Чтение онлайн

Около половины первого моя жена объявила, что хочет спать.

– - Может, еще один роббер?
– - спросил Генри Снейп.

– - Нет, мистер Снейп. Я сегодня устала. Да и Артур тоже. Я это вижу. Давайте-ка все спать.

Мы вышли вслед за ней из комнаты и все четверо отправились наверх. Наверху мы, как и полагается, поговорили насчет завтрака, чего бы они еще хотели/и как позвать служанку.

– - Надеюсь, ваша комната вам понравится, -- сказала моя жена.
– - Окна выходят прямо на долину, и солнце в них заглядывает часов в десять.

Мы стояли в коридоре, где находилась и наша спальня, и я видел, как провод, который я уложил днем, тянулся поверх плинтуса и исчезал в их комнате. Хотя он был того же цвета, что и краска, мне казалось, что он так и лезет в глаза.

– - Спокойной ночи, -- сказала моя жена.
– - Приятных сновидений, миссис Снейп. Доброй ночи, мистер Снейп. Я последовал за ней в нашу комнату и закрыл дверь.

– - Быстрее!
– - вскричала она.
– - Включай его! Это было похоже на мою жену -- она всегда боялась, что что-то может пропустить. Про нее говорили, что во время охоты -- сам я никогда не охочусь -- она всегда, чего бы это ни стоило ей пли ее лошади, была первой вместе с гончими из страха, что убиение свершится без нее. Мне было ясно, что и на этот раз она не собиралась упустить своего.

Маленький радиоприемник разогрелся как раз вовремя, чтобы можно было расслышать, как открылась и закрылась их дверь.

– - Ага!
– - произнесла моя жена.
– - Вошли.

Она стояла посреди комнаты в своем голубом платье, стиснув пальцы и вытянув шею; она внимательно прислушивалась, и при этом ее крупное белое лицо сморщилось, словно это было и не лицо вовсе, а мех для вина. Из радиоприемника тотчас же раздался голос Генри Снейпа, прозвучавший сильно и четко.

– - Ты просто дура, -- говорил он, и этот голос так резко отличался от того, который был мне знаком, таким on был грубым и неприятным, что я вздрогнул.
– - Весь вечер пропал к черту! Восемьсот очков -- это восемь фунтов на двоих!

– - Я запуталась, -- ответила женщина.
– - Обещаю, больше этого не повторится.

– - Что такое?
– - произнесла моя жена.
– - Что это про-ис-ходит?
– - Она быстро подбежала к приемнику, широко раскрыв рот и высоко подняв брови, и склонилась над ним, приставив ухо к динамику. Должен сказать, что и я несколько разволновался.

– - Обещаю, обещаю тебе, больше этого не повториться, -- говорила женщина.

– - Выбора у нас нет, -- безжалостно отвечал мужчина.
– - Попробуем прямо сейчас еще рад.

– - О нет, прошу тебя! Я этого не выдержу!

– - Послушай-ка, -- сказал мужчина, -- стоило ли ехать сюда поживиться за счет этой богатой суки, чтобы ты взяла и все - испортила.. На этот раз вздрогнула моя жена.

– - И это второй раз на этой неделе, -- продолжал он.

– - Обещаю, больше этого не повторится.

– - Садись. Я буду объявлять масть, а ты отвечай.

– - Нет, Генри, прошу тебя. Не все же пятьсот. На это уйдет три часа.

– - Ладно. Оставим фокусы с пальцами. Полагаю, ты их хорошо запомнила. Займемся лишь объявлением масти и онерами.

– - О, Генри, нужно ли все это затевать? Я таи устала.

– - Абсолютно необходимо, чтобы ты овладела этими приемами в совершенстве, -- ответил он.
– - Ты же знаешь -- на следующей неделе мы играем каждый день. А есть-то нам надо.

– - Что происходит?
– - прошептала моя жена.
– - Что, черт возьми, происходит?

– - Тише!
– - проговорил я.
– - Слушай!

– - Итак, -- говорил мужской голос.
– - Начнем с самого начала. Ты готова?

– - О, Генри, прошу тебя!
– - Судя по голосу, она вот-вот расплачется.

– - Ну же, Сэлли. Возьми себя в руки.
– - Затем совершенно другим голосом, тем, который мы уже слышали в гостиной, Генри Снейп сказал: -- Одна трефа.

Я обратил внимание на то, что слово "одна" он произнес как-то странно, нараспев.

– - Туз, дама треф, -- устало ответила женщина.
– - Король, валет пик. Червей нет. Туз, валет бубновой масти.

– - А сколько карт каждой масти? Внимательно следя за моими пальцами.

– - Ты. сказал, что мы оставим фокусы с пальцами.

– - Что ж, если ты вполне уверена, что знаешь их...

– - Да, я их знаю.

Он помолчал, а затем произнес:

– - Трефа.

– - Король, валет треф, -- заговорила женщина.
– - Туз пик. Дама, валет червей и туз, дама бубен. Он снова помолчал, потом сказал:

– - Одна трефа.

– - Туз, король треф...

– - Бог ты мой!
– - вскричал я.
– - Это ведь закодированное объявление масти. Они сообщают друг другу, какие у них карты на руках!

– - Артур, этого не может быть!

– - Точно такие же штуки проделывают фокусники, которые спускаются в зал, берут у вас какую-нибудь вещь, а на сцене стоит девушка с завязанными глазами, и по тому, как он строит вопрос, она может определенно назвать предмет, даже если это железнодорожный билет, и на какой станции он куплен.

– - Быть этого не может!

– - Ничего невероятного тут нет. Но, чтобы научиться этому, нужно здорово потрудиться. Послушай-ка их.

– - Я пойду с червей, -- говорил мужской голос.

– - Король, дама, десятка червей. Туз, валет пик. Бубен нет. Дама, валет треф...

– - И обрати внимание, -- сказал я, -- пальцами он показывает ей, сколько у него карт такой-то масти.

– - Каким образом?

– - Этого я не знаю. Ты же слышала, что он говорит об этом.

– - Боже мой, Артур! Ты уверен, что они весь вечер именно этим и занимались?

– - Боюсь, что да.

Она быстро подошла к кровати, на которой лежала пачка сигарет. Закурив, она повернулась ко мне и тоненькой струйкой выпустила дым к потолку. Я понимал, что что-то нам нужно предпринять, но не совсем был уверен что, потому что мы никак не могли обвинить их, не раскрыв источника получения информации. Я ждал решения моей жены.

– - Знаешь, Артур, -- медленно проговорила она, выпуская облачки дыма.
– - Знаешь, а ведь это превосходная идея. Как ты думаешь, мы сможем этому научиться?

– - Что?!

– - Ну конечно, сможем. Почему бы и нет?

– - Послушай. Ни за что! Погоди минуту, Памела... Но она уже быстро пересекла комнату, подошла близко ко мне, опустила голову, посмотрела на меня сверху вниз и при этом улыбнулась хорошо знакомой мне улыбкой, прятавшейся в уголках рта, которая, быть может, была и не улыбкой вовсе; нос ее был презрительно вздернут, а большие серые глаза с блестящими черными точками посередине были испещрены сотнями крошечные красных вен. Когда она пристально и сурово глядела на меня такими глазами, клянусь, у меня возникало такое чувство, будто я тону.