«Биг-бой» [1] на «Вестерн Пасифик» [2] .Километровые составы,Железный лязг и в топках жары.Паровики: кто в путь, в тупик…Я просыпаюсь — ничего.Глаза закрыл: и гонка века!Опять — Америка. И где-то,Мой паровоз летит на зло!..И жизнь моя летит, летит.А паровозные батальиВ суровом дне добавят стали!Лечу, ведь семафор открыт!..
1
«Биг — Бой» — серия паровозов США начала ХХ века. Самые большегрузные локомотивы среди паровозов!
2
«Вестерн Пасифик» — одна из железнодорожных компаний США.
13 марта 1999 г
«Что толку прошлое тревожить…»=
Что толку прошлое тревожить,Сегодня жить вчерашним днём.Сердца клеймить былым огнёмИ время старое стреножить.Ведь то, что было — отшумело,Ушло далече — не вернуть!А новый конь стремится в путь,Он нас зовёт:«Вперёд же! Смело!».
29 августа 1999 г
И снова осень…
И снова осень на пороге.И лист, желтеющий в окно,Уже глядит, глядит давно;Сорвётся, очертив итоги…И снова тень, былой разлуки,Ещё сильней окутав нас,Заставит верить в «добрый час»,Благословив на боль и муки.
31 августа — 1 сентября 1999 г
С днём рожденья, мама!
Я не забыл, я не посмею,Забыть второе сентября!Я поздравляю, как умею,Тебя, мамулечка, тебя!Пять тысяч долгих километровНас разделяют… Ну и что?!По телефону гром приветов!И в каплях слёз моё лицо…
1 сентября 1999 г
«Ну, здравствуй, осень золотая…»
Ну, здравствуй, осень золотая.Пришла, дождями морося,Листом по воздуху скользя,И в шутку, и в серьез играя.Но ты всего лишь — время года,А не помеха для любви?!Да, пусть поддался я, увы,Ведь так пленительна природа!..
28 сентября 1999 г
Осеннее настроение
Серое утро, свинцовые тучи.Снег, пролетающий, холод несёт.Только берёзы так ярко колючи,Радуют золотом грешный народ.Что же осталось? Что будет ещё?Белый ковёр, укрывающий души.Серые льды, что скуют бытиё…Что же молчишь ты?И стоны всё глуше…
28 сентября 1999 г
Демисезонная пора
Пришли осенние морозы.Снег порошит на Покрова.Уже осыпалась листва.И осень не роняет слёзы…Совсем другое время года:Не осень, но и не зима.Демисезонная пора!Преображается природа.
29 сентября 1999 г
На закрытие огородного сезона
Последний раз, тропою скользкой,Заиндевелой по утру,Я поднимаюсь на горуК участку своему с постройкой.Дела последние доделать.Закрыть свой домик на замок,И спрятать ключик под порог.А дальше — в путь. Мне нужно ехать.Вот так сезон я закрываю.Он длился год — теперь зима.И приостынут все дела.Я буду ждать: там… ближе к маю…Ну, а сейчас: воспоминанья,О том, как год я свой прожил,Что накопал, что засушил —Свой урожай естествознанья!И так всегда, так год за годом:Пора осенняя — итог,Заданье на дом и урок,Как пользоваться жизни плодом.
29 сентября 1999 г
Новый дом
Смотрю на тебя, через мутные стёкла:Ты вместо развалин, красавцем, встаёшь.Десятки квартир, ты и вправду хорош!И всем улыбаются новые окна.А помню, недавно, огромная стройка,Упорные битвы за новый этаж!..И все говорили, что дом этот наш!Молодым, старикам —квартир же вон, столько!..И вот твои окна огнями сияют.Жильцы занимают квартиры свои…Начальство, чиновники, воры — увы!..И смотрят на всех, и того же желают!
30 сентября 1999 г
Дельфин
Была гроза и море жило:Волна летала за волной,И на песок береговойС глубины живность выносило.Но улеглось под утро море.И солнце, ласковым лучом,Вчерашний растворяло сон.И миром затмевалось горе.Лишь на песке, уже недвижно,Блистая тёртой чешуёй,Дельфин лежал, полуживой.Смотрел на скалы ненавистно.Сочилась кровь с огромной раны.И смерть в объятия звала.Но верил он — судьба моглаЕму помочь!Что бы ни скалы!А стихия! Родное море!Всего на миг!Всего лишь — миг!Ему расправило плавник…И мёртвым лёг бы на дно, вскоре.
15–17 октября 1999 г
Ночная жизнь
Конец недели. Ночь. Бульвары.И только молодые парыСвиданье меряют ходьбой,Шум, увлекая за собой.А люд гудит. Огни мерцают,Как будто бы напоминают,Что жизнь идёт: хоть днём, во сне…Лишь молодые то — не все!..
17 октября 1999 г
Снова осень
Ещё вчера вокруг белело.И хлопьями пушистый снегПросторы покрывал всецело.«Вот» — думал я:«Установилось.Зима — хозяйкою вошла!Да, видно — рано. Не случилось».Сегодня лужи, грязь чернеет.И снова осень за окном.И день осенний серо тлеет…
20 октября 1999 г
Монах
Вой ветра, тучи над рекоюИ солнца нет — оно во тьме…«Вот всё, что здесь на высоте,На данный миг, ещё со мною…»Бессильно руки опустились.Туманный, непонятный взглядБлуждал куда-то, наугад…И мысли судорожно бились.«Нас разлучили… Что осталось?Воспоминаний тяжкий груз?А, что мой путь, когда он пуст?!И даже солнце испугалось!Скала, ты помнишь эти ночи?Когда на лодке, в тишинеЯ грёб, чтоб в звёздной вышинеОпять увидеть эти очи!Чтоб руки целовать несмело…О, Господи! Я жил тогда!Я всё терпел! Знал навсегдаГореть любви. И сердце пело!..Пусть я — монах. И что не смею,Простою жизнью век свой жить?Я — человек! И не любить,Тем более: я — не умею!Она — цыганка, ну и что же?Что в том плохого, объясни?Мы наши чувства берегли!Скажи мне:Чем мы хуже, Боже?»Лишь тишина, ответом грозноЦарила тут, на высоте…«Не буду жить я в пустоте!Без чувств, как тень?!..Нет! Не возможно!..Скала прими навечно тело.Была началом — будь концом!Век прожит! Я стою лицом…»Паденье вниз…Душа взлетела…Века прошли, и срыли мглоюГероев наших именаНо верят все: любовь была!Монах.Скала.Там за рекою…
20–21 октября 1999 г
Вы говорите…
Вы говорите: я не исправим!Что я охвачен веяньем дурным!И жизнь моя летит бесцельно.А всё во мне: скучно и хмельно.Что виноват. И вас я заманил.И то, что время ваше погубил…В конце концов — всё основное!..Что не любил. Что стал изгоем…А я молчу: мне суждено молчать!Не оправдаться и не закричать!Лишь взгляд мой скажет: «Помогите!»,И шепчут губы вам: «Простите!».