Чтение онлайн

Голову мгновенно пронзила очевидная догадка, а глаза метнулись к тем, кто сопровождал этого мужчину, что осмеливался обращаться к Градосу, словно к отребью.

Сначала я обратила внимание на молодого фейца, чьи прямые чёрные волосы, своей длиной доходили до пояса, располагаясь на широких плечах незнакомца. Черты лица молодого мужчины настолько зеркально отражали мои собственные линии внешности, отличаясь лишь своим мужественным окаймлением, что стало не по себе. Даже его фиалковые глаза, рассечённые тонким вертикальным зрачком, до боли напомнили мне то, что я так часто видела в отражении. В ушах у него виднелись длинные серьги, нисколько не умаляя его мужественности, а на шее висели кулоны с некими переливающимися магическими камнями, явно надетыми не для красоты. Чувствуя моё внимание, молодой мужчина перевёл напряженный взор от Градоса ко мне, и лицо его тоже вытянулось от удивления, взгляд наполнился теплотой. После он посмотрел на мою рану на шее, которую невозможно было не заметить из-за кровавых ярких подтёков и злобно уставился на Эрбоса, испепеляя того взглядом, что обещал возмездие. Это был мой единокровный брат. Наше с ним сходство, не оставляло лишних сомнений…

Осторожно, словно боясь обжечься, я взглянула и в сторону красивой молодой фейки, что стояла по правую руку от моего родного отца, как я уже догадалась. Каштановые блестящие волосы женщины обрамляли локонами красивое лицо. Величественность и уверенность, что она излучала, прямо-таки витали вокруг хрупкого на вид силуэта. Незнакомка смотрела на меня, не отрывая взгляда, словно происходящее вокруг, не имело никакой ценности для её интереса. Всё её внимание сомкнулось на мне, а в светло-карих глазах, больше напоминавших по цвету тёмный мёд, зияли вечность и сильнейшее раскаяние. Когда наши взгляды замерли друг на друге, руки её сильно сжали подол красивого фейского платья цвета морской волны. В этой женщине я узнала свою мать, которой каким-то образом пришлось оставить своего младенца, дочь, много лет тому назад в мире людей.

Стояла среди явившихся чистокровных и ещё одна фейри. Она была в белых одеяниях, сама тоже сотканная, словно из света. Женщина выглядела уже взрослее остальных, что указывало на её огромный жизненный путь по меркам людей. Наверняка и по меркам фейри она считалась очень древним и от того мудрым существом. Со светлыми длинными волосами и с золотой витиеватой короной на голове, она являла собой королевское величие. Я немного знала из слухов и записей в книгах о древнем короле фейри, но впервые осознала, что о королеве ничего не говорилось нигде и никем. Но в одном я отныне была уверена — предо мной сейчас стояла мать Градоса, сама королева Мидера. Все присутствующие тоже поняли это и стали опускаться на колени перед истинной королевой фейри.

Мощнейшая фейская защита накладывается самим королём на всех его членов семьи. Им же только и может сниматься.

Восходя на трон, очередной король получает доступ к уникальным магическим способностям, которые позволяют её наложить. Даровалась такая сила правителю, вместе с королевским амулетом. Ходят слухи, что такой амулет несколько тысяч лет назад даже убил парочку слишком слабых принцев, отбирая для себя достойного хозяина и правителя для земель Королевства Мидер.

Коронация для будущего фейского короля — всегда испытание на прочность, которое может стоить ему слишком дорого, например, жизни.

«Законы и порядки фейри»

Раненый король, в которого до этого угодил кинжал, подарив нам с Эрбосом злобный взгляд, сначала растерянно уставился на прибывших из мира холмов своих чистокровных сородичей. Затем взгляд жестокого правителя прилип к небу, что виднелось в больших арочных окнах тронного зала. Градос мгновенно побледнел, уже осознавая до конца и без того очевидную правду. Два ярких солнца на небосводе провозглашали открытую дорогу между миром фейри и миром людей.

Поморщившись от боли, принц Мидера с ненавистью осмотрел присутствующих, вытаскивая кинжал из тела и бросая его на пол. Теперь уже две раны стали заливать его светлую мантию кровью. И хоть Градос не был ранен смертельно, однако его алая кровь показала — король уязвим. И уязвим, он был из-за меня. Я ожидала от Градоса сопротивлений, но взгляд его остановился на матери. Королева Мидера на мгновение тоже посмотрела на сына с нежностью и теплом. Но лишь на секунду, затем она снова обрела полную хладнокровность.

