Чтение онлайн

Необходимо? Я и так готовлю ему, стираю и убираю в доме. Что ему ещё нужно? Мой мозг на блюдечке? Так он итак его каждый день десертной ложечкой ест.

Мои мысли прерывает звук сообщения. На экране появляется конвертик от "Ледышки". Да, да. Мистер Холодов записан в моем телефоне именно, как Ледышка.

Быстро нажимаю на иконку письма и пробегают взглядом по тексту: "бабушка просила нас зайти. Я жду тебя на парковке."

— Ребят, я забыла, у меня же сегодня встреча с детьми. Мне нужно бежать, увидимся завтра. И если получится, скройте мое отсутствие. — подскакиваю со своего места, мысленно отмечая, что опять вру, целую друзей в щеки, закидываю конспекты в сумку и бегу по порожкам лектории, боясь упасть.

В голове пульсирует мысль, что что-то случилось. Бабушка знает, что сегодня у меня пары до вечера и что я сегодня не могу прийти. Мы с ней все это несколько раз обговорили, и я пообещала завтра провести с ней все свое свободное время. Она не будет просто так просить ее навестить сегодня. Господи, надеюсь, что это что-то хорошее. Пожалуйста, пусть это будет что-то хорошее.

Выбегаю на улицу и осматриваю парковку. Только когда крупные снежные хлопья касаются моей кожи понимаю, что забыла надеть куртку. Да и хрен с ней, завтра заберу, бегу по дороге высматривая нужную машину. Слышу сигнал сзади и оборачиваюсь. Макс останавливается и открывает мне дверь.

— Ты чего голая? Заболеть решила? — как обычно начинает ворчать мужчина. — Мне еще с твоими соплями возиться не хватало.

— Что-то случилось? — начинаю с порога я.

— Не знаю, — Холодов сжимает руль так, что и без того бледные пальцы белеют ещё сильнее.

— Все будет хорошо, — опускаю свою руку на мужское плечо и успокаивающе его поглаживаю. — Макс, я обещаю, что все будет хорошо. Может быть она просто соскучилась?

— Я надеюсь…

Время, проведенное в машине, кажется настоящим адом. Макс, так и не успокоившись, гонит всю дорогу, превышая скорость до возможного предела и грубо нарушая. Весь путь молюсь, чтобы мы остались живы. Только подъезжая к больнице замечаю, что Максим крепко сжимает мою руку. Он тоже это замечает, отбрасывает мою истерзанную конечность и бубнит что-то похожее на извинение. Ладно, сделаю вид, что это было искренне. Сжимаю пальцы в кулак несколько раз, чтобы проверить целостность руки, убедившись, что все хорошо, прячу руки в карманы.

Пока идем к палате бабуле успеваю накрутить себя до сумасшествия.

— Я не пойду, — слышу впереди мужской голос, а потом больно ударяюсь о спину Максима головой. — Давай ты одна зайдешь? Скажешь, что у меня семинар или, что я заболел? Нет, про болезнь ничего не говори, она этого не переживет. Соври ей что-нибудь, а?

— Макс, — хватаю мужчину за рукав свитера и легонько встряхиваю, — перестань. Все хорошо. Что может с ней случиться? Может быть только мыльные пузыри могли закончиться или книга, или сериал ей не тот скачала. Не переживай, у меня есть с собой и пузыри, и книга. Я ко всему готова. Сделай глубокий вход, а затем медленно считай до пяти и выдыхай. Все будет хорошо, я с тобой, — для убедительности опускаю холодную ладонь на мужскую щеку и заглядываю Максу в глаза. — Ты мне веришь?

Тот молча кивает. Жду, пока он воспользуется моим советом, потом крепко хватаю его за ладонь и не дожидаясь какой-либо реакции открываю дверь и делаю первый шаг.

— Ой, сладуськи мои пришли, — бабушка прячет что-то под подушку, снимает очки и улыбается нам. — А я вас уже заждалась, — она опускает свой взгляд и останавливается на наших с Максом переплетенных руках.

А я выдыхаю. Бабуля жива и бодра, а значит все не так страшно.

— Бабуля, — отпускаю руку мужчины и подбегаю к пожилой женщине, — ты скучала? А вот и мы, — обнимаю бабушку и целую ее в щеку. Прижимаюсь к ней крепко-крепко, боясь потерять этого человека.

