Чтение онлайн

Ну потерпите секундочку. Это не больно. Это как комарик укусил.

Одна ныне почтенная дама рассказывала мне, как в молодости работала секретарем у известного критика и писателя Виктора Шкловского. Знаменитый забияка, талантливый, ослепительно яркий, резкий человек, проживший не самую чистую в мире жизнь и, как говорят, предавший не одного друга, в старости расхворался. Девушка-секретарь водила старичка на прогулку и часто уговаривала его пройтись, размяться, «сделать еще кружочек». Однажды Шкловский вдруг сказал ей: «Да. Кружочек. И еще кружочек. И еще кружочек. Поверьте мне, девочка, предательство - это не страшно».

Самое смешное в этой истории, что рассказчица тоже теперь смущенно смотрит в сторону и видеть ей меня неприятно - пристроила дочку на Пятый канал. Кружочек. И еще кружочек. И еще кружочек. Предательства вообще больше не существует, и не смущайтесь вы так, ребята. Все отлично. Все легко!

И не то чтобы я так уж пеклась о своей персоне - нет, в нынешней неприятной легкости жизни меня смущает то, что так мала, так ничтожна цена вопроса. А что, если она увеличится? Да, сейчас стоят совсем вегетарианские времена, и тюрьма и сума отщепенцам не грозят, если они не мешают свободной циркуляции денежных потоков и не слишком зарываются. А что, если стоимость комфорта будет подниматься, и уже не отде лаешься легким испугом, уже потребуется подписать мерзкое письмо, украсть, солгать, донести, оклеветать? Я с печалью думаю, что большинство нынешних «людей-лайт» - подпишут, украдут, солгут, донесут, оклевещут... легко! октябрь ;

МОНОЛОГ БОЙЦА Город захваген врагами!

Нет. Не брать «Активию», не брать «Ак-ти-ви-ю»... Вон она лежит сладкими зелеными россыпями и манит к себе, гадина, манит... Йогурт... Это вам уже не йогурт, это золотой ключик. Всего за две недели проходит любая тяжесть в животе, включая, должно быть, ожирение и беременность! И ведь вкусная, точно, люди говорили... Нет. Воля и разум! Нервы в кулак! Не поддаваться на провокацию. Мало ли - тяжесть. Сразу избавляться, что ли? Нет! Своей родной тяжестью дорожить надо и не менять ее в один миг на вражескую легкость. Мимо, иду мимо, иду мимо. Куплю кефир, на котором только и написано, что он кефир. Простая, грубая пища бойца. Только так! Четвертинка черного хлеба, яблоко, гречка, чернослив. Пусть деспот пирует в роскошном дворце, тревогу вином заливая, но грозные буквы на белой стене чертит уж рука роковая, ха-ха.

Нет. Не покупать Маринину. Не по-ку-пать Ма-ри-ни-ну. «Чувство льда». Ха. Небось круто заверчено. И ведь как подгадали, черти, с «чувством льда» - аккурат к «Танцам на льду» и «Звездам на льду» по телевизору. Наверное, договариваются... В двух томах. Как раз на ночь хватит. Предыдущей книжки даже на утро осталось... Нет! Воля и разум! А где у вас, товарищ продавец, новая книга философа Секацкого против общества потребления? Не имеете? Что ж это у вас предметов первой необходимости нету в продаже? Что? Беру ли я Ма-ринину? Нет! А сколько стоит? Нет! Иду мимо. Воля крепнет, железная воля бойца.

Нет. Нет. Не смотреть «Тайны следствия», не смотреть «Тай-ны след-стви-я». Ведь по которому разу эту жвачку показывают, ведь два часа из жизни, считай, вычеркнуты. Хорошо играет прокурор, правда. И секретарша тоже... Нет! Нервы в кулак! Товарищ продавец, у вас есть такой фильм на диске, «Печать зла» Орсона Уэллса? Есть? Триста рублей? Заверните. А вот назло возьму и возьму. И буду смотреть вместо «Тайн следствия». Разорюсь, а не смирюсь! Воля и разум. Не одолеть тебе меня, общество потребле-ния!

