Моя кровавая месть
Шрифт:
Синди подула на ногти, слегка помахав ими в воздухе.
— Ты бросила меня в том, что считала безопасным местом, чтобы спасти свою лучшую подругу.
— Да, — призналась я.
— Триш могла умереть, если бы ты не сделала то, что они сказали. Она женщина Грима.
— И тебе повезло, — отметила я.
— Да, но меня не держали под дулом пистолета.
— Он… он причинил тебе боль, — заикаясь, пробормотала я, расстроенная тем, что она не разозлилась и не расстроилась. Почему она не разозлилась, что я ушла и оставила ее в затруднительном положении? — Чувак чуть не убил тебя.
Она побледнела от моих слов.
— Я знаю это, Саша. — Это был первый раз, когда я уловила какие-либо эмоции в ее тоне. — Я отказываюсь ломаться. Я не лягу и не забуду, что я существую, и не утоплюсь в наркотиках или выпивке. Я выжившая. Я не умерла. — Она пригвоздила меня сосредоточенным взглядом. — Мы не жертвы, Саша. Мы чертовски крутые сучки. Я планирую жить своей жизнью и ни о чем не сожалеть. Я разобралась со своим дерьмом. — Она кивнула в мою сторону. — А ты?
Ого. Она полностью застала меня врасплох.
— Черт, — прошептала я. — Я не знаю. Да и нет.
— Тогда, я думаю, твои взгляды, полные жалости и раскаяния, могут отвалить. Да? Мне нужен друг, а не тот, кто ходит вокруг меня на цыпочках или думает, что я слишком хрупкая, чтобы общаться.
Мои губы растянулись в улыбке, которая казалась слишком широкой, но была искренней.
— Ты права. Мне тоже не помешал бы друг.
Она склонила голову набок.
— Какой твой любимый цвет?
— Фиолетовый, как королевский пурпур.
— Знала это. — Она ухмыльнулась мне, достала пузырек из своей сумки и потянулась к моей руке. — Я думаю, что этот оттенок идеален.
— Да, это так, — согласилась я, любуясь искорками на свету.
Полчаса спустя мои ногти были накрашены, и напряжение спало. Возможно, я всегда чувствую себя немного ответственной за то, что случилось с Синди, но я не собираюсь позволить этому разрушить нашу дружбу.
Мой телефон выбрал этот момент, чтобы завибрировать у меня в кармане, и я была рада, что мои ногти только что успели высохнуть.
— Лучше ответь, — посоветовала Синди с улыбкой, — это, вероятно, твой мужчина.
Я провела пальцем по экрану и в то же время услышала, как Боди сказал:
— Привет, детка.
— Я не думаю, что когда-нибудь устану от этого приветствия.
— О? Нравится звук моего голоса?
Я услышала, как один из парней издал звуки рвоты на заднем плане и хихикнул.
— Я не думаю, что в тебе есть что-то, что мне не нравится, — призналась я, отходя от Синди для уединения. — На самом деле, я просто подумала, как сильно твой член заставляет меня улыбаться.
— Черт, детка. Ты не можешь говорить такое дерьмо, когда меня нет дома, чтобы позаботиться о тебе.
— Что? — Невинно спросила я, изображая застенчивость. — Я всегда могу вытащить свой вибратор и…
— Ни хрена себе путь, — прорычал он. — Эта киска моя, и есть только три варианта, милая: мой язык, мои пальцы или мой член. Не может быть никакой путаницы в том, кто тебя трахает и заставляет кончать.
Мои бедра сжались вместе, когда я прислонилась к стене рядом с нашей комнатой. Мои зубы начали покусывать нижнюю губу, когда я представила все перечисленные способы, которыми он воспользуется, как только мы будем вместе.
— Ты мне нужен, — хрипло прошептала я.
— Черт возьми, это взаимно. — Он тяжело дышал, и я знала, что, если бы он был здесь, меня бы наклонили и жестко трахнули в течение нескольких минут.
— Когда ты возвращаешься домой?
— Не уверен.
— Может быть, мне придется поиграть со своей киской и подготовиться к тебе. Ты уверен, что не знаешь, как долго будешь отсутствовать?
— Детка, ты станешь причиной моей смерти.
— Хочешь облизать мои пальцы позже? Возможно, ты отведаешь удовольствие.
Вырвался хриплый стон.
— Это чертова пытка.
— Поторопись со своими клубными делами, — ответила я, затаив дыхание.
Мне никогда не требовалось много времени, чтобы стать нуждающейся в его присутствии.
Боди отключил телефон, и я услышала, как он говорит кому-то разъяренным тоном, но потом вернулся к о мне:
— Черт. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, Саша. — Его тон был настолько серьезным, что моя улыбка исчезла.
— Да?
— Не покидай Перекресток.
Он уже упоминал об этом раньше, так что я не была уверена, почему он снова заговорил об этом.
— Я остаюсь на ночь, как и обещала, — напомнила я ему.
— На все выходные, детка.
Черт. Я не могу этого сделать.
— Я не могу, Боди.
— Тебе не обязательно работать, верно?
— Нет, но дети Джины ждут меня. Они одни сегодня вечером и в субботу вечером.
— Разве кто-нибудь еще не может зайти и проверить, как они?
— Нет. Больше никому Джина не доверяет.
Он пробормотал проклятие.
— Ты не ходишь одна. Я отправлю Патриота и одного из перспектив с тобой.
Отлично. Большие няни-байкеры.
— Я не думаю, что в этом есть необходимость.
— Не обсуждается. — Его тон стал жестким, и я вздохнула.
— Прекрасно. Я возьму Патриота с собой.
— Хорошо.
— Подожди. Я думала, ты сказал, что придешь домой сегодня вечером?
Еще более приглушенные голоса, и мне показалось, что я услышала спор.
— Планы меняются. У тебя девичник или почитай одну из своих книг о сексе, детка.
Книги о сексе?
— Это любовные романы.
Боди фыркнул.
— Угу. Просто помни, никакого вибратора. Ничего, кроме твоих собственных пальцев, милая. Я ревнивый ублюдок.
На заднем плане раздался смех, и я закатила глаза.
— Как скажешь.
— Без дерзости, детка.
— Ты любишь мою дерзость.
— Я просто чертовски люблю тебя.
Черт. Это поразило меня прямо в сердце.
— Я тоже тебя люблю, Боди.
— Скоро увидимся.
Он повесил трубку, и я улыбнулась, глядя на пустой экран. Иногда этот байкер был полон сюрпризов.