Забавно, все началось со лжи. Вся эта чушь про трепетные отношения друг к другу, все эти улыбки, касания… А вот любовь к бабушке настоящая, искренняя с первого дня нашей встречи.

— Ой, подлиза, ой, подлиза, — бабушка ласково гладит меня по волосам и целует в лоб. — Симочка, ты не сходишь в магазин? Уж очень хочется бабушке гранатового сока.

— Конечно, — Макс, будто каменный разворачивается и покидает палату. Кажется, ему все еще не верится, что у бабушки все хорошо.

— Не обращай внимания, он очень за тебя испугался, когда ты ему позвонила. Решил, что что-то случилось. Сейчас он проветрится на морозе, остудит свой кипящий мозг и отойдет.

— Варя, — бабушка сжимает мою руку. Ее голос становится каким-то сухим и низким. — Вот, — бабушка лезет под подушку и достает оттуда небольшой, потрепанный годами конверт.

Беру его дрожащими руками и осторожно заглядываю.

— Это… — достаю старые, пожелтевшие фотографии и пытаюсь узнать на них хоть кого-то, но ничего не получается. Смотрю на молодую, красивую женщину в строгом темном платье. На следующей фотографии вижу ее с маленьким, смеющимся мальчиком. На следующих фотографиях женщины больше нет, зато есть мальчик в окружении других людей. Только вот он уже не смеется.

— Я же тебе говорила, что у Симочки было тяжелое детство. Он был рожден от любовницы. Любовница, — бабушка тяжело вздыхает, — в наше время и слов-то таких не было. Потаскуха и все. Но Верочка была хорошей. Глупой была, поверила словам любви моего балбеса, думала, что это настоящая любовь… Несчастная душа. Отец долгое время скрывал тот факт, что у него есть сын. Когда Симе исполнилось семь лет, его мама попала в аварию и погибла. Тогда маленький мальчик пришел в дом своего отца. Семену особо некогда было заниматься сыном, а мачеха в принципе его недолюбливала. У него еще есть старшая сестра, но та вечно подстраивала всякие пакости, поэтому мальчик с детства был одинок. Когда Семен погиб, я забрала Симочку к себе, только вот так и не смогла сделать его счастливым. Так и не смогла стать ему такой же близкой, как родная мать.

— Зачем Вы это все сейчас мне рассказываете? — в горле появился неприятный ком, глаза начало жечь так, будто туда кто-то засыпал раскаленного песка. Промаргиваюсь несколько раз, но безрезультатно.

— Затем, что я верю в то, что никогда не поздно найти свое счастье. А еще я верю, что Сима будет счастлив именно с тобой. Он немного холодный человек, редко можно увидеть его эмоции, да и вообще от него сложно добиться первых шагов, но ты… ты должна быть немного мудрее и действовать сама, так сказать на опережение. Судьба мужчины полностью зависит от рук любящей женщины.

— Ба, я все еще не понимаю, о чем ты говоришь?

— Я хочу, чтобы вы поженились! — добивает меня Серафима Германовна.

— Мы пока не планировали заходить так далеко, — от шока подскакиваю со своего места и начинаю ходить по палате, пытаясь подобрать слова. — Ба, ты же видишь, что мы с Максом совершенно разные. Просто небо и земля. Да, у нас есть к друг другу чувства, но говорить с полной уверенностью, что это та самая безграничная любовь нельзя. А разве можно выходить замуж просто за того, кто тебе всего лишь нравится? А если это ошибка? Понимаешь, какие потом будут последствия? Лучше подождать. Время- самый лучший испытатель чувств.

— Не согласна. Небо и земля действительно противоположны. Но ты когда-нибудь видела край земли? А неба? Они всегда вместе и гармонично продлевают друг друга. Вы очень красиво смотритесь вместе. Вы продолжаете друг друга. Максимушка холодный, твердый, а ты теплая, мягкая, пластичная. Ты согреваешь его. И с тобой у Симы взгляд становится живым.

— Серафима Германовна…

— Я умираю, — перебивает меня бабушка. От ее слов ноги подкашиваются, чтобы не упасть опираюсь руками об оконную раму. Вижу, как к зданию подходит Макс, держа в руке большой белый пакет. Кажется, кто-то решил закупиться по полной программе.