Нет. Нет. Не читать газету «Жизнь». Не чи-тать га-зе-ту... «Беременная школьница съела родителей». Хм. «Ученые математически доказали существование Бога». Хм-хм. Никто же не увидит. Быстро прочитать и тут же выбросить. Как это - съела родителей? Подстава какая-нибудь. Сами небось сочинили... Эх, что же это я! Господи, чье существование доказали ученые, прости мне минутную слабость. Мимо, иду мимо «Жизни», креплю волю.

Нет. Нет. Не включать «Лав Радио». И «Русский шансон». И «Европу плюс». Где мой Малер? Где мой Вагнер? Пусть гремит в наушниках несгибаемая воля титанов! Лечу, как валькирия, сметая на своем пути убогие жертвы общества потребления. Воля растет. Она скоро превысит по размерам башню «Газпрома», которая пока еще на бумаге... Ха-ха, а башенку-то я взорву. Не тротилом, нет - одним испепеляющим взглядом! Поэтому: кефир, Малер, Секацкий. Воля и разум. Впереди великие дела.

Не читать анекдоты, астрологические прогнозы, бесплатные объявления. Платные тоже не читать. «Похудеть дорого». «Усыпление, вывоз, кремация, кастрация. Недорого, быстро». Чем-то таинственным связаны эти предложения... Нет! Не думать об этом. Не распылять драгоценную энергию. Они решили засыпать Обводный канал, вот о чем надо думать. Город захвачен врагами! Враг пришел не снаружи, он взял город изнутри. Повсюду - вражеские лозунги и плакаты. Телевидение, радио и газеты оккупированы полностью! Предатели, ухмыляясь, идут в полицаи. Нервы в кулак! Мы крепки, как спирт в полтавском штофе, писал Маяковский. По угрюмым, сосредоточенным лицам я узнаю товарищей, шагающих навстречу. Держитесь, бойцы. Наш час придет. Таков неумолимый закон: все, что унижено, будет возвышено. Все, что возвышено, будет растоптано.

Нет, я не зайду в «Дикси», не поймаешь ты меня, сетевой спрут! Пусть у тебя хоть в пять раз дешевле - мимо. Мимо. Все хищные ловушки, расставленные по городу, норовят отщипнуть от меня кусочек воли, распылить мою энергию, чтоб я стал безвредным, слабоумным кретином, навроде этих зайчиков из рекламы. Чтобы пищал сладострастно: «Ой, какие горошки зе-лёёёненькие!» Кругом - изжеванные, проглоченные и переваренные люди. А я иду мимо, тяжелый, мрачный и настоящий. Меня никто не переварит - сдохнет от несварения! Воля и разум несъедобны!

Нет. Нет. Нет. Не голосовать за «Единую Россию». Не го-ло-со-вать за «Е-ди...» Что значит - там есть хорошие люди? Что значит - а за кого голосовать? Да за кого угодно, только не маршировать в строю. Порвать бюллетень, в конце концов! Всегда есть выход. Не бывает такого для настоящего бойца, чтоб не было выхода. Не хочешь «Активию» - есть ладожский кефир. Не желаешь «Тайны следствия» - вот тебе киноклуб, сиди и смотри прогрессивные румынские фильмы. В крайнем случае можно запереться дома и водку пить. Потом, кстати, может выясниться, что это было самое полезное занятие...

Главное для бойца - закалка и тренировка. С утра выхожу на просторы соблазна и учусь говорить «нет». Мечтаю попасться социологам - о, я бы ответил на все их вопросы! Но - ни разу в жизни не видел ни одного социолога за работой. Всех видел, даже вальцовщиков и укладчиц конфет в коробку, даже политиков и водопроводчиков - а социологов никогда. Что это значит? Это значит, что их не существует вообще. Подстава! Сколько нас, упрямых бойцов, рассеяно по стране? Некому считать.

И я иду. Горит, переливается огнями на руинах родного города безумный, трехгрошовый Вавилон, а я повторяю свое заклинание бойца: «Нет. Нет. Нет!»

Так победим. ноябрь

Хранителям Петербурга нужно вооружаться

Так уж повелось - где бы ни гулял по миру наш человек, он обречен подмечать и сравнивать, как там «у них» и «у нас», и притом с каким-то страстным, настойчивым жжением в груди. Почему-то срочно хочется алхимическим путем выделить и запаковать все хорошее и как-то протащить на родину с целью внедрения. Ну что с нами поделаешь - хотим счастья здесь и сейчас.