— Как ты мог ослушаться отца, Градос? Теперь нам придётся тебя наказать. Законы Мидера созданы для всех, ты это знал, и даже королевская семья не может их обойти. Ты мой сын, но преступив главный закон Мидера, не исполнив веление своего короля, обязан понести кару. — Королева породила магию после этих слов, и та тонкими золотыми кнутами метнулась к её сыну, опутывая его оба запястья и вырисовывая некие символы на них. Градос не сопротивлялся, было видно, что он точно не желал навредить королеве. Похоже, что-то светлое обитало и в его безжалостной душе. Я не знала, сколько оставалось в Градосе хорошего, порой мне казалось, что он и вовсе наполнен кромешной тьмой, но любовь к матери уцелела в нём наверняка.

— Он специально послал тебя, мама? Великий король Мидера страшится принять бой от родного сына и прикрывается женой? — Принц громко рассмеялся.

— Не смей говорить и слова об отце! Иначе тебя ждёт самое худшая судьба из всех… Я ловец, не забывай об этом. И явилась лишь для того, чтобы пленить преступника. Буду честна, мне не хотелось стать твоим первым тюремщиком, но я должна, поскольку это моя обязанность пред лицом Королевства Мидер.

Королева величественно пересекла зал, уложив руку на раны сына, исцелила его. Подозвала стражников и те, ухватив Градоса по обеим сторонам под руки, повели высокопоставленного преступника к выходу сразу за ней. Проходя мимо, правительница с интересом осмотрела меня с ног до головы и качнула головой, словно благодарила, хотя я стала причиной пленения её сына. Казалось, всё позади, можно было выдохнуть и навсегда забыть о фейском чистокровном короле, но тот, проходя мимо нас с Эрбосом, вдруг остановился, злобно ухмыляясь.

— Лучше бы ты меня убила, моя Милли… — хищно проговорил король. — Ведь если я переживу наказание, что назначит мне отец, то обязательно вспомню этот день и явлюсь за тобой… После того, как я узнал кто ты, особенно стала мне нужна.

Эрбос мгновенно загородил меня собой, инстинктивно защищая, хоть Градос и был уже обезврежен магическими путами ловчей.

— Не смей даже смотреть в её сторону, — злобно сказал Инквизитор. — Ты получишь справедливый исход за свои преступления, которые вершил моими руками долгие годы.

— Не беспокойся за меня, главный Инквизитор. Я действительно испытаю на себе гнев отца и уже привычен к этому. — Мрачно усмехнулся Градос. — Но ты тоже получишь своё наказание в скором времени.

Слова чистокровного будто нечто таили в себе, то, что его сильно радовало. Но большего Градос не успел сказать, его подтолкнул один из гвардейцев и повёл дальше, уводя вслед за королевой в каменную арку выхода, которую охраняли высокие статуи ангелов. Некоторые полукровки ещё стояли на своих местах, и гвардейцы самоназванного короля тоже остались в тронном зале, не понимая, что им теперь делать. Я же озаботилась тем, что в опустевшем пространстве между этими гвардейцами не заметила причину моих великих проблем. А именно женщину, которая пыталась меня погубить.

Как только Бриджит осознала, что ситуация повернулась не в её сторону, то поспешила ретироваться. Я же так разозлилась, что, не глядя ни на кого больше, бросилась её искать среди оставшихся придворных, приковывая к себе тем самым внимание всех присутствующих. Для меня существовала отныне одна лишь цель, её я нашла глазами даже слишком быстро. Светлая макушка мачехи виднелась среди поредевших рядов полукровных фейри. Жизнь этой человеческой женщины обрела небывалую сладость для меня, мир сузился на мерзком лице, искажённом страхом, когда она обернулась, чтобы проверить или её не обнаружили. Фейцы разошлись, пропуская меня из опасения быть задетыми моей магией сквозь свою защиту. Авалард внезапно возник прямо перед подлой беглянкой, останавливая её и та, уже не имея путей к отступлению, стала метаться из стороны в сторону, пока я не подошла близко. Моё сердце желало мести, а руки сами потянулись к телу Бриджит.