Чтение онлайн

– Постойте-ка, – сообразила Галя. – Киска ему звонила, и он взял трубку. А когда позвонила Антонина Дмитриевна, не ответил. Может быть, с ним стоит поговорить матери? Киска его вызвонит, а Антонина Дмитриевна возьмет трубку.

– О чем поговорить? – спросила Татьяна.

– Так младшего же надо спасать! Жалко же парня! По неопытности он, по глупости. Мальчишка еще. А отвечать придется, как взрослому.

– Господи, – всхлипнула Антонина Дмитриевна. – Что ж теперь будет? Неужели Нинины драгоценности и в самом деле у нас дома?

Киска кивнула:

– Похоже на то. Толик отзвонился и сказал: товар у нас. Мол, спрячу пока у родителей. Пусть устаканится. Надо, мол, подождать.

– Подождать чего? – встрепенулась Татьяна.

– Что-то у них там произошло, на даче. Толик молчал как рыба. Только волновался очень.

– Может, увидел труп? – предположила Татьяна.

– Чей труп? – встрепенулась заведующая.

– Нинин.

– Не знаю, – пожала плечиками Киска. – Но что-то там ужасное случилось.

– Короче, звони, – приказала Татьяна.

– Зачем это?

– Пусть матери расскажет всю правду. Может, что и придумаем?

– Да, Маша. Ты уж… – просительно посмотрела на девушку заведующая.

– Да Толик меня убьет!

– Мы тебя точно убьем, – пообещала Татьяна, – если упрешься. Короче так: стоять нам здесь еще долго, из автобуса ты никуда не денешься. По правую руку у нас опер со следователем прокуратуры. Делай, как тебе говорят. А то мы Петрову позвоним. Уж он из тебя все вытрясет. Поняла?

– Да что вы пристали? – захныкала Киска, но полезла в сумочку за мобильным телефоном.

– Маленькая шлюшка, – сквозь зубы процедила Татьяна. – Вот из-за таких…

Киска бросила на нее злой взгляд, но ничего не сказала и стала набирать номер своего любовника. Все следили за этим, затаив дыхание. Машины, на которых разъезжались с похорон, стояли в мертвой пробке, а события развивались стремительно, причем самым неожиданным образом. Поистине это был день сюрпризов!

Ее воспоминания были отрывочны, мысли перескакивали с одного на другое. Да, Алина не могла простить, если кто-то покушался на ее деньги, хотел отобрать хоть малую толику того, что принадлежало ей.

Алина вновь вернулась мысленно в тот день: первая встреча с Грековым. На ее территории, а хозяин положения – он. Вот Юрий Греков пьет ее виски, делает намеки, задает вопросы, на которые не хочется отвечать. Алина тогда терпела. Долго терпела.

– Зачем вы пришли? – спросила она в упор под конец беседы. – Что вам нужно?

– А вы не догадываетесь? – усмехнулся тот.

– Представьте себе, нет! – отрезала Алина.

– Так, делиться же надо!

– Простите?

– Наследство-то досталось огромное! Фирма, недвижимость, счета в банках. Лично я подозреваю криминал. Надо делиться.

– Делиться с кем?

– Со мной.

– А почему именно с вами?

– Потому что я обо всем догадался, – важно ответил Греков. – Я ведь когда перешел работать в область, сразу взял на заметку этот поселок. Беверли-Хиллз. Думаю, люди здесь живут богатые, значит, без криминала не обойдется. На всякий случай надо быть к ним поближе. И выбил себе здесь участок. Дом построил. А сам стал наблюдать. Вы-то мне сразу на глаза попались, Алина Сергеевна, как начали строиться. Ну, думаю, у этих деньги есть! И немалые! Самый богатый дом в поселке отгрохали! Участок выбили немалый! Это здесь-то, где земля на вес золота! И машина у вас хорошая.

– Вам машину отдать?

– Машина мне ни к чему. Следователь прокуратуры не может ездить на «Ягуаре». Жить надо по средствам. Я, например, новые «Жигули» хочу. «Десятку». Это по мне. А «Ягуар» себе можете оставить.

И Юрий Греков нагло улыбнулся. Алина пришла в бешенство:

– Вон! Убирайтесь!

– Зачем же так, Алина Сергеевна? Я уйду, но обещаю вернуться. С ордером на ваш арест.

– Я уже сказала: мой муж покончил с собой. У меня есть свидетели его сумасшествия.

– С родственниками покойного я поговорю. А вот как поговорю, зависит от вас. Если я им объясню, что к чему, неизвестно, как дело повернется. Они ведь тоже захотят принять участие в дележе наследства, а?

– Что вы хотите? Денег?

– Именно.

– Это вымогательство.

– Именно. Но тогда я не пойду к психотерапевту, у которого якобы консультировался недавно Михаил Одинцов. Подозреваю, что вы меня за нос водите. А липового врача вам подсунуть мне не удастся, уважаемая Алина Сергеевна.

– Сколько?

– Ну… Тысяч десять мне бы сейчас не помешало.

– Долларов?

– Нет, рублей, – рассмеялся Греков. – Вы же не вдова сантехника. Вы, Алина Сергеевна – вдова миллионера. Вот повезло, а?

– Хватит иронизировать! У меня дома нет столько наличных.

– Что так? На похороны потратились?

– Я привыкла расплачиваться кредитной картой.

– А по сусекам поскрести?

– Послушайте, если я дам вам сейчас эти деньги… Только не подумайте, что я вас испугалась.

– Ни в коем случае!

– Ваши дальнейшие действия?

– Я давлю на Петрова и предлагаю ему написать отказ в возбуждении уголовного дела. Здесь, мол, все чисто. И показания родственников пригодятся. Я их расспрашиваю со всей бережностью, не задавая наводящих вопросов. Насколько я знаю, его сестра – женщина недалекая, без образования. А родители люди простые. Отец шофер, мать всю жизнь нянечкой проработала в детском саду. Остается зять. Он – самый опасный. Но у него хватает забот, о которых вы прекрасно знаете. Вы сами устроили дележ фирмы и подсунули родственнику кучу проблем.

– Значит, все эти дни вы собирали информацию?

– Именно, – кивнул Греков.

– Оперативно, – не удержалась Алина. – И если я вам дам сейчас деньги…

– Сделаете первый взнос… – поправил ее Юрий.

– То вы?

– Разрешу вам похоронить мужа. То есть не буду мешать. Я ведь вижу: вы уже готовитесь. Не терпится. Так зачем разочаровывать приглашенных? Отложенные похороны могут вызвать у ваших респектабельных знакомых подозрение, что дело тут нечисто. Подумайте о своей репутации. Дело вашего мужа теперь принадлежит вам. Деловые партнеры-то еще нужны? Или решили завязать?

– Хорошо. Ради дела и ради партнеров.

Алина поднялась с кресла и поставила на низенький столик пустой бокал. Потом бросила:

– Ждите.

И стала подниматься наверх.

Сейф был в ее спальне – ее личный сейф. Тот же, в котором муж хранил документы и пистолет, находился у него в кабинете. Разумеется, Михаил Одинцов не знал, что его жене удалось узнать шифр, и она регулярно просматривает все бумаги. И что во всем доме давно уже установлены подслушивающие устройства. Михаил Одинцов не был параноиком. Она это прекрасно знала. Человеком со странностями – да. Но не параноиком. Потому что за ним действительно следили. Алина Одинцова предпочитала держать ситуацию под контролем.