Моя Фиалковая Ведьма
Шрифт:
Муж вернулся, как всегда, лишь вечером, но в этот раз, я не была так благосклонно к нему настроена. Если нежелание Эрбоса со мной откровенничать на личные темы, я ещё могла понять, то ту свинью, что он мне подложил в виде сокрытия от меня маленькой шалости об обещаниях, едва ли. И самое плохое в моей злости на него было то, что я не могла её показать. Иначе подставила бы Аваларда и Эрбос просто на просто забрал бы у меня книгу, не дав дочитать. Её я благополучно спрятала на чердаке дома, в этот раз, поскольку поняла, что информация в ней действительно ценна. И брат моего мужа, кажется, на самом деле хотел мне помочь, что весьма удивляло.
В этот раз, чтобы ненароком не выдать Эрбосу своего настроения, я просто легла в кровать раньше обычного. А когда муж вошёл в нашу спальню, то прикрыла глаза, изображая сон. Таким образом, мне удалось избежать разговора с ним. Эрбос просто лег рядом, обняв меня, и мы уснули. А утром он снова уехал, не дожидаясь моего пробуждения. Я же была воодушевлена предстоящей встречей с другом, одновременно испытывая радость и дикий страх. Ведь если нас раскусят, то я не только не получу средство для сокрытия своих способностей, но и вовсе лишусь последних крох свободы, подставив при этом ещё и друзей. Нужно быть очень осторожной — это я знала наверняка, а потому, когда пришло время, выезжать. Я предупредила Йена и тот, вскоре подготовил для нас экипаж, прихватив дополнительно четырёх охранников.
Вскоре мы были у дома Лоры Сайрл. Йен, как всегда остался ожидать у экипажа, рассредоточив вокруг особняка подруги своих цепных псов. Я же постучала в дверь.
— Здравствуй, дорогая! — как ни в чём не бывало, поприветствовала она меня с улыбкой, открыв дверь даже слишком быстро.
А затем, все так же нетерпеливо втащила меня за руку внутрь.
— Ты слишком напряжена, — прошептала я ей тихо, когда мы оказались в доме.
— Ещё бы! — шикнула она в ответ. — Нам всем конец, если кто-то узнает.
— Где он.
— Наверху, в библиотеке, чтобы наверняка никто не увидел в окна, как ты воркуешь с посторонним мужчиной.
— Он не посторонний.
— Расскажи об этом своему мужу, — усмехнулась она.
Я лишь закатила глаза от негодования, и уже было двинулась к лестнице, но подруга задержала меня, схватив за руку.
— Он принёс то, что тебе нужно, — казала она серьёзно, наблюдая за моей реакцией.
— Ты ему рассказала о том кто я?
— Можешь не благодарить. Избавила тебя от переживаний и ускорила процесс вашего обмена, — подруга прервала предложение, подбирая нужное слово, — Ценностями…
Теперь хотелось еще больше встретиться с другом, посмотреть в его глаза, увидеть реакцию. Поэтому я быстро направилась вверх по лестнице. На втором этаже, еще в коридоре, меня уже ожидал Дорн. Он разрывался от нетерпения, как и я. Парень, было, двинулся ко мне, чтобы обнять, но я помнила, как чувствительно обоняние Эрбоса и запретила ему это, вытянув руку вперёд.
— Нельзя, он почувствует твой запах на мне.
В этот момент мы замерли, не зная как теперь начать разговор. Парень сжал кулаки, осмотрев меня, и опустил глаза.
— Я принёс цветы абракуса, сильный раствор.
Дорн вынул из внутреннего кармана камзола стеклянный пузырёк с темно-зелёной жидкостью и протянул его мне.
— Я думала, ты принесёшь мне растение… — растерянно проговорила я, принимая бутылёк от Дорна в свою руку.
— Никто больше не ввозит и тем более не продаёт это «сено».
Я вопросительно обратила взгляд к Дорну. Откуда у него столько информации?
— Не спрашивай, — быстро сообразил он, определяя, что за вопрос крутится на моём языке.
И я не стала. Дорн и без того слишком сильно настрадался из-за меня. А теперь ещё и выручал с очень опасным делом. Наши взгляды столкнулись, и в его я увидела настолько сильную тоску и любовь, что в груди заныло от боли за такого прекрасного человека. Я бы никогда не смогла дать другу, той взаимности чувств, которую он заслуживает. Он же, судя по всему, отдавал мне всего себя.
— Спасибо, — проговорила я, дрожащим голосом, по щеке покатилась слеза, которую я быстро смахнула.
— Почему ты мне сразу не сказала, Милли?
— Я не могла тебя подвергать такой опасности. И силы, они проявились лишь год назад. Теперь все стало хуже. Я не контролирую их. А мой муж… Ты знаешь кто мой муж… Похоже, я не самая везучая, раз, будучи ведьмой, стала женой не просто Инквизитора, но даже самого главы Инквизиции.
Я подняла к Дорну скорбный взгляд, он же закрыл рукой лицо, потирая двумя пальцами глаза. Было видно насколько друг сокрушён новостью обо мне.
— Он всё равно узнает. Магию невозможно скрывать долго от фейри. Они её видят в нас сквозь глаза. Некоторые люди даже решались избавиться от предательского органа, в надежде спасти себя. Только так прожили дольше, чем другие. Но вскоре и этот способ стал слишком очевиден для Инквизиторов, и они попросту вырезали всех слепцов.
— Тогда мне вскоре точно конец, поскольку мы с мужем приглашены во дворец на Сайнум, где я предстану перед королём.
После этих слов, Дорн все же сорвался с места и порывисто обнял меня, сжимая в своих руках, из его глаз пролились слезы, касаясь моего виска. Затем он немного отстранился и посмотрел прямо в мои глаза.
— Ты должна пить зелье каждые три дня по несколько капель. Но перед балом выпей весь флакон, так ты избавишься от магии полностью на неделю. И будем надеяться, что Градос не заметит в тебе магических сил. Затем я вытащу тебя, но мне надо больше времени.
— Что ты задумал? — с подозрением спросила я.
— То, что спасёт твою жизнь.
Я почувствовала что-то неладное, но следующий вопрос задать не успела. Входная дверь дома задребезжала от трёх громких ударов.
— Иди, — обеспокоенно сказал друг. — Тебе делать ничего не нужно, просто жди меня, я сам за тобой явлюсь в нужный момент. Просто выживи…
Парень высвободил меня из своих рук и развернулся, уходя в комнату, расположенную в конце коридора. Я же, подняв юбки платья и запихнув флакон в маленькую сумку, специально подготовленную для этого дела, и прикреплённую на моём бедре ремнями, пошла вниз, чтобы открыть дверь.
— Лора уже ждала у выхода, и когда мои ноги ступили на пол первого этажа, она поспешно открыла дверь, чтобы не злить помощника Инквизитора.
— Ты скоро выломишь дверь в доме моей подруги, — проговорила я с издевательской улыбкой, натянутой на лицо, чтобы Йен ничего не заподозрил.
— Почему не открыли сразу? — прищурился он с подозрением.
— Я пролила на себя чай, из-за такого громкого стука в дверь. Испугалась, — вмешалась Лора. — А Милли мне помогала привести себя в порядок.