Чтение онлайн

Вы вообще вдумайтесь, что это такое - сто тысяч человек, которые в выходной день не поленились притащить свое тельце на участок и вставить пропеллер политической элите России. Какая сила ненависти ими двигала, какой бодрый задор, какая мощь желания!

А господа, делавшие избирательную кампанию Валентины Матвиенко, со всеми смертными грехами пополам, с нарушениями всех законов в течение полугода, с полчищами социологов, политологов и политтех-нологов, «у которых глаза были скошены к носу от постоянного вранья» (выражение Булгакова), с ручным телевидением, с миллионами долларов - пожалуйте в традиционное жилище индейцев под названием «фигвам». Как говорится, вы нам спросили - мы вас ответили.

И, в сущности, итоги второго тура уже не особо важны. Вот возьмем, например, Юрия Михайловича Лужкова. Не близка мне эта личность. Но он, быва-лоча, по девяносто процентов брал при шестидеся-ти-семидесятипроцентной явке избирателя. Он самый что ни на есть настоящий, законный, бесспорный правитель Москвы, такой же крепкой и страшенной, как ее хозяин. А на вероятное правление В. И. Матвиенко уже легла тень сомнения - нет ли некоторой несовместимости между избирателями и ею, как бывает несовместимость групп крови или резус-факторов? И так ли уж была неправа ваша покорная слуга, читатели, когда предполагала, что Петропавловская крепость под Кремль ложится не будет?

Если какие-нибудь политтехнологи заинтересуются моими аналитическими способностями и решат, что они экстраординарны, то они ошибутся. У меня есть только два ноу-хау, и я их сейчас выдам всем мученикам электоральной каторги.

Первое. Ребята, ходите пешком. Ножками ходите. Побывайте в ржавых электричках, в переполненных автобусах, в дешевых пивнушках, посидите не на Малой Садовой, а в Купчино - на загаженных скамейках. Навострите уши, протрите глаза и носом почуйте, чем люди живут.

Второе. Ребята, слушайте умных людей. С начала июня многие историки, литераторы, журналисты предупреждали штаб «кандидата номер один», что на Питер давить не надо, что это - город повышенного своеобразия, что в его недолгой демократической истории есть немало случаев неожиданного и парадоксального голосования вопреки всем прогнозам. Что избирательная кампания проводится грубо, агрессивно и до того бездарно, что не надо никаких грязных технологий и мешков черного нала, чтобы скомпрометировать святую Валентину. Некоторые из этих коньков-горбунков («Оттого беда твоя, что не слушался меня!») даже пытались сообщить властям, что есть-таки разница между умом и глупостью, талантом и бездарностью, свободной любовью и проституцией, ложью и правдой, статистикой и фальсификацией. Не расслышали. Слишком оригинальная информация.

Для меня лично эти выборы многое прояснили в людях и подтвердили одно мое давнее убеждение. Дело в том, что черт умеет посмеяться над теми, кто продает ему свою душу. Человеки опрометчиво думают, что все будет по правилам обычной торговой сделки. Я дал - вы заплатили. Но никаких правил в преисподней нет. И вот, вместо искомого куска, раздается адский хохот.

– Как же так!
– возмущается душепродавец.
– Я все как надо, я все по-честному сделал! А ему отвечают следующее:

– Милый, ты бы за правилами да за честной игрой туда шел, к Михаилу Архистратигу, в райские кущи, где проживает Тот, кто «благ и человеколюбец». У нас, у люциферовцев, одно правило - губить вас всемерно, поскольку наш господин есть враг рода человеческого. Так что ступай вон.

А напоследок я скажу... Как-то у нас так неинтересно на Руси сложилось, что никто ни за что не отвечает. Погубил дело - пошел на повышение. Зажуковал миллиарды - стал гражданином Великой Британии. Безнаказанность стала нормой жизни, никому уже и в голову не приходит, что должно быть иначе. Где вы, старорежимные майоры и полковники, стрелявшиеся, когда ревизия обнаруживала растрату? В Небесной России? Спуститесь вниз и плюньте в лицо своим праправнукам. Не знаю, может, нам как-то потихоньку выбираться из этой ямы и начать воплощать идею исполнения наказаний. Например: господа, распилившие огромный бюджет и устроившие самые провальные выборы в истории Петербурга, вот не могли бы они в складчину купить себе барабан и возглавить колонну идущих на /.../? октябрь

Арест нефтяного олигарха как неадекватная компенсация провала отопительного сезона

Добро пожаловать в город мертвых - зимний Санкт-Петербург. В одно злосчастное воскресенье я позвала добрых друзей на обед. Дом мой не отапливается, потому жильцы врубают электрические батареи, потому на уик-энд летят пробки во всем доме, потому гости заявились во тьму египетскую. Я нащупала пару восковых цилиндров и исполнила цирковой трюк - телятина, жаренная при свечах. При этом, как вы понимаете, батареи медленно остывали, ожидая потока энергии имени Чубайса, каковой извергал ее в промышленных количествах, осуждая по телевизору арест Михаила Ходорковского, но нам с гостями это было до потухшей лампочки. Итак, сидя в холоде, при свечах и беседуя о прекрасном, мы напоминали сами себе рассказы Тэффи о восемнадцатом году в Петрограде.

