась тут же, тайком поддевая пальчиком и таская в рот икринки с бутербродов.
«Какая пошлость!» – вновь подумала Алина и решила бутерброды не есть. Им-то девчонка не чужая, можно и из-под пальчика, а ей неприятно.
Наконец раздался звонок в дверь.
– Дядя Миша! – взвизгнул ребенок и метнулся в прихожую.
Вскоре там раздался мужской голос. Девочка влетела в зал, высоко поднимая огромную яркую коробку:
– Смотрите, смотрите, что мне дядя Миша подарил! Новая Барби! С каретой! С лошадками!
«Какая пошлость…»
И тут в комнату, щурясь и как-то боком, вошел худой мужчина высокого роста. У него было странное, очень узкое лицо и такие же узкие, пепельного оттенка губы. Щеки впалые, но Алина, как ни приглядывалась, не заметила на них никакой сыпи. От сердца слегка отлегло.
Следом за гостем вошла хозяйка с шикарным букетом в руках. Розы, лилии, хризантемы… Алина тут же подсчитала стоимость. Неплохо! И тут новорожденная сладко пропела:
– Миша, знакомься. Это моя подруга Алина. Мы вместе ходим в бассейн.
– Очень приятно, – буркнул мужчина, не глядя на гостью, и его впалые щеки залила краска.
Алина кивнула, сдержанно улыбнулась и деликатно отвела взгляд. Знакомство состоялось.
Алина старалась быть тактичной. Если кто все и портил, так это хозяйка, которая не умела не только держать язык за зубами, но и скрывать своих чувств. Она почти силой усадила брата рядом с Алиной, велев ухаживать за гостьей, а потом поспешила сказать, что та не замужем.