Возможно, беспокоилась я, мораторий на отопление в моем доме наложен из-за моей общественной активности? Не я ли агитировала голосовать «против всех» - вот и не положено мне теперь центрального тепла? Но вот, скажем, достопочтенная Людмила Вербицкая, ректор университета, всем сердцем поддерживала нынешнего губернатора. И что? На филологическом факультете, где учится куча детей моих друзей, колотун стоит такой, что у отдельных студентов попки примерзают к сиденьям. Отопление обещают в декабре. Как мудро поступили на самом деле те, кто вообще не пришел на выборы, прекрасно предугадывая дальнейший ход событий.

Мне можно возразить: нельзя, никак нельзя за две недели наладить то, что разваливалось десятилетиями. Охотно верю, но тогда, ввиду бессилия хоть что-то наладить в хозяйстве города, как-то неудобно закладывать в его куцый бюджет как первоочередную задачу увеличение расходов на содержание губернатора в размере 30 %.

То есть это мне сейчас было бы неудобно - всяк же судит не иначе как по себе. А если бы меня возили в машине, останавливая при этом движение (а я гордо появлялась с опозданием в полчаса), если бы я жила в квартире, не предусматривающей никаких проблем с отоплением, если бы каждый божий день видела вокруг себя холуйские морды, лезущие здравствовать на каждый мой чих, то, конечно, я непременно бы решила, что такому великому человеку надо явной добавки к содержанию. Расходы-то возросли - прежний губернатор просто так ходил, с босой физиономией, а теперь у нас эстетика: косметолог там, визажист, стилист, в общем, набегают те самые 30 %. Лицо города должно быть безупречным - а тело уж как-нибудь перетопчется.

И вот, сопоставляя два разнородных, но чем-то и связанных факта - помещение олигарха Ходорковского за каким-то чертом в «малонаселенную» камеру и отсутствие тепла и света у широких масс рядовых граждан, - приходишь к интересному, но неутешительному выводу.

Очевидно, взят курс на строительство полицейского государства. Но такого уникального типа, при котором нет никаких достоинств полицейского государства, однако воспроизведены все его недостатки. Полицейское государство отбирает у граждан ряд свобод под предлогом небольшого, но прочного счастья для всех. Дескать, взамен бесполезных выборов, дурной свободы слова и прочихдемократических погремушек будет вам маленькая, но верная пайка: столько-то квадратных метров, столько-то кг хлеба в месяц, столько-то уколов в мягкое место, когда начнете подыхать, и, уж разумеется, полная трудовая занятость и военная дисциплина в коммунальной сфере. Дворники стоят как курганы в степи и доносят на жильцов, начальники жэков, не подготовившиеся к отопительному сезону, идут под расстрельную статью. В нынешней же ситуации очевидно просматривается упорная тенденция от демократических свобод сильно откусить, а при этом ничего массам взамен не дать. Нет, такое полицейское государство, построенное исключительно на немотивированной агрессии, без гарантированной пайки гибнущему муравейнику, долго не простоит.

Видимо, сверхъестественная радость, которая должна была затопить души россиян при известии об аресте нефтяного аллигатора, была вызвана в целях компенсации провала отопительного сезона. Так сказать, затопление супротив отопления. Однако радости что-то особой не заметно. В пьесе Максима Горького «На дне» есть такой эпизод: хозяйка ночлежки дерется со своей сестрой из-за любовника, а помирающая на нарах чахоточная Анна, когда ее спрашивают, что происходит, отвечает: «Дерутся... Сытые обе, здоровые...» Вот что-то такое тянет сказать про «борьбу» правоохранительных органов с олигархами.

Тем временем озлобленности в людях прибыло. Петербуржцы вообще народец неблагодарный. Вот шутка ли - в конце октября было торжественно отпраздновано 85-летие Ленинского комсомола. Какая забота была проявлена о людях, какое пристальное внимание к славным традициям, какое уважение к прошлому. А они шипят там, в углах, - да уж, помним мы ваши традиции, и как заставляли вступать в этот ваш комсомол, иначе никуда не примут, говорили, и баньки ваши помним, и попойки, и беспросветный цинизм, и пламенные речи, в которых спустя двадцать лет не понять ни единого предложения, и глаза ваших вождей, в которые, трижды перекрестившись, страшно было смотреть. Но идеологически шаг с празднованием юбилея комсомола понятен - призрак полицейского государства пытается напомнить о славном прошлом. Что ж, впереди много славных дат. Не хотите ли, господа, отпраздновать юбилей голода на Украине? Юбилей шах-тинского процесса? Юбилей расстрела Промпартии? Ну, и далее - по